13 минут - Сара Пинборо

РЕБЕККА: Врач выписал мне снотворное, но я не хочу его принимать.

ДОКТОР ХАРВИ: Почему?

РЕБЕККА: Просто не хочу.

ДОКТОР ХАРВИ: Ты боишься спать?

РЕБЕККА: Нет.

ДОКТОР ХАРВИ: Тогда тебе нужно его выпить. Ты выглядишь уставшей.

РЕБЕККА: (Пауза.) Я вела себя с ней как стерва. Прямо перед этим. Несколько дней до этого. А на репетиции я была с ней жестокой. Знаете, я прямо рявкнула на нее. Я назвала ее жалкой, обидела ее. Так и было.

ДОКТОР ХАРВИ: Ты не знала, что произойдет.

РЕБЕККА: От этого не легче. Это все равно не выходит у меня из головы. Это все равно произошло. И все-таки это я была в кабинке. Я подвинула ползунок, чтобы наклонить осветитель. (Пауза.) Мне нужно было самой его сдвинуть. Технически это я ее убила. Этот звук, когда он свалился ей на голову… (Прерывисто дышит.)

ДОКТОР ХАРВИ: Это не ты сделала так, чтобы осветитель упал. Ты ее не убивала. В данной ситуации ты тоже жертва. Тебе нужно все это переосмыслить. Иначе воспринимать смерть Ханны.

(Длинная пауза.)

РЕБЕККА: (Говорит тихо.) Когда Таша оказалась в реке, я думала, что подобные вещи не случаются с такими девушками, как она. Они случаются с такими, как я. Но я ошибалась. Думаю, иногда такое случается и с девушками типа Таши, яркими, выделяющимися. Или с такими, как Ханна. Ничтожествами. С теми, кому отчаянно хочется кому-то нравиться.

ДОКТОР ХАРВИ: Такого мнения ты была о Ханне? Считала ее ничтожеством?

РЕБЕККА: Все так считали. Этот осветитель должен был упасть на Ташу, но вместо этого убил Ханну. Именно это больше всего меня поразило. Значит, Хейли и Дженни хотели, чтобы Таша молчала, чтобы не вспомнила. Они хотели, чтобы она исчезла. Умерла. Без разницы. Но когда Ханна сказала, что встанет на место Таши, почему они ее не остановили? В смысле, это уже совсем ненормально – просто позволить, чтобы кто-то другой пострадал или даже погиб. Им действительно было настолько все равно? Им было наплевать на нее? Почему они под каким-нибудь предлогом не убрали ее оттуда?

ДОКТОР ХАРВИ: Может, они не смогли ничего придумать?

(Пауза.)

РЕБЕККА: Мне кажется, Хейли старалась сделать так, чтобы мы дождались, пока Наташе станет лучше, но недостаточно старалась. Они неостановили это. Они позволили ей погибнуть. Они позволили мне ее убить.

ДОКТОР ХАРВИ: Ты ее не убивала.

РЕБЕККА: Я управляла освещением. И я повела себя с ней как стерва. Такая стерва!

ДОКТОР ХАРВИ: Почему? Она чем-то тебя расстроила?

РЕБЕККА: (То ли смеется, то ли плачет.) Нет. Ханна на самом деле не может – не могла – расстраивать людей. Она была просто… Ханной. А я была занята другим. У меня снова была Таша. (Пауза.) Я стыдилась Ханны. Не хотела, чтобы Таша судила обо мне по ней. Она была ничтожеством. Вы должны помнить о такой хрени, вы ведь сами когда-то учились в школе.

ДОКТОР ХАРВИ: Да, считай, что помню.

РЕБЕККА: А к какому типу девушек относились вы?

ДОКТОР ХАРВИ: Полагаю, что была кем-то вроде тебя. Этаким середнячком.

РЕБЕККА: Вы также занимаетесь лечением Наташи, верно?

ДОКТОР ХАРВИ: Да.

РЕБЕККА: И будете врачом Хейли и Дженни? (Пауза.) Я все еще не говорила с Ташей.

ДОКТОР ХАРВИ: А ты хочешь с ней поговорить?

РЕБЕККА: Я ни с кем не хочу разговаривать, включая вас. А полицейские всё приходят и задают вопросы, на которые у меня нет ответа. Я рассказала Беннет все, что знала, еще на парковке. Таше, наверное, еще сложнее. Вот так внезапно все вспомнить в тот момент, когда это случилось с Ханной. И попытаться уложить в голове поступки Хейли и Дженни.

ДОКТОР ХАРВИ: А у тебя в голове это укладывается?

РЕБЕККА: Не знаю. Мы подозревали их в чем-то, но для меня это было как игра. Не думаю, что я действительно в это верила. Не так, как сейчас. Это уже слишком. (Пауза.) Мы с Хейли когда-то были подругами. Мне она нравилась. По крайней мере, тогда.

ДОКТОР ХАРВИ: У убийц бывают друзья. И семьи. Они очень даже могут располагать к себе. То, как поступила или не поступила Хейли, не делает ее этаким Злом. Зла не существует.

РЕБЕККА: Не думаю, что мама Ханны была бы с этим согласна. (Пауза.) Мы с Ташей… Мы их подначивали. Делали вид, что она начинает вспоминать. Ну, события той ночи и предыдущего дня. Если бы мы этого не делали, Ханна, скорее всего, была бы жива. Рано или поздно это всплывет в газетах. Или в суде. Мама Ханны узнает, что мы были замешаны в этом, и она будет винить и меня тоже.

ДОКТОР ХАРВИ: Ты ни в чем не виновата. У матери Ханны горе, но и у тебя тоже. Ты должна перестать себя винить.