Остров проклятых - Деннис Лихэйн

— Вранье!

Тедди выкрикнул это, и крик эхом отозвался в его голове.

— Ваше имя Эндрю Лэддис, — повторил Коули. — Вас поместили в эту клинику по решению суда год и десять месяцев тому назад.

Тедди досадливо махнул рукой:

— Это уже чересчур даже для вас, ребята.

— Факты, Эндрю, факты. Вы…

— Не называйте меня так.

— …поступили к нам почти два года назад, после того как совершили страшное преступление. Общество такое простить не может, в отличие от меня. Посмотрите мне в глаза, Эндрю.

Его взгляд двинулся вверх по протянутой руке, еще выше, по торсу, и наконец встретился с глазами главврача, светившимися этим фальшивым состраданием, этой имитацией участия.

— Меня зовут Эдвард Дэниелс.

— Нет. — Коули тряхнул головой с видом человека, теряющего последние силы. — Вас зовут Эндрю Лэддис. Вы сделали страшную вещь и не можете себе этого простить, поэтому разыгрываете спектакль. Вы придумали насыщенный событиями сложный сюжет, в котором вы являетесь героем, Эндрю. Вы убедили себя в том, что вы по-прежнему федеральный пристав и приехали сюда по заданию. А здесь вы раскрыли заговор, и, стало быть, что бы мы вам тут ни говорили, это только работает на вашу фантазию о заговорщиках. Наверно, можно было бы махнуть на это рукой, живите себе в своем мире фантазии. Я — за. Если бы вы были безобидны, я только за. Но вы склонны к насилию, это ваша стихия. К тому же, с учетом вашего военного опыта и подготовки в силовых структурах, вы здорово поднаторели. Вы самый опасный пациент в этой клинике. С вами не могут справиться. Вот почему было принято решение… посмотрите на меня.

Тедди поднял глаза. Коули потянулся к нему через стол с мольбой во взгляде.

— Было решено, что, если мы не сумеем вернуть вам здравый смысл — сейчас, прямо сейчас, — будут приняты радикальные меры, чтобы впредь вы уже никому не причинили зла. Я понятно выражаюсь?

На секунду — даже не на полную секунду, на десятую долю — Тедди ему почти поверил. Но затем он улыбнулся.

— У вас, док, хорошо получается. А плохого полицейского сыграет Шин? — Он оглянулся на дверь. — Не пора ли ему уже появиться?

— Смотрите на меня, — сказал Коули. — Смотрите мне в глаза.

Тедди посмотрел. Глаза главврача были красные от недосыпа, с признаками головокружения. И чего-то еще. Чего же? Он вглядывался в эти глаза, выдерживая пристальный взгляд Коули. И тут до него дошло. Он понимал, что впечатление обманчиво, но взгляд выдавал человека с разбитым сердцем.

— Послушайте, — сказал Коули. — Кроме меня, у вас никого нет и не было. Вот уже два года, как я выслушиваю ваши фантазии. Мне знакома каждая деталь, каждая складочка — шифры, пропавший напарник, ураган, женщина в пещере, бесчеловечные эксперименты на маяке. Я все знаю про Нойса и про вымышленного сенатора Херли. Я знаю про Долорес, которая регулярно является вам во сне, мокрая до нитки. Я знаю про поленья на кухонном столике.

— Всё-то вы врете, — перебил его Тедди.

— Тогда откуда мне это известно?

Тедди взвешивал факты на своих дрожащих пальцах.

— Я ел вашу еду, пил ваш кофе, курил ваши сигареты. Блин, я принял три таблетки «аспирина», которые вы мне дали в утро моего приезда. А на следующий день вы меня усыпили. Когда я очнулся, вы сидели возле моей кровати. С этой минуты я уже был сам не свой. Вот с чего все началось. С этого вечера и моей мигрени. Чем вы меня накачали?

Коули откинулся назад. Лицо его исказила гримаса, как будто он проглотил какую-то кислятину, взгляд уткнулся в окно.

— Мое время истекает, — прошептал он.