Поглощенные сумраком - Лорет Энн Уайт

26 октября, понедельник

В ту ночь Стелла лежала в своей постели наверху. Они срезали веревку, на которой повесилась Кэти, обернули ее простыней с кровати и отнесли под навес, где умудрились запихнуть ее тело в большой морозильник рядом с Бертом.

Не вполне понимая, что делать дальше, пятеро выживших разогрели тушенку, приготовленную Деборой, подкрепились из последних сил и разошлись по спальням в надежде на то, что утром они на ясную голову придумают какой-нибудь план.

Они следили друг за другом, пока входили в свои комнаты и запирали двери.

Ветер снаружи почти затих, и Стелла больше не слышала барабанной дроби дождя. Возможно, снова пошел снег, но она слышала отдаленный рокот генератора. Она не могла решить, был ли этот механический звук жутким или успокаивающим, с учетом содержимого морозильного шкафа.

Она в тысячный раз воспроизвела последовательность событий, приводивших к смерти. Судя по всему, почти у каждого имелась возможность взять мясницкий нож на кухне и убить Берта.

То же самое относилось к исчезновению Джекки вместе с самолетом. Теперь Стелла была уверена, что Джекки Блант мертва.

Кэти Колбурн? Было ясно, что она покончила с собой по какой-то мрачной причине, неизвестной для остальных.

Стелла ворочалась в постели, взбивала подушку и лежала на спине, глядя на тени, двигавшиеся на потолке. Через час она посмотрела на часы.

01.45 ночи.

Она поворочалась еще несколько минут, потом резко выпрямилась. Кто-то стучал в дверь спальни дальше по коридору. Она услышала женский крик:

– Помогите, пожалуйста! Стивена сильно тошнит. Ему очень плохо!

Стелла натянула фланелевую рубашку и первые попавшиеся брюки. Потом отперла дверь и выглянула наружу.

Это была Моника в домашнем халате. Она стояла перед дверью Стивена.

– Натан сейчас в уборной вместе с ним, – сказала она. – Его постоянно тошнит, и у него ужасный понос. Его рвет кровью.

* * *

Вторник, 27 октября

Поздним утром на следующий день Стивен наконец заснул. Они перенесли его в гостиную вместе с ведром и уложили на диван. За прошедшую ночь количество крови в его рвоте и поносе заметно увеличилось. Они оставались рядом с ним, пока Натан поддерживал огонь в очаге до раннего утра. Теперь Дебора сидела рядом со Стивеном и промокала его лоб тряпицей, смоченной в холодной воде. Стелла нашла в своей аптечке электролитические таблетки; его кровяное давление сильно упало, и они боялись обезвоживания. Время от времени он начинал бредить. Его лицо было пепельно-серым, глаза запали, синяки ярко проступили на коже.

Все поглядывали на шахматную доску, как будто ожидали, что очередная фигурка внезапно потеряет голову и упадет замертво.

– Похоже, он чем-то отравился, – в очередной раз сказала Моника, стоявшая за диваном. Она превратилась в развалину. Стелла едва узнавала состоятельную и ухоженную женщину в дорогих обновках, которая взошла на борт гидроплана всего лишь два дня назад.

– Но мы все ели одно и то же, – сказала Дебора. – Я разогрела консервированную тушенку и чили с овощами, а потом разложила по тарелкам.

Эти миски с тушенкой успели остыть, пока они освобождали Кэти из петли, заворачивали ее в простыню и относили под навес. Но Моника снова разогрела их.

– Может быть, он съел что-то еще? – предположил Натан. – Или принял какие-то таблетки?

– В его комнате не было ничего такого, – отозвалась Стелла.

Стивен застонал, и его веки задрожали. У него пересохли губы.

– Эй, – Стелла попыталась улыбнуться. – Вы еще живы, док.

Он снова застонал и поднес руку ко лбу.

– Нужно… попить. Очень хочется пить.

Натан встал.

– Я сделаю черный чай с сахаром. Думаю, это будет хорошо. Кто-нибудь еще хочет? Я видел на кухне чайные пакетики и сахар.