Линия крови - Джеймс Роллинс

— Тужься! — крикнул Блейк. Показалось, что голос его доносится откуда-то издалека.

Аманда снова пыталась бороться, но тело уже не принадлежало ей, превратилось в бездумную примитивную машину, изобретенную в ходе эволюции, где главной целью всегда было выживание. Желала она того или нет, но плоть подталкивала ее к осуществлению одной функции: произвести дитя на свет, передать свои гены будущим поколениям. И ей ничего не оставалось, как подчиниться инстинкту.

Мышцы живота сократились в сильнейшей схватке.

Ткани рвались.

Потекла кровь.

Боль стала целью и смыслом.

— Ребенок! Головка показалась! — звенящим от возбуждения голосом воскликнула Петра.

И Аманда, сдавшаяся под натиском неизбежного, ведомая чисто материнским инстинктом, отчаянно и громко выкрикнула миру:

— Кто-нибудь! Спасите моего ребенка!

01 час 44 минуты

Сидя в «Призраке», Грей слегка развернул кресло и стал смотреть через изогнутый стеклянный корпус батискафа. В круге света, отбрасываемого прожекторами, темные воды посветлели, а само судно продолжило отплывать от Палм-Джумейры. Песчаное дно находилось всего в нескольких футах, прямо у него под ногами.

И ощущение этой близости действовало на нервы. Сферической формы прозрачная оболочка из боросиликатного полимера позволяла видеть все вокруг. Все равно что плавать в воздушном пузыре, — подумал он — и был недалек от истины.

«Призрак» походил на суженный к концу стеклянный цилиндр, стянутый сбруей аккумуляторной силовой установки, обеспечивающей движение. Все вспомогательные электрические, механические и инженерные системы образовывали нечто вроде наружного скелета вокруг жилых отсеков.

Любопытные обитатели подводного царства, привлеченные светом, подплывали, пялились выпученными глазами на это чудо техники, затем уплывали обратно в темноту. Оставалось лишь воображать, что они видели.

Судно напоминало Пирсу неоновых рыбок тетра, которых он разводил в детстве. Грей мог часами лежать на кровати, глядя, как эти крохотные рыбки стрелами носятся внутри аквариума. Они славились своими светящимися голубыми и красными полосками, но его больше интересовала их удивительная прозрачная кожа. Ведь сквозь нее можно было видеть хребет, тончайшие ребрышки и даже крохотные пульсирующие комочки сердец. На секунду ему показалось, что он сидит здесь голый и беспомощный, выставленный напоказ в гигантском прозрачном аквариуме. Однако следовало признать: от представшей перед ним панорамы захватывало дух.

Только на одного пассажира она не производила впечатления.

— Хрень какая-то, — проворчал Ковальски. Гигант сидел в кресле напротив, прижав одну ладонь к стеклу, упираясь другой в потолок, и смотрел себе между ног. — Сколько это еще продлится? Что, если закончится воздух?

Грей понимал, что места здесь действительно маловато, особенно когда появляется такой пассажир, как Ковальски. Джек управлял судном, занимая единственное кресло в носовой его части. Четыре оставшихся сиденья оставляли слишком мало пространства для маневра. Даже Каину пришлось примоститься на коленях у Такера. И он любовался видами за стеклом, подняв уши и дрожа всем телом.

Сейхан, сидевшая за спиной у Ковальски, утешительным жестом похлопала его по плечу.

— Успокойся. Воздуха здесь достаточно. — Потом погладила его по спине. — Лично меня волнует другое. Что, если вдруг случится протечка?

Ковальски резко развернулся в кресле и стал испуганно оглядывать корпус кабины.

Грей окинул девушку укоризненным взглядом. Только этого им сейчас не хватало — паники на борту.

— Ну, долго еще? — простонал Ковальски.

Джек, не оборачиваясь, ответил:

— Нам придется пересечь весь мир, чтобы достичь цели назначения.

Он надавил на какую-то кнопку устройства с большим экраном. Над приборами управления на фоне застекленного корпуса возникло изображение. То была карта земного шара — сотни крошечных островков, образующих силуэты семи континентов.

И Грей тотчас узнал еще один из проектов Дубая. Назывался он «Мир»: триста маленьких островков вдоль побережья, каждый был выставлен на продажу для частных покупателей. Но проект оказался под угрозой из-за эрозии песчаного дна, что грозило немалыми финансовыми потерями и проблемами для его создателей. Часть островов так и остались нераскупленными, другие уже успело поглотить море.

На карте их продвижение отмечала мигающая красная точка; субмарина пробиралась по протокам и проливам среди этого рукотворного архипелага.

За стеклом тянулись темные очертания одного из островов. Они обогнули его и, видно, спугнули ската; огромная плоская рыбина вылетела из песка и стала уходить в сторону, в темноту, подальше от света. Затем стали появляться и другие обитатели, их становилось все больше по мере того, как они продвигались над отмелями вокруг крохотных островков. Крабы-отшельники так и рассыпались в разные стороны при их приближении; плавно покачивались и словно махали им вслед розовые анемоны и зеленые водоросли. Вот одинокая барракуда торпедой пронеслась мимо, и целые стайки мелких рыбешек кружили, отсвечивая серебром и десятками других самых разнообразных ослепительных оттенков.

Внезапно Такер чертыхнулся. А Каин залаял.

Грей обернулся и увидел, как из темноты на них стремительно надвигается целая стая акул. За необычную форму головы они заслужили название рыба-молот. Страшные создания пронеслись прямо у них над головами. Потом все дружно развернулись и ушли куда-то в сторону. Настоящей угрозы не было, но то было напоминание об опасностях, поджидающих их впереди.

И вот еще через несколько минут они оставили «Мир» позади.

Их манили более глубокие воды.

«Призрак» вплыл в темноту, по мере отдаления от прибрежного шельфа погружаясь все ниже. И водянистый отблеск луны, что виднелся над головами, исчез. Теперь источником света служили только прожекторы батискафа.

Но и этому скоро настал конец.

— Темнеет, — заметил Джек. — Очки найдете под сиденьями.

Не успел Грей найти их, как свет в кабине выключился. Кругом сплошная чернота. Ковальски ахнул. Горели лишь крохотные огоньки на панели управления, да и то их свет как-то потускнел.

Пальцы Грея нащупали резинку, с помощью которой крепился на голове прибор ночного видения, и вытащил его из-под сиденья. Натянул на голову, приладил — и мир вокруг «Призрака» вернулся, освещаемый теперь мощными светодиодами с ультракрасным излучением, что располагались в носовой части. Очки были способны воспринимать именно этот световой спектр, вот только подводный мир утратил свою яркость, стал безлико-серым.

— Не хочу приближаться к Утопии с включенными фарами, — пояснил Джек. — Даже при большом погружении нас могут заметить. К счастью, никакой свет нам и не нужен. Я включил эту систему в набор оборудования дня ночных дайверов. И опять же польза — такое вторжение в глубоководный мир меньше пугает его обитателей.