Охота на дьявола - Керри Манискалко

Бабушкин особняк

Чикаго, штат Иллинойс

10 февраля 1889 года

Снег с дождем монотонно барабанил по жестяной крыше нашего временного жилища. Потребовалось некоторое время, чтобы привыкнуть к этому звуку, но вскоре он превратился в уютный фон, который почти убаюкал меня, несмотря на нашу новую задачу. Я глотнула мятного чая, наслаждаясь свежим, чистым вкусом. Вдали громыхнуло, комнату озарила серебристо-белая вспышка. Я поплотнее укуталась в шаль. В последнее время я перестала представлять волков и прочих темных существ, крадущихся в ночи, но в подобные вечера мое воображение играло в дьявольские игры.

Второй удар грома заставил меня задержать дыхание. Я посмотрела в окно на полыхающее ночное небо. По стеклу вились тонкие ледяные линии, словно изящное кружево. Мать-природа прекрасная рукодельница, стежки у нее почти такие же аккуратные, как у меня, когда я зашиваю трупы.

Томас поднял голову от своего занятия и слабо улыбнулся.

– Уодсворт, ты боишься грома?

Не соизволив ответить, я послала ему самый сердитый взгляд. Он и так без конца дразнит меня по поводу клоунов и пауков.

– Я не против обнимать тебя под одеялом, пока гроза не пройдет. Это было бы по-джентльменски.

Я резко вдохнула, и комната словно вдохнула вместе со мной. В голове проносились воспоминания о ночи перед нашей свадьбой. Томас внимательно наблюдал за мной со смесью отчаянной надежды и неослабевающего страха. Надежды на то, что я привычно подразню его в ответ, и страха от того, что я этого не сделаю, что его отцу удалось разлучить нас навсегда. Пауза длилась всего мгновение, но казалось, что прошла вечность.

– Предложение в твоем духе, – наконец сказала я, справившись с собой. – Удивлена, что ты не намекнул сделать это без одежды. Теряешь хватку.

Растущее напряжение сразу же сменилось облегчением.

– Вообще-то, я как раз собирался предложить это. И совсем не из эгоистичных соображений. – Его лицо выглядело слишком невинным, значит, жди беды. – Тебе известно, что контакт кожи с кожей вызывает прилив эндорфинов, которые усиливают мозговую активность? Если мы решим избавиться от одежды и обниматься, пока не кончится гроза, то сможем быстрее раскрыть это дело.

– И в каком медицинском журнале ты это прочитал? – прищурилась я. – Я думала, что контакт кожи с кожей эффективен при гипотермии.

– Не сердись. – Томас поднял руки. – Я не могу удержаться от цитирования научных фактов. Если хочешь доказательств, можем провести эксперимент. Давай проверим, кто прав.

– Я бы согласилась, будь это действительно научный факт, а не развратные глупости.

– Разве существуют глупости лучше?

Я засмотрелась на его губы, но быстро отогнала тоску по ним. Если мы не докажем, что Чикаго наиболее вероятное место следующего удара Джека-потрошителя, то мне придется смотреть, как Томас уезжает в Англию, чтобы жениться на мисс Уайтхолл.

Не поддаваясь этим горьким мыслям, я отпихнула дневник.

– Может быть, дядя прав? Может, Потрошитель и правда мертв, а мы гоняемся за призраком?

– А может быть, он здесь, как утверждают Дачиана с Иляной, и ждет удобного момента, чтобы объявить о себе. – Томас повернулся на стуле и забарабанил пальцами по столешнице. – Не знаю, заметила ли ты, что мы с сестрой обладаем впечатляющей способностью видеть тщательно скрытое и составлять целостную картину по малейшим зацепкам.

– А еще вы очень скромные, – пробормотала я. Томас свел брови, и я вздохнула. – Ты хотел меня впечатлить? Или хвастался? Иногда сложно понять.

– Потому что чаще всего это и то, и другое, любимая.

Он широко улыбнулся, но сразу поморщился. Ему сложно было привыкнуть не называть меня больше своей любимой. Интересно, такую реакцию вызвали изменения в моем лице? Каждый раз мне казалось, будто невидимая сила вырывает мое сердце. Томас уставился на свои руки, потом снова поднял голову.

– Я думал про Ноя.

– Очень продуктивно. Думать про другое дело, пока пытаешься доказать, что не сочинил повод покинуть Нью-Йорк и невесту.

При слове «невеста» его глаза потемнели. Ему может сколько угодно не нравиться слово или его значение, но, пока мы не найдем способ освободить его, он принадлежит другой женщине.

– Дело Ноя подсказало мне идею для нашего. Под таким углом мы еще его не рассматривали. В заметках твоего брата есть газетные вырезки о пропавших женщинах. – Он развернул дневник и показал мне статью. Все заигрывания испарились, оставив только твердую решимость. – Почему? Зачем ему обращать на них внимание, если это не его рук дело или между ними нет связи?

Я вернулась мыслями к мистеру Сигранду, убежденному, что дьявол восстал из ада и похитил его дочь. Весьма вероятно, что ей просто надоели его религиозные тирады и она сама бросила прежнюю жизнь. Это и пытался установить Ной.

– Признаю, что собирать статьи о пропавших в Лондоне женщинах немного странно даже для моего брата, – сказала я. – Но боюсь, что это не достаточное доказательство для дяди. Нам нужно что-то посущественнее, что-то, к чему он не сможет придраться. – Я покрутила на пальце мамино кольцо. – Он без колебаний выполнит обещание. Если дядя посчитает, что мы ему соврали, он притащит тебя в Англию в цепях, если придется. Он презирает обман.

– Я никого не обманывал. На самом деле, это меня обманули. – Томас раздраженно вздохнул, запустив руку в волосы. – Ненавижу сложности.