Хранители Вечности - Егор Козлов

Я поднялась на ступени, в последний раз простилась с морскими волнами, в отдалении бушевавшими подо мной, и вернулась на городскую улицу. На душе лежало странное чувство. Я даже не могла понять, какое именно. На миг показалось, что весь разговор, да и сам берег, мне просто почудились. Так всегда: самые приятные моменты в моей жизни выглядят слишком нереальными на фоне остальных… Странный перстень, как у Айны, эти разговоры о королевстве Эль`мен Таин, которое почему-то тоже меня преследует – на пару с Похитителем Времени. А ведь он ещё о чём-то говорил… Как там… Хранители Вечности, точно! Наверняка какие-то древние боги вымершей страны, вроде нордумского Пантеона.

Эх… Если пытаться всё это собрать в единую картину, лопнет голова. В самом деле, гораздо проще подсчитывать цены на продукты и прибавки к жалованию, сидя перед телевизором в ожидании нового выпуска новостей. Так поступают взрослые, самостоятельные и серьёзные люди. Они не прут по дикому берегу в незнакомый монастырь, чтобы поговорить с его настоятелем первого января в минус тридцать! Да и неразумные дети так не поступают. И кто же я тогда, спросите вы?

Знаете что – спросите что полегче…

Возвращаясь на трамвае к городской больнице, я невольно вспомнила об Айне. И как это ни странно, не в такой пессимистичной ноте, как обычно. Если у неё такое же кольцо, может, она что-то знает? Или хотя бы знает тех, кто что-то знает. Нда…

Во всей этой тавтологии я не заметила, как машинально потянулась в карман кофты и вытащила оттуда один весьма интересный и до безобразия часто забываемый мною предмет. Карманные часы, которые мне когда-то «подарила» сова. С изображением, один в один как на перстнях и в мастерской Ливингстона! Я не стала их выбрасывать, хотя сначала очень хотела. И теперь мне казалось, что не зря – если в этом всём и есть какой-то смысл, то, кажется, он сводится ко мне. Слишком много совпадений, в которых ведущую роль играла непримечательная отчисленная студентка. Что же это? Загадка, которую я должна разрешить? Испытание? Наказание за грехи? Понятия не имею. Одно знаю наверняка – если ещё раз встречу на своём пороге того жуткого Похитителя Времени, ударю его прямо в бубен!

* * *

– Всё-таки надо было её пригласить к нам, – бубнила я уже четвёртый раз подряд, наблюдая за тем, как Агелидингские огни медленно восходят над горизонтом.

– Шейна, я уже повторяла – бабушка сама не захотела к нам. У неё много дел дома, в деревне, и…

– Но ты могла её переубедить…

Мать тяжело вздохнула – она не любила со мной спорить. В этом, кстати, я была с ней солидарна.

– И куда бы она поехала? Ко мне или к тебе? Мы-то теперь живём порознь. И ещё не забывай, что у неё слабое здоровье. Ночевать в таком возрасте лучше дома и…

Я не стала отвечать и не слушала далее. Не хотелось больше говорить – да и смысла не было переубеждать её. Жаль только, что бабушку я теперь увижу не скоро. Работа два дня через два не даёт возможности уехать надолго, а отпуска мне пока не видать как своих ушей. Тем более после самоволки, которую я устроила неделю назад – слава каменным углям, ещё не уволили. И о чём я только думала?

– Наверное, о том, что гораздо важнее заработка и карьеры, – шёпотом продолжила я череду своих мыслей, когда впереди показался яркий свет Речной башни.

Столица снова принимала меня в свои распростёртые объятия – с рядами ядовитых колючек на каждой из ладоней. Шум мотора заглушал разговоры матери и Саймона, так что в музыке необходимости не было – лишь бы они и дальше болтали друг с другом, не трогая меня. Хорошо ещё, что я не стала рассказывать им о походе к пляжу и монастырю. Мать бы впала в острый патологический шок от того, что я бродила на таком жутком сквозняке, у океана, да ещё и побывала в компании пары десятков одиноких мужчин. А вот Театральная площадь – это нормально. Это близко, приемлемо, не отклоняется от нормативов. Именно поэтому она услышала то, что хотела.

Я попросила высадить меня у набережной, на улице Времени. Не буду описывать расспросы матери, напутствия на будущее, пожелания и очередной поток вопросов – диалоги уже и так занимают в моей жизни больше места, чем нужно. Мистер Бенкс пронёсся по мосту над городской рекой – да при том настолько близко к тротуару, что я инстинктивно зажмурилась, боясь сорваться в воду. На такой-то скорости! Но мы таки добрались до очередного пункта моего назначения живыми.

– Не забудь свои конфеты, – сказал наш водитель, когда я уже стукнула каблуками по промёрзшему тротуару. – А то придётся есть нам.

Я поблагодарила, забрала, попрощалась и покинула большую дорогу. Ещё на берегу, в монастыре «Сур-Ганская долина», мне пришла мысль посетить подругу. Тем более в праздник. Сопутствующие действия не заставили себя долго ждать – и вот я уже стояла на пороге её дома, лицом к лицу встретившись с матерью Айны, Ингрид Чаттерджи. К сожалению, дочери на месте не было…

– Но она скоро придёт, – произнесла женщина, предлагая мне пройти. – И будет рада тебя увидеть. Тем более в такой день.

Что-то показалось странным в её голосе, но я не успела прислушаться. Вошла, сняла верхнюю одежду (и среднюю вдобавок – у нас их много при таких-то морозах!) и отправилась в гостиную. Необычно так, но мне вдруг почудилось, будто всё вокруг теперь выглядело иначе. Как всегда, я не могла объяснить причину, однако…в квартире стало мрачнее. И дело не в темноте за окном или нехватке освещения – люстры из агровакского хрусталя светили так же ярко и роскошно, как и месяц, и год, и пять лет назад. Нет, такое ощущение, будто в дом приезжают пожить всего-навсего раз в несколько недель – настолько здесь теперь хмуро и необжито.

– Будешь чай? – женщина, ничего не спрашивая, уже принесла мне заварной чайник с небольшой чашечкой, и даже сахар – столько, сколько я всегда любила.

– Спасибо большое, миссис Чаттерджи. У меня как раз с собой конфеты.

Я не особо люблю чай – но