Евангелие от Люцифера - Пол Кристофер

Население по большей части было немецкого происхождения, а чужаки являлись редкостью. Родившиеся там, пусть без особой охоты, порой там и оставались, но если бы вам пришло в голову открыть где-нибудь магазинчик, о графстве Уэйн и Рутгерс-Блаффе вы подумали бы в последнюю очередь.

Самыми распространенными преступлениями в графстве являлись изнасилования, мелкие кражи, угрозы физического насилия и угоны автомобилей — именно в таком порядке. По платежной ведомости самой многочисленной категорией служащих графства были полицейские, фамилии типа Брунер, Острандер и Кох являлись весьма распространенными, а эмблемой графства являлась белая белка. Ее изображение красовалось на полицейских жетонах и канцелярских принадлежностях чиновничьих департаментов.

Кто таков Рутгер, никто уже не помнил, а вот круча[27], обрывистый, поросший деревьями берег, никуда не делась. Высилась над рекой в том месте, которое местные жители прозвали Третьим желобом.

В давнишние времена производство пиломатериалов являлось важнейшей частью экономики графства Уэйн. Бревна сплавлялись вниз по течению на лесопилки Паркмана, а на стремнинах реки Уинтер, чтобы направлять бревна в бурлящей белой воде, были сооружены деревянные желоба. Четвертый желоб был расположен двумя милями ниже по течению, на тридцать восьмом градусе, тридцать второй минуте и двадцать пятой секунде северной широты и восемьдесят восьмом градусе, десятой минуте и двадцать второй секунде западной долготы. Именно эти координаты были закодированы в раскладах пластиковых игральных карт человеком, запертым в каюте тонувшего в нескольких тысячах миль к югу круизного лайнера около полувека назад.

— Быть этого не может, — пробормотал Хилтс, посмотрев сперва на навигатор, а потом на убожество и запустение вокруг.

Шел проливной дождь, и они с Финн промокли до нитки, несмотря на купленные в Фэрфилде в магазине спортивных товаров две накидки и шляпы из непромокаемой пленки. Сейчас они стояли перед взятым ими напрокат «фордом» на старом стальном мосту через реку Уинтер, как раз над стремниной. Длина моста из конца в конец составляла не более пятидесяти футов, тогда как ширина позволяла разъехаться двум машинам.

По одну сторону моста расстилалась унылая пустошь: елки и сосенки, поднявшиеся на месте былых лесозаготовок, пятна вырубок да болота. Прямо перед ними, рядом с рекой, раскинулся широкий луг, через который проходила дорога с покосившимся сараем по одну сторону и деревенским домом с несколькими пристройками по другую. Над узкой тропой, что вела мимо дома к пристройкам, было установлена арка, какие можно увидеть в летних лагерях в стиле кантри. Надпись на ней — буквы были выполнены из сосновых ветвей — гласила: ПЕЩЕРЫ ЧУДЕС.

Слева от прохода, над забором из штакетника, красовалось вырезанное из фанеры изображение Иисуса с желтым нимбом, который больше походил на соломенную шляпу, и в коричневых сандалиях, смахивавших на армейские ботинки. По другую сторону арки находилось тоже фанерное, в бело-голубых тонах изображение Девы Марии. Видимо, по мнению автора, Мать Иисуса Христа была блондинкой. Краска на фанере поблекла и выцвела. Под самой надписью «Пещеры чудес» был прикреплен еще один фанерный квадрат с лаконичным знаком «$10». Белым по черному.

— Этого не может быть, — повторил Хилтс. — «Пещеры чудес»? Это туристский аттракцион. Причем, кажется, бывший. Похоже, тут все заброшено.

— А координаты сходятся? — спросила Финн.

— Точь-в-точь.

— Тогда это здесь. — Она кивнула в сторону фанерного Спасителя. — Иисус из Иллинойса. Многовато для простого совпадения, как ты думаешь?

— Это шутка.

— А для шуток многовато покойников. А если это шутка, то-то взбесится наш приятель Адамсон.

— Ты думаешь, он до этого докопался?

— Он ведь забрал твою цифровую камеру. Если еще не додумался, то скоро сообразит.

Они снова сели в машину, проехали под арку и припарковались на старой, посыпанной гравием стоянке рядом с закрытым ларьком, где раньше торговали закусками или сувенирами, позади которого находилось еще несколько запущенных служебных построек. Все вокруг поросло травой.

Петли на дверце ларька проржавели, сама дверца скукожилась и осела. Крыша стоявшего чуть слева на небольшой возвышенности дома просела, дымоходная труба обвалилась. Все было безжизненным. Передний двор зарос ежевикой, у крыльца стоял брошенный старый грузовик. Шины прогнили, треснувшее ветровое стекло было заляпано птичьим пометом. Серый дождь добавлял картине уныния.

— «Сумеречная зона», — пробормотал Хилтс, оглядывая парковочную стоянку. На дальнем конце находился выгоревший остов того, что могло быть школьным автобусом.

— А меня это скорее навело на мысль о «Кошмаре на улице Вязов».

— Часть двадцать шестая. «Джейсон захватывает Рутгерс-Блафф». И что нам делать теперь? — спросила Финн.

— Проверить. Посмотреть, то ли это, что действительно нашел Деверо.

— А что говорится об этом месте в путеводителе, который ты купил?

Они приобрели местный путеводитель в том же самом магазине, где купили накидки и все остальные вещи. Хилтс взял маленький буклет с приборной панели и пролистал его.

— Пещеры у четвертого желоба на реке Уинтер были обнаружены английским краснодеревщиком, горьким пьяницей Томом Вудвордом в тысяча восемьсот двадцать девятом году. Он провалился в карстовую воронку, провел в лишенных света пещерах шесть дней и имел видение Воскресения. После спасения Вудворд обратился к Богу, бросил пить и в благодарность за явленный Свет посвятил всю свою жизнь украшению пещер. В девятом гроте, возле устроенной им раки Святой Марии, отмечено несколько не нашедших объяснения явлений, естественных и сверхъестественных. Плата за вход — десять долларов. Включает брошюру с молитвами и светящийся в темноте брелок «Пещеры чудес». Принимаются автобусные экскурсии. Бесплатная парковка. Фирменный буфет.

Хилтс закрыл буклет.

— Естественные и сверхъестественные явления.

— Светящийся брелок.

— Это не то, что обнаружил Деверо.

— То самое, — уверенно возразила Финн. — По крайней мере, часть этого. Умирая, он счел нужным оставить координаты именно этого места. На то должна быть причина.

Хилтс вздохнул, потянулся мимо нее и вынул из бардачка фонарик.

— Пошли.

Следом за ним она выбралась из машины под моросящий, не то чтобы сильный, но безжалостный в своей нескончаемости дождь. С таким, должно быть, столкнулся Ной, а в Северной Ирландии он идет уже тысячу лет, фактически не прекращаясь и лишь время от времени делая паузы. Гравий хрустел под их ногами, когда они шли через парковочную площадку к завесе деревьев и обгоревшему автобусу. Присмотревшись, она подумала, что, скорее всего, автобус представлял собой тот самый фирменный буфет, о котором говорилось в путеводителе. Покрытая копотью металлическая вывеска предлагала блюда с пещерным колоритом — «сталактитовые» бургеры, «сталагмитовый» чили или «свежезажаренных летучих мышей».