Минус восемнадцать - Стефан Анхем

Фарид Черукури не мог вспомнить, когда до этого испытывал такой подъем, как в последние часы. Если раньше время ползло вперед, то теперь каким-то странным образом оно перестало существовать. Он ни одного раза не нажал на временно недоступен, чтобы пойти в туалет или покурить. У него просто-напросто не было времени. Он даже не успел найти фото уродливого животного, чтобы послать Цян Ху.

Они обычно делали это каждый день. Фарид спрашивал себя, почему, но не находил подходящего ответа. Просто так получилось. Одно уродливое животное в день, по крайней мере, помогало как-то развеять скуку. Цян уже послал два фото – рыбы-луны и ядовитой крысы, и Фарид чувствовал, как недоумевающий взгляд коллеги прожигает ему спину.

Но у него нет времени на объяснения, сейчас нет.

Цян, наверное, подумал, что коллегу вызывали, чтобы сделать ему предупреждение, и теперь уделял все свое время входящим звонкам. Фарид тоже принимал звонки, но они служили лишь прикрытием для того, на что на самом деле уходил его рабочий день.

Задание, полученное им от женщины-полицейской. Стоило ему понять, о чем идет речь, как он увидел свет в туннеле, и до него дошло, что последние полгода он был скорее мертв, чем жив. Во время встречи ему хотелось вскочить со стула и так громко закричать от радости, чтобы его крик через стену услышали в Небесном море и дальше в Мягком-приятном, или как там назывались остальные совещательные комнаты. И так вплоть до самого руководства. Наконец-то ему есть чем заняться. Наконец-то ему снова есть чем дышать.

Но Фарид взял себя в руки и был спокойнее, чем дзен-буддист. Он даже заупрямился и сказал, что это невозможно, что миссия невыполнима. Теперь он никак не собирается опростоволоситься, как в прошлый раз. Это будет его билет из бункерного ада на свободу. Полицейская угрожала и прессовала, как он и предполагал, и в конечном итоге он согласился сделать попытку.

При одном условии.

Она должна помочь ему выбраться отсюда.

Полицейская спросила, что для этого надо, и Фарид ответил ее же собственными словами: она настоящая маленькая хитрюга и наверняка что-нибудь придумает. На этом они расстались, и он вернулся обратно в бункер, чтобы приступить к невыполнимой миссии.

Вычислить по адресу IP владельца незарегистрированной сим-карты, приобретенной за наличные, в принципе так же трудно, как найти угол в круглой комнате. Но мысль о том, что свет в туннеле погаснет, если он не справится, заставляла Фарида пробовать один притянутый за уши вариант за другим.

Как он и ожидал, ничего не сработало, и тогда он принял еще один разговор. Звонила пожилая женщина, которая утверждала, что внесла триста крон в счет абонентной платы, но это нигде не зафиксировалось. Она наверняка нажала на что-то не то, набирая код из двенадцати цифр, и при обычном раскладе он не мог бы ей помочь без подтверждения об оплате, которое она наверняка выбросила. Но этот случай не был обычным, и поэтому он положил на ее номер пятьсот крон и пожелал ей хорошего дня.

Причина заключалась в том, что женщина, сама того не зная, подала ему новую идею, и через час интенсивной работы он, наконец, схватился пальцами за расщелину в плоской скале. Он уже давно понял, что двое полицейских нашли адрес IP на Ютубе, куда анонимный пользователь выложил несколько роликов об избиении невинных людей. Он только не подумал, что ролики выкладывались в разное время. На самом деле это говорило гораздо больше, чем анонимный адрес IP.

Зная время, он установил фильтр в архиве всех платежей – этот архив он взломал еще три года назад – и, повозившись еще полчаса с фильтрованием, сумел выявить несколько номеров с сим-картами, приобретенными за наличные для того, чтобы выложить ролики в Ютубе. Затем взял компьютерные журналы, которые точно показывали, в какое время различные номера включались и соответственно выключались, а после этого ему, наконец, чудом удалось выявить один единственный номер. И мало того, ему к тому же удалось установить, в каком магазине в Хельсингёре были проданы симки.

Фарид позвонил полицейской, чтобы рассказать о своих успехах, и ожидал как минимум аплодисментов и обещаний новой работы. Но ему сказали только хорошо, не больше и не меньше. Хорошо? Что ему с этим делать? Он проделал такую работу и потратил так много энергии. Хорошо? За кого она его принимает, черт возьми?

Он закончил разговор в гневе, нажал на временно недоступен и в первый раз за много месяцев достал троян, который окрестил DrappelFed по названию своей любимой группы. Последние сомнения исчезли, осталось только кликнуть правым указательным пальцем на мышку, и весь TDC заразится тем, что лучше всего подходит под описание неизлечимой болезни.

Но несколько немногочисленных пикселей справа на экране навели его на другие мысли. Пиксели сложились в красную точку, которая только что стала зеленой.

Зеленая точка наряду с номером, который он только что вычислил, означала, что у него есть нечто реальное, за что можно потребовать гораздо больше, чем вялое хорошо.

Анонимный абонент опять пробудился к жизни.