Закрытый клуб - Дэнни Тоби

— Куда? К гибели?

— Если бы. Тут цитата из «Потерянного рая»: «…в бездонный мрак, на муки в адамантовых цепях и вечном наказующем огне за их вооруженный дерзкий бунт».

— В наказующий огонь?

— Ага.

— То есть мы на распутье между раем и адом?

Майлс кивнул.

Я посмотрел на противоположную стену.

— Две двери. Два пути. Какую же выбрать?

Майлс снова повел пальцами по рельефной надписи.

— В аллегории сказано, что мы можем задать каждому брату вопрос, какой путь выбрать. Но тут есть подвох. По закону, один из братьев обязан всегда лгать, а другой — всегда говорить правду.

— А там не сказано, который из них кто?

Майлс дочитал до конца и покачал головой:

— Это все, что тут написано.

— И что это значит? — прошептала Сара. — Это же статуи, как у них что-то спрашивать?

Я посмотрел на каменные фигуры. Рыцари стояли, положив одну руку на сердце, а другую опустив вниз. У ног каждой статуи был маленький прямоугольный камешек, чуть выдававшийся над остальными.

— Ясно, — сказал я. — Будем нажимать на камень. Таким образом мы зададим вопрос. Там не сказано, сколько у нас попыток?

— Нет, аллегория умалчивает об этом.

— Тогда надо быть осторожнее.

— Правильно. — Майлс протянул руку и нажал камень у ног одной из статуй.

— Майлс! — крикнула Сара.

Камень провалился под его пальцем. Мы услышали звон цепей, и вдруг рука статуи пришла в движение. Там, где предплечье переходит в локоть, оказался сустав, скрытый выточенными складками рыцарского платья. Каменная рука вращалась, как стрелка часов, слева направо, и остановилась, указав на правую дверь в дальней стене.

— О, работает!

— Глупая выходка! — резко сказала Сара. — Это не шутки! Мы с вами не в игрушки играем! Все могли пострадать!

— Надо же было попробовать! А ты чего хотела: разговоры вести, пока нервы не сдадут?

— Все равно хватит глупить. — Сара ткнула Майлса в грудь.

— Ладно, прошу прощения. — Он потер грудь и кивнул на статую. — Теперь мы знаем, что он предлагает идти в ту дверь.

— Ничего мы не знаем, — возразила Сара. — Кто это? Тот, кто всегда говорит правду, или тот, кто лжет? Может, он указывает нам путь к смерти!

— Прекрасно. — Майлс нажал на камень под другой статуей.

— Черт! — завопила Сара.

Рука второй статуи тоже повернулась, и нам молча предложили идти в другую дверь.

— Отлично! Что теперь скажешь, гений?

— Майлс, не нажимай куда попало и начинай думать, попросил я. — Конечно, они будут показывать по-разному, раз одному положено лгать, а другому — нет.

— Я в курсе, — обиженно сказал он. — Что-то от тебя тоже не поступает гениальных идей.

— Дай мне подумать.

— Пожалуйста. Можешь не спешить, мне здесь нравится, — сообщил Майлс.

Я закрыл глаза. Задача чисто логическая. А логика — это математика.

С математикой я ладил с детства.

Предположим, что истина равна +1, а ложь -1. Спросим брата-лжеца, получим отрицательный ответ. Спросим правдивого брата, получим положительный ответ.

Но мы не знаем, кто из них кто.

«Думай, думай».

Фокус какой-то: нужно превратить ложь в правду. Другими словами, как отрицательное число становится положительным?

Путем умножения на другое отрицательное! Два минуса дают плюс!

Итак, если спросить лжеца, получаем -1. Как получить второе отрицательное число? Выслушать его совет и поступить наоборот. Если он говорит «идти влево», идем направо. Минус один умножить на -1 равно +1.

Но как узнать, что говоришь с лжецом?

Ведь если спросить правдивого брата, тогда умножение -1 на +1 даст отрицательное число. Ответ будет неправильным.

Черт!

Итак, вопрос: как убедиться, что в уравнении есть второе отрицательное?

«Ну, давай же!»

Я буквально почувствовал, как мозг со стоном напрягся.

Вот, вот сейчас…

— Понял! — воскликнул я.

Майлс и Сара посмотрели на меня.

— Мы спрашиваем каждую статую, что сказал бы ее брат, а потом поступаем наоборот.

— Что?

— Как?

— Соображайте. Мы не знаем, кто из них кто. Если спросить лжеца, что сказал бы его брат, который всегда вынужден говорить правду, лжец ответит, что брат солжет. Поэтому мы поступаем наоборот!

+ 1 × -1 × — 1 = + 1

— Или, допустим, мы зададим вопрос правдивому брату. Его брат всегда лжет, а спрошенный честно покажет, какой путь посоветовал бы братец. Поэтому мы снова делаем противоположное.

-1 × +1 × -1 = +1

Некоторое время они напряженно размышляли, заведя глаза к потолку, как в мультфильме. Сара поняла первая.

— Точно! — Она улыбнулась. — Как ты так быстро додумался?

— Простая логика, — ответил я.

— Гениально, — сказала она, смутив меня.

— Да, неплохо, — отозвался Майлс. — Кроме одного: перед нами статуи! У них ничего не спросишь. Можно только нажать кнопку, и они придут в движение. Господи Иисусе, и это при том, что я профессиональный академик!

Я почувствовал себя воздушным шариком, из которого выходит воздух. Конечно, Майлс прав. Я так обрадовался решению логического примера, что забыл о реальных условиях. Ответ казался таким умным, таким четким, таким… V&D-шным. Он должен оказаться истинным. Я не видел другого решения.

Кнопка. Зубчатые колеса и цепи внутри. Начинка статуи — зубчатые колеса и цепи, а не кровь и требуха. Сустав в локте, спрятанный в складках одежды…

Я шагнул к статуе слева и схватил ее за голову. Я провел пальцем по линии между шеей и складками одежды. Не может быть!

Мы проделали такой путь не затем, чтобы сдаться или повернуть назад.

Я закрыл глаза и попробовал повернуть каменную голову. Сначала ничего не случилось, а потом раздался скрежет, и голова неохотно подалась, как жерновом, размельчая забившую щель слежавшуюся пыль. Голова короля повернулась вправо под механические щелчки и постукиванье внутри статуи. Я открыл глаза и посмотрел. Губы короля-рыцаря оказались как раз напротив уха его брата.

Посмотрев на Майлса и Сару, я не сдержал улыбки.

— Видите? — спросил я тоном обрадованного идиота. Но это было потрясающе!

Я сделал шаг к другому рыцарю, который получал сейчас инструкции из уст своего брата прямо на ухо.