Смертельно прекрасна - Эшли Дьюал

– Мы в Астерии судим о людях по их родственникам, – ворчливо протягивает он. – У вас они довольно интересные, вы понимаете, о чем я. Так что совсем неудивительно, что здесь вам не доверяют, мисс Блэк. Издержки средневековья. Недостатки воспитания.

– Южное гостеприимство, – фальшиво улыбаюсь я.

– И то верно! Однако хочу, чтобы вы понимали: с того момента, как вы пересекли порог моей школы, у вас началась новая жизнь. И меня не волнует это, – он кивает на толстую папку с моим личным делом, – и это, – теперь он указывает на какой-то лист с круглой синей печатью. – Ваше прошлое осталось позади. Я забуду о нем и вам советую. А люди… переубедите их.

– В смысле?

– Они считают вас такой же странной, как ваши тетушки. Норин и…

– Мэри-Линетт.

– Верно! – Он щелкает пальцами. – Вылетело из головы.

– Не понимаю, чем мои родственники вам так приглянулись?

Директор откашливается и садится глубже в кресле.

– Узнаете, моя дорогая.

– Вы меня заинтриговали.

– Хорошо, что не испугал! Двери моего кабинета всегда открыты. Если будут какие-то проблемы – обращайтесь. И еще… постарайтесь привыкнуть к всеобщему вниманию. У нас редко бывают новенькие.

– Я заметила. Можно идти?

– Да. Возьмите расписание у секретаря.

– Хорошо.

– И еще, – я оборачиваюсь уже на пороге и замечаю, что у директора нервно подрагивают усы, – постарайтесь не попадать в неприятности, мисс Блэк.

Похоже, он сам верит во все те байки, что рассказывают про моих тетушек. Интересно. Сегодня же устрою дома допрос с пристрастием.

– Конечно, – киваю я. – Буду стараться изо всех сил.

В школьный коридор выхожу, выпрямив спину. Что ж, если люди хотят видеть во мне девушку с темными тайнами и опасными родственниками, – хорошо!

Так даже веселее.

Смотрю на листок с расписанием и закатываю глаза:

– Проклятье!

Литература всего два раза в неделю. Зато почему-то почти каждый день биология! Да, я пообещала люцерне ходить на уроки, но это…

От моей гордой осанки не остается и следа. Школьники проходят мимо, не переставая разглядывать меня, а я просто надеюсь поскорее отыскать нужный класс. Что ж, если ты новенький, получи по полной программе.

Спрашиваю у какой-то бледной девушки, где кабинет биологии. Она неопределенно машет рукой куда-то вперед и исчезает. Это на меня такая реакция? Сразу и не привыкнешь.

Хмыкнув, плетусь по коридору дальше. Наконец нахожу нужный класс.

– Мисс Блэк? Добро пожаловать, – без тени доброжелательности приветствует меня учитель, когда я протягиваю ему формуляр. Неприятный лысый тип. Пока он что-то пишет в моей бумажке, незаметно оглядываю класс. Кое-кто робко перешептывается, есть и такие, кто рассматривает меня в упор. Что я им, экспонат? Парни на задних партах толкают друг друга в бок и ржут чуть не в голос.

Замечаю, что парты в классе необычные. Стулья низкие, на них почти никто не сидит. В основном ребята, видимо, работают стоя.

– Вот, возьмите, – учитель протягивает формуляр, – присаживайтесь. Звонок уже прозвенел.

«Присаживайтесь». Это какая-то особая шутка? Или он издевается? Никто не сидит, а вы, мол, садитесь. В лужу?

Снова оглядываюсь, нервно переминаюсь с ноги на ногу. Единственный, кто не взглянул на меня, когда я вошла, – высокий парень у окна. Стоит и пишет что-то в своей тетради. И именно рядом с ним есть свободный стул. Ну, естественно. Еще бы свободное место оказалось за партой какой-нибудь милой девчонки. Планета бы перевернулась и разлетелась на части. Не иначе. С виду парень вполне нормальный: ни татуировок, ни сальных волос. Стоять на виду у всех больше нельзя. Неуклюже скидываю с плеча сумку.

– Привет.

Парень медленно поднимает глаза и несколько секунд смотрит на меня, а затем возвращается к своим записям. Ага. Неразговорчивый. То, что нужно.

– Сегодня второй и завершающий этап лабораторной, – ленивым тоном объявляет учитель. Его лысина сверкает так, будто он целое утро натирал ее воском. – Никто не уйдет, пока не сдаст работу. Вас это тоже касается, мисс Монфор.

– Вообще-то Блэк, – поправляю я, едва выдавив ухмылку.

– Кстати, поприветствуйте нашу новую ученицу. – В ответ слышится невнятное мычание нескольких голосов. Закатываю глаза. Какой кошмар!

– А теперь приступайте. Давайте живее.

Отлично. Первый урок, а я уже возненавидела биологию.

Задумчиво перевожу взгляд на парня. Наверное, ему не очень-то хотелось работать со мной над лабораторной.

Парень выше меня на голову. У него черные волосы, на подбородке широкий кривой шрам. Любит подраться? А так и не скажешь.

– Фанатка «Рамоунз»?

– В смысле?

– Футболка. – Парень отвлекается от тетради и указывает на надпись.

Не думала, что он обратит внимание.

– Ну да.

– Круто. – Он возвращается к работе и практически ложится на стол, когда пишет на полях какие-то формулы. Я придвигаюсь ближе.

– Ого! Чем это вы тут занимаетесь? Это биология, а не ядерная физика.

– Не любишь биологию?

– Ну…

– Значит, не любишь.

– Нет, – покачиваю головой и хмурю брови, – терпеть не могу.

– Тогда тебе не повезло.

– Почему?

– Она каждый день.

Усаживаюсь на маленькое сиденье, которое здесь почему-то называют стулом. Теперь я почти скрыта от глаз лысого учителя, и мне становится немного легче.

– Какая тема лабораторной?

– Плазмолиз и деплазмолиз в клетках кожицы лука.

Мне остается только хлопать ресницами. Он что, свихнулся? Неужели он только что просто взял и произнес это вслух? О да, я нашла себе отличного напарника. Может, он и списать даст? В конце концов, он первый, кто не сказал ни слова о моей семье.

– Послушай, работу надо сдать сегодня. Но я…

– Бери. – Незнакомец кивает на свои записи и отходит к микроскопу. – Естественно, ты не успеешь. Я в курсе. – Он меняет стеклышки, крутит что-то, а я с недоумением гляжу на него. Добрых людей не бывает. Или он идиот, или задумал что-то. – Только побыстрее. Я собираюсь сдать работу и уйти пораньше.

– Хорошо, спасибо, – открываю единственную тетрадь, которую взяла с собой сегодня, и начинаю перечерчивать таблицу. Парень все копошится у микроскопа. Искоса поглядываю на него. Странный. Вроде симпатичный, и учиться любит. Такое бывает?

– Как тебя зовут? – неожиданно для самой себя спрашиваю я и медленно отворачиваюсь. Кажется, я свихнулась, раз решила первой пойти на контакт.