Под палящим солнцем - Джейн Харпер

– Я не могу. Закрываю глаза и думаю о Кэмероне. Просыпаюсь и думаю о Кэмероне. С тем же успехом я могу и бодрствовать.

Кто-то вышел в другом конце коридора, уронив длинную тень. Старый Том. Он увидел Лиз и поднял руку, приветствуя.

– Мне нужно пойти нормально поздороваться с людьми, – она не двигалась.

– Думаю, все поймут, если ты не пойдешь.

– Кэмерон не поймет, – Лиз посмотрела на Нэйтана, и ее взгляд вдруг прояснился. – Ты поговорил со Стивом? Договорился о встрече?

– Еще нет.

– Ты мне обещал, Нэйтан. – Лиз взяла его за руку, ее хватка оказалась на удивление сильной.

– Я знаю. Поговорю.

– Тогда сейчас и пошли и…

– Бабушка? – в другом конце коридора появился Ксандер с девочкой, с которой Нэйтан видел его на улице. Он тронул ее за локоть. – Я тебя догоню через минуту.

У девчонки вид был разочарованный, но она кивнула. Когда она ушла, Ксандер обернулся.

– Бабушка, ты в порядке?

– Мы идем искать Стива.

– Он снаружи.

– А Баб тоже? – спросил Нэйтан, чувствуя, как на языке вертятся для него вполне определенные слова насчет одной определенной собаки.

– Нет, – Ксандер помедлил. – Он слегка перебрал. Дядя Гарри уложил его спать.

– Идем, Нэйтан, найдем Стива.

– Бабушка, на тебе обуви нет, – сказал Ксандер не без обвинения в голосе, которое, Нэйтан понимал, относилось к нему.

– О, – Лиз посмотрела вниз. – А я даже и не знаю… – Она беспокойно осмотрела пол, словно ее обувь могла где-то появиться.

– Наверно, они в твоей комнате, – сказал Нэйтан. – Ксандер, помоги бабушке, а я пойду перекинусь парой слов со Стивом.

– Ты и правда собираешься с ним поговорить? – сказал Ксандер, когда Лиз неуверенно добрела до своей комнаты. – Или просто делаешь вид, чтоб она отстала?

– Нет, я с ним поговорю. Доволен?

– Не особенно. – Ксандер смотрел сквозь него.

Нэйтан вздохнул.

– Ты до самого отъезда намерен так общаться? Потому что я не уверен, что готов еще к трем дням вот этого вот.

– А ты намерен подумать о том, что я сказал?

– О чем? О том, чтобы уехать? Парень, мы же уже это обсуждали…

– Вообще-то, нет. Ты это даже не рассматриваешь, но да, какая разница? Как ты и сказал, через три дня меня здесь не будет, ты вернешься к себе, будешь сам себе хозяин. Все опять будет, как ты хочешь.

– Парень, это вовсе не то, чего я хочу…

– Чушь собачья, ты…

Послышался стук, кажется, туфли упали на пол. Они оба обернулись. Нэйтан пошел к двери.

– Я сам, – Ксандер его остановил. – А ты вроде шел к Стиву вправлять себе мозги.

Он исчез в спальне, и Нэйтан остался в коридоре один.

Нэйтан подумал, что он счастливчик – оказывается, за столько лет Ксандер ни разу его не огорчил. Он ходил в школу, заботился о стариках, не пил и не принимал наркотики, ну по крайней мере, Нэйтан ни о чем таком не знал, был таким добродушным пареньком, что Нэйтан удивлялся, как это возможно при таких-то родителях. Если сейчас его сын начал его распекать, он имел на то полное право.

Но все-таки насколько же было проще, когда Ксандер был маленьким. Нэйтан до сих пор прекрасно помнил тот день, больше шестнадцати лет назад, когда Джеки сказала ему, что беременна. Ее глаза сияли от удовольствия, и они оба притворились, что их брак все еще жизнеспособен.

Нэйтан услышал звук сливного бачка из маленькой ванной в коридоре. Болтовня все еще доносилась из гостиной, но тональность сменилась. Все начинают потихоньку закругляться, и вскоре люди начнут уезжать. Поднос с оставшимися сэндвичами был небрежно брошен на столе рядом с телефоном и норовил перевернуться. Нэйтан подхватил его и направился в кухню.

Джеки, правда, недолго пришлось улыбаться. Беременность протекала очень тяжело. Ее изводила утренняя тошнота, с рвотными позывами при виде всего, кроме пустого риса. Это продолжалось целым днями, даже после срока, на котором врачи обещали исчезновение подобной симптоматики. Джеки лежала целыми днями в духоте на диване, рядом ведро, и отмахивалась от всего, что Нэйтан пробовал предложить.

Проходя мимо ванной, он услышал, как щелкнул замок, и увидел Кэйти с бледным лицом и скомканной салфеткой в руках.

– Как себя чувствуешь?..

Он замер, когда ее красные глаза остановились на подносе с сэндвичами у него в руках, и она начала давиться точно так, как Джеки шестнадцать с лишним лет назад при виде еды.

– О, – выдохнул Нэйтан. Они очень долго смотрели друг на друга, и по ее глазам он понял, что угадал. – Можно поздравить?

Она ничего не сказала, только прижала салфетку у губам.

– Иди сядь, – сказал он. – Я пойду приведу Саймона.

– Стой. Нет, – она молниеносно схватила его за запястье. Крепко, почти больно. – Не надо Саймона.

– Почему?

Кэйти вытерла рот тыльной стороной руки.

– Господи. Сам-то как думаешь?

На секунду Нэйтан попытался себя убедить, что это мог быть Баб или даже – с очень большой натяжкой – Гарри.

– Кэмерон? – выговорил он наконец.

Она кивнула.

– Точно?

– Да.

– Ни единого шанса, что это Саймон?

Губы ее дернулись.

– Мы с Саймоном последнее время не ладили. – У нее на лбу проступила испарина.

– Кэмерон знал?

– Да.

Через дверь в гостиную Нэйтан видел, как народ перемещался, и в толпе мелькнула темная макушка Саймона. Шум разговоров и смеха набегал волнами.

– Хочешь поговорить с фельдшером? – наконец спросил Нэйтан.

Кэйти помотала головой.

– С кем-нибудь еще?

Она сухо посмеялась.

– Например? С кем здесь вообще можно разговаривать? Здесь нет никого.

Нэйтан помедлил, потом быстро взял ее за руку и повел по коридору.

– Идем сюда, – Он открыл дверь в комнату Ксандера. – Мне расскажи.

Она села на кровать и прислонилась спиной к стене.

Нэйтан ждал, она теребила постельное покрывало с поблекшим цветочным рисунком.

– У Саймона долги, – сказала она наконец. У него дома водопроводный бизнес, и я знала, что дела идут не очень, но все оказалось гораздо хуже, чем я думала. В любом случае хуже, чем он говорил. Он задолжал кучу денег куче людей, и я не знаю, что с этим делать, – она раздраженно потрясла головой. – В общем, суть в том, что нам очень нужны деньги. Ему, во всяком случае.