Государство страха - Майкл Крайтон

С тех пор прошло уже больше суток.

Врачи двенадцать часов работали над тем, чтобы повысить температуру их тел до нормальной. Одна из сестер объяснила Эвансу, что делать это надо медленно. И еще все в голос уверяли, что с ним все будет в порядке, вот только, возможно, придется ампутировать пару пальцев ноги. Они подождут несколько дней, посмотрят, как развивается процесс, а там решат.

Ноги у него были перевязаны, между пальцами вставлены какие-то защитные пластинки. В обычную обувь ноги теперь не влезали, но сестры нашли и принесли ему пару шлепанцев огромного размера. Не иначе как принадлежали прежде какому-нибудь баскетболисту. На Эвансе они смотрелись просто смешно, он смахивал на клоуна. Что ж, придется пока походить в них, да и ногам не больно.

Он осторожно встал. Ноги немного дрожали, но в целом все было нормально.

И палату заглянула медсестра.

— Проголодался?

Он покачал головой:

— Нет еще.

— Что болит?

Эванс снова покачал головой:

— Все болит.

— Может стать хуже, — заметила она. И протянула ему пузырек с пилюлями. — По одной каждые четыре часа, если будет невмоготу. И заснуть с ними легче. Так что, видно, придется попринимать несколько дней.

— Что Сара?

— Сможешь увидеть ее через полчаса.

— А где Кеннер?

— Кажется, в компьютерной комнате.

— Где это?

— Может, тебе лучше опереться на меня, — предложила сестра.

— Да нет, — отмахнулся он. — Я в полном порядке. Вы только покажите мне, где это.

Она показала, и он пошел. Но идти оказалось трудней, чем он предполагал. Мышцы не слушались, все тело сотрясала дрожь. Он едва не упал, хорошо, что медсестра вовремя подхватила его.

— Ну, что я тебе говорила? Идем, провожу.

* * *

Кеннер сидел в компьютерной комнате вместе с бородатым начальником станции Макгрегором и своим помощником Санджонгом Тапа. Лица у всех были мрачные.

— Мы его нашли, — сказал Кеннер и указал на экран монитора. — Узнаете своего дружка, Эванс?

Эванс взглянул на экран.

— Да, — ответил он. — Тот самый ублюдок.

На экране красовался снимок мужчины, выдававшего себя за Болдена. Рядом значилось его настоящее имя. Дэвид Р. Кейн и прочие данные. «Возраст двадцать шесть лет. Родился в Миннеаполисе, штат Миннесота. Степень бакалавра искусств в Нотр-Дам; степень магистра гуманитарных наук, Мичиганский ун-т.; в наст. время: кандидат в доктора философии по океанографии, Мичиганский ун-т, Анн-Арбор; исследовательский проект: „Динамика смещений шельфа Росса. Измерение с помощью датчиков джи-пи-эс“. Руководитель программы/супервайзер проекта: Джеймс Брюстер. Мичиганский ун-т».

— Так, значит, фамилия его Кейн, — заметил начальник станции. — Он пробыл здесь неделю, работал с Брюстером.

— Где он теперь? — мрачно осведомился Эванс.

— Понятия не имею. На станцию сегодня не вернулся. Ни он, ни Брюстер. Думаю, они отправились в Макмердо, хотели захватить там какой-нибудь транспорт и удрать. Мы связались с Макмердо, просили их проверить, весь ли транспорт в наличии, но ответ до сих пор не получен.

— А вы уверены, что его здесь нет? — спросил Эванс.

— Уверен. Чтобы открыть внешние двери на станцию, нужна специальная карточка, удостоверяющая личность, так что мы в любой момент можем узнать, кто где находится. За последние двенадцать часов никто по имени Кейн или Брюстер дверей не открывал. Так что их здесь нет.

— Думаете, они могут быть в самолете?

— Люди из диспетчерской Макмердо не уверены. Надо сказать, они не слишком внимательно следят за перемещением повседневного транспорта. Если кто-то хочет улететь, садится и спокойно взлетает. Вообще, согласно условиям большинства грантов, ученые не имеют права покидать станцию в период проведения исследовательских работ. Но вы же сами понимаете. Все люди. У кого-то день рождения, у другого — семейный праздник. Вот они и мотаются на континент, туда и обратно. Улетают, прилетают, записи не ведутся.

— Насколько мне помнится, — начал Кеннер, — Брюстер явился сюда с двумя студентами-выпускниками. Где второй? — Любопытно. Он вылетел из Макмердо вчера. В день вашего прилета.

— Так что, думаю, всех их уже и след простыл, — сказал Кеннер. — Да, им следует отдать должное. Шустрые ребята и хитрые. — Он взглянул на часы. — Так, теперь давайте посмотрим, что они тут оставили.

* * *

Табличка на двери гласила: «Дэйв Кейн, Мич. ун-т». Эванс толкнул ее и увидел небольшую комнатку, незастланную постель, небольшой стол с в беспорядке разбросанными по нему бумагами, четыре жестянки из-под диетической колы. В углу валялся открытый чемодан.

— Итак, приступим, — сказал Кеннер. — Я займусь кроватью и чемоданом. Вы — письменным столом.

Эванс принялся рыться в бумагах на столе. Вроде бы все до одной представляли собой распечатки научных статей. На некоторых был штамп «МИЧ УН ЛАБ ГЕО», далее значился номер.

— Все это для прикрытия, — заметил Кеннер, когда он показал ему эти бумаги. — Он привез их с собой. Что-нибудь еще? Личное?..

Но Эванс не видел ничего интересного. На некоторых распечатках были пометки желтым маркером. Была здесь и стопка библиографических карточек размером три на пять дюймов, на некоторых были сделаны записи, но все они выглядели подлинными и, казалось, имели самое прямое отношение к статьям.

— А вы считаете, этот его помощник вовсе не был студентом-выпускником?

— Как знать. Может, и был, но я сомневаюсь. Эти эко-террористы, как правило, не слишком образованные люди.

Были здесь и снимки ледников, и снимки со спутников каких-то участков земли. Эванс быстро перебирал их и вдруг остановился на одном.

Внимание его привлек подзаголовок.

— Послушайте, — сказал он, — кажется, в том списке четырех разных точек было обозначено место под названием «Скорпион»?

— Да…

— Так это здесь, в Антарктиде, — сказал Эванс. — Вот, посмотрите.

— Но это никак не может… — начал было Кеннер и тут же осекся. — А знаете, Питер, это очень любопытно. Молодец. Снимок лежал вот в этой стопке? Хорошо. Есть что-нибудь еще?

К своему удивлению, Эванс вдруг почувствовал, что похвала Кеннера ему приятна. Он начал быстро перебирать снимки. И минуту спустя вдруг воскликнул:

— Есть! Вот еще один.

— Примерно то же самое расположение вкраплений камня в снег, — возбужденно продолжал Эванс. — И… я не знаю, что это за слабо прочерченные линии… возможно, дороги? Камни, запорошенные снегом?