Необитаемый город - Дэн Уэллс

Он улыбается, зубы злобно поблескивают, то исчезая, то снова появляясь, когда мы проносимся мимо громадных фонарей.

— Какой смысл во мне? Ты создал Люси, поскольку хотел бежать от своей жизни. Я же здесь, потому что ты хочешь эту жизнь изменить и имеешь для этого потенциал. Я психиатр, имеющий цель вылечить тебя. Я твой неослабевающий голос, требующий улучшений. Я всегда побуждаю тебя стремиться к лучшему. Я существую, поскольку ты знаешь, что можешь быть лучше, чем сейчас.

— Майкл, не слушай его, — тихо говорит Люси. — Он не хочет улучшить тебя, он хочет тобой завладеть. Это просто новый трюк, чтобы ты расслабился и позволил застать себя врасплох.

Ванек смеется:

— А она неплоха. Просто молодчина. Почему твои галлюцинации гораздо умнее тебя?

— Вы оба — всего лишь части меня. Вы умны, потому что мой ум делает вас такими.

— Значит, мы используем твой разум более эффективно, чем ты, поэтому следует отдать его нам и закрыть вопрос.

— Похоже, вы намерены взять его силой.

— Не лучше ли будет, если ты уступишь добровольно?

— Нет, — говорит Люси, подаваясь вперед. — Майкл, ты прав. Ему не забрать твой разум силой, потому что у него связаны руки, как и у меня. Ванек не способен стать кем-нибудь против твоей воли. Он не может что-либо сделать или узнать без того, чтобы ты не сделал или не узнал этого первым.

Бросаю взгляд на Ванека, который покачивает головой и коварно улыбается.

— Сколько раз за последнее время, — спрашивает он, — я прогонял других пациентов? Сколько раз вызывал медсестру или задавал вопрос твоему доктору? Либо у меня есть собственное тело, либо я могу контролировать твое. Какой из этих вариантов более вероятен для человека, который может говорить по неподключенному телефону и появляться из ниоткуда на переднем сиденье движущегося автомобиля?

— Вы не можете контролировать мое тело.

— А как ты объяснишь это? — Он протягивает руку и перемещает рычаг автомата на более низкую передачу; двигатель ревет, автомобиль резко дергается и замедляется.

Отбрасываю его руку, перевожу рычаг в прежнее положение и жму на газ, чтобы восстановить скорость. Мы приближаемся к городской окраине.

Ванек складывает руки на груди:

— Так чья это была рука, моя или твоя? Видишь, как обманчивы твои органы чувств?

— Доктор Литтл знал о вас. Он вас ненавидел.

— Он знал, что ты разговариваешь с воображаемым человеком по имени Амброуз Ванек. Я был именно тем, от чего он пытался вылечить тебя. Ясное дело, он меня ненавидел.

— Вы не один год прописывали мне клоназепам. У вас кабинет на Цицеро-авеню. Я разговаривал с вашим секретарем, она тоже игра воображения?

— Улучшенная путем хирургического вмешательства, но реальная во всех других отношениях. — Доктор Ванек сидит, удобно откинувшись на спинку сиденья, сохраняя на лице самодовольное выражение. — Ты забываешь о том, что воспринимаешь мир через шизофренический фильтр: все картинки, звуки, запахи — это смесь реальных возбудителей и твоих собственных умозрительных конструкций. Если кто-то общается с тобой и твой мозг говорит тебе, что это я, ты увидишь меня. Все очень просто.

— Это… — Смотрю на него, потом протягиваю руку к заднему сиденью, где лежит рюкзак.

Беру рюкзак, открываю его, достаю пузырек с таблетками. Смотрю на наклейку, поднеся пузырек к глазам, но в машине слишком темно. Включаю лампочку в салоне и теперь вижу, что там написано: «Доктор Литтл».

Перевожу взгляд с наклейки на Ванека. Во мне закипает бешенство.

— Этот пузырек — тоже игра воображения? — Кидаю его в лобовое стекло, он отскакивает и падает к ногам Ванека. — Как я вообще могу быть в чем-то уверенным?

— Думаешь, ты единственный, у кого проблемы? — спрашивает он. — Люси была права: мы в той же мере пленники твоей изуродованной реальности, что и ты сам. Ты страдаешь от галлюцинаций? А попробуй поживи в галлюцинациях другого человека и расскажи, как тебе это понравилось.

Несколько мгновений смотрю на него, потом перевожу взгляд на дорогу. Снова качаю головой:

— Я не обязан вас видеть. Не обязан слышать. Вас не существует.

Ванек снимает очки и протирает глаза:

— Майкл, не надо этого. У нас нет времени.

— Один, два, три, четыре, пять, шесть…

— Методы доктора Джонс? Даже не смешно…

— …семь, восемь, девять, десять, одиннадцать…

— Это что-то вроде экзорцизма? Думаешь, можно изгнать меня заклинаниями?

— …двенадцать, тринадцать, четырнадцать, пятнадцать, шестнадцать…

В зеркале заднего вида появляется новый силуэт — контуры черного человека в шляпе с узкими полями. Это может означать только одно. На долю секунды закрываю глаза. Снова смотрю в зеркало — фигура по-прежнему там. Перевожу взгляд на дорогу. Город остается позади, автострада возвращается на уровень земли.

— На заднем сиденье человек, — тихо говорит Люси.

— Знаю.

— У него нет лица.

Делаю протяжный вдох и так же медленно выпускаю воздух.

— Знаю.