Перерождение - Джастин Кронин

— Она хорошая девочка! — сделав глубокий вдох, сказал Дойл. — И какого черта…

— По-моему, с местной полицией проще договориться, — заметил Уолгаст. — Хочешь, отдам тебе ключи от «тахо». Я собираюсь рассказать им все, что знаю. Для нас это лучший выход.

— Для нее это лучший выход, — поправил Дойл без тени упрека: он просто констатировал факт.

— Да, для нее это лучший выход.

Еду принесли, как раз когда Эми вернулась из уборной. Поджаристые оладьи напоминали клоунское лицо, шевелюру повар «дорисовал» взбитыми сливками, а из черники выложил рот и глаза. Эми залила этот кулинарный шедевр сиропом и налегла на него с аппетитом здорового ребенка, запивая каждый кусок глотком молока. Наблюдать, как она ест, было одно удовольствие.

Уолгаст быстро расправился с кашей и отошел в предбанник. Сотовым пользоваться не хотелось, тем более что мобильник все равно остался в машине. Когда Брэд водил Эми в уборную, он заметил в коридоре на стене доисторический таксофон. Он набрал денверский номер Лайлы — раздались длинные гудки, потом включился автоответчик. Что сказать, Брэд не знал и молча повесил трубку. Если сообщение прослушает Дэвид, все равно сотрет.

Когда Брэд вернулся в кабинку, официантка убирала грязные тарелки. Он взял чек и подошел к кассе.

— Здесь есть поблизости участок, отделение полиции или что-то в этом роде? — спросил Уолгаст, вручая деньги Луэнн.

— Шериф отсюда в трех кварталах, — ответила та, проворно спрятала деньги в кассу и с лязгом захлопнула ее. — Только ходить туда не надо. Вон сидит Керк, заместитель шерифа. Что, Керк, правильно я говорю?

— Отстань, Луэнн! Не видишь, я завтракаю!

Уолгаст взглянул на сидящих у барной стойки. Керк, настоящий шкаф с двойным подбородком и грубыми обветренными ручищами, лакомился большой порцией гренков. На завтрак он явился не в форме, а в уютных «рэнглерах», застегнутых под огромным, будто накладным животом, и заляпанной жиром куртке «кархарт» землистого цвета. «В таком городишке небось сразу в трех разных местах работает!» — подумал Уолгаст и шагнул к заместителю шерифа.

— Хочу заявить о похищении ребенка! — объявил он.

Керк разом обернулся, вытер рот салфеткой и недоуменно уставился на Брэда.

— Чего?

От Керка сильно пахло пивом, а судя по щетине, он не брился как минимум сутки.

— Видите ту девочку? Это ее ищет вся страна. Вы же наверняка получили ориентировку!

Заместитель шерифа взглянул на Эми, потом снова на Уолгаста.

— Черт, вы шутите! — с круглыми от удивления глазами пробормотал он. — Это вас в Хомере засекли?

— Точно, точно! — возбужденно зачастила Луэнн и ткнула пальцем в Эми. — Я в новостях видела. Девочка та самая. Солнышко, ты та самая?

— Ничего себе! — Керк поднялся с табуретки, и все присутствующие затихли, внимательно следя за происходящим. — Полиция штата буквально с ног сбилась, вторые сутки девочку ищет. Где вы ее нашли?

— Вообще-то мы и увезли ее из Мемфиса, — с готовностью объяснил Брэд. — Мы похитители. Я специальный агент Уолгаст, а это специальный агент Дойл. Фил, поздоровайся!

Дойл вяло помахал рукой.

— Привет, ребята!

— Специальные агенты? Значит, вы из ФБР?

Уолгаст вытащил удостоверение и положил на стойку перед Керком.

— В двух словах и не объяснишь…

— И вы похитили девочку?

— Да, — кивнул Уолгаст. — А теперь мы хотим сдаться вам, сэр, разумеется, если вы закончили завтракать.

Кто-то из сидевших за стойкой захихикал.

— Да, да, я закончил, — заторопился Керк. Он тупо смотрел на удостоверение Уолгаста, точно не веря собственным глазам. — Что делается, черт подери!

— Ну же, Керк! — засмеялся сидевший рядом. — Арестуй их, раз сами напрашиваются! Или забыл, как это делается?

— Погоди, Фрэнк, я думаю! — Керк смущенно взглянул на Уолгаста. — Извините, я целую вечность аресты не производил. Вот колодцы куда чаще копаю. С преступлениями тут негусто, ну напьется кто, ну буянить начнет. В половине случаев это сам я. А сейчас… У меня даже наручников с собой нет.

— Ничего страшного, мы одолжим, — успокоил его Уолгаст.

Уолгаст посоветовал заместителю шерифа немедленно конфисковать «тахо», но Керк сказал, что за машиной вернется чуть позже. Агенты сдали оружие и вместе с Эми устроились в кабине пикапа Керка, который повез их через три квартала к двухэтажному кирпичному зданию мэрии, судя по крупным цифрам над главным входом, построенному в 1854 году. Уже рассвело, и солнце заливало город мягким, по-утреннему неярким светом. С зеленеющих тополей доносилось птичье пение. Уолгаст чувствовал какое-то безоблачное счастье, у него просто от сердца отлегло! Пока ехали, он держал Эми на коленях, а сейчас опустился перед ней на корточки и положил руки на ее плечи.

— Пожалуйста, слушайся этого дядю, — велел Брэд. — Он посадит меня в камеру, и какое-то время мы с тобой не увидимся.

— Я хочу остаться с тобой! — заявила Эми, и ее глаза заволокло слезами. В горле Брэда образовался комок, но он знал, что поступает правильно. Едва Керк сообщит об аресте, полиция штата почтит Рэндалл своим присутствием, и Эми будет спасена.

— Знаю, милая. — Уолгаст постарался улыбнуться. — Все будет хорошо, вот увидишь!

Полицейское управление Рэндалла располагалось в цокольном этаже. Видя, что похитители настроены мирно, Керк не надел на них наручники. Все четверо быстро обогнули здание и спустились в комнату с низким потолком, парой металлических столов, оружейным шкафом, полным обрезов, и картотечными шкафами вдоль стен. Свет проникал в высокие окна, облепленные прошлогодними листьями. Керк нащупал выключатель. Офис пустовал: секретарь появлялась не раньше восьми, а сам шериф… Заместитель понятия не имел, где его искать, лишь предположил, что «шериф где-то катается».

— Если честно, я не представляю, как оформить арест, — признался Керк. — Лучше шефа по рации вызову! Эй, а вы в камере подождать согласны? У нас всего одна, мы в ней старые коробки храним, но вам, надеюсь, места хватит.

Брэд согласился, тогда Керк отвел их с Дойлом к камере, отпер дверь и запустил.

— Я тоже хочу в камеру! — заявила Эми.

— Вот так похищение! — недоуменно нахмурился Керк. — В жизни ни о чем подобном не слышал!

— Все в порядке! — заверил Уолгаст. — Пусть со мной подождет.

Керк задумался.

— Ладно, пусть ждет в камере, по крайней мере, до приезда моего шурина.

— А кто ваш шурин?

— Джон Прайс, местный шериф.

Минут через десять подъехал мужчина в форме цвета хаки и направился прямо к камере. Шериф Рэндалла был по-юношески сухопар, а вот ростом не вышел, даже с учетом ковбойских сапог на каблуках, сшитых, по мнению Уолгаста, из какого-то модного материала — кожи ящерицы или шкуры пони. Очевидно, шериф Прайс носил их, чтобы казаться выше.