Поглощенные сумраком - Лорет Энн Уайт

Мэйсон был вооружен табельным пистолетом и нес на спине ружье, прикрепленное к рюкзаку. То же самое относилось к Рэю Грегсону. У Оскара имелся дробовик для защиты от хищников. По его словам, здесь водились гризли, волки и горные пумы.

Мэйсон посмотрел на часы. Было около половины третьего, и их колонна по-прежнему двигалась легкой трусцой по заросшей и неровной тропе через лес, вдоль отмелей и каменистых осыпей с перемежающимися лугами и заболоченными участками. Рюкзак у него на спине, в сочетании с тяжелыми ботинками, курткой и положенным по должности бронежилетом, испытывал пределы его физической силы и выносливости, которая изрядно уменьшилась после австралийского «круиза», когда гибель Дженни и Люка разбила его жизнь вдребезги. Он начинал обливаться потом, его мышцы протестовали. Но при этом он вписался в ритм бега, глубоко вдыхая чистый, прохладный воздух. Это было почти медитативное состояние. Оно отвлекало его от других вещей и давало ему ощущение жизни.

Скорее всего, они следовали по звериной тропе, как объяснила Келли. Но было ясно, что выжившие направились этим путем, – на это указывала не только собака. На пути то и дело попадались смазанные следы, отброшенные камни, раздавленные растения и сломанные ветки.

Мэйсону нравилось, как двигалась Келли, наслаждаясь своей сосредоточенностью, излучая заразительную энергию, впитывая окружающую обстановку. Она постоянно оставалась бдительной к любым звукам, ориентирам и переменам погоды. Ее щеки были ярко-розовыми, глаза блестели. Она чувствовала себя как дома в этой обстановке. Это был ее мир. Мэйсон полагал, что если бы она спрыгнула на парашюте с вертолета посреди дикой глуши, то осталась бы в живых и нашла дорогу домой.

А он? Хотя он мог найти обратный путь в городе по ориентирам, известным любому горожанину, – тут «Макдоналдс», там «Старбакс», универсам на углу, крошечное суши-кафе, корейский ресторан на перекрестке, – здесь были другие ориентиры, вроде огромной дугласовой пихты на северном склоне, проблеска воды с западной стороны, характерной вершины, внезапно проступившей из-за облаков, перемены растительности на возвышенном месте. Это было иное ощущение пространственной ориентации.

Собака неожиданно свернула с тропы и пошла обнюхивать склон, поднимавшийся к поляне на возвышенности.

– Хэй! – Грегсон осадил Труди и вскинул руку, указав туда. – Нужно посмотреть там, – добавил он.

Оскар объявил об остановке, и они стали наблюдать, как команда К9 продирается через кусты.

– В этом проблема с ищейками, – с улыбкой сказала Келли, пока они смотрели, как Грегсон спотыкается и падает, стараясь удержать свою собаку. – Если они идут не по следу, а по запаху, то игнорируют легкие пути и направляются прямо к источнику запаха. Вероятно, наши подопечные нашли гораздо более удобный подход к тому месту.

Они поднялись по склону до самой поляны. Оскар попросил их отступить в сторону, пока он тщательно осматривал следы под большой елью. Потом он что-то нащупал в грязи, поднял руку и показал остальным:

– Это «Chap Stick».

Мэйсон взял тюбик и вопросительно посмотрел на Келли.

– Обычный бальзам для губ, – сказала она.

– Похоже на первый лагерь «пятерки выживших», – заметил Оскар и указал на другие следы. – Они сидели здесь и отдыхали. Кто-то лежал, судя по вмятине во мху и вокруг. Тут еще есть обертка от батончика мюсли, – он поднял обертку рукой в перчатке.

Мэйсон взял ее и положил в пластиковый пакетик для сбора улик.

– Из запасов в буфете или завалялся у кого-то в рюкзаке, – сказал он.

– Значит, ты думаешь, что они переночевали здесь, Оскар? – спросила Келли, глядя на исполинскую ель. – Такое дерево могло послужить укрытием для всех.

– Пожалуй, – согласился Оскар, продолжая внимательно изучать почву, пока Грегсон поил и кормил Труди. – Если это была их первая ночевка, то мы движемся гораздо быстрее, чем они, – норвежец поднял голову и блеснул ярко-голубыми глазами. – Это хорошо, потому что мы нагоняем их, но нехорошо, если их замедляют травмы и болезни.

Тем не менее вдоль тропы и вокруг места ночлега не было признаков кровавой рвоты или поноса. Мэйсон сфотографировал место и загрузил координаты GPS для криминалистов.

– Нам нужно двигаться, – сказала Келли, глотнув воды из походной фляжки.

Оскар съел батончик, а один из его коллег предложил орехи.

– Я до сих пор различаю пять различных отпечатков, – сказал Оскар, продолжая жевать. – До сих пор они двигались вместе.

Еще через два часа ходьбы по тропе Оскар снова попросил остановиться, чтобы изучить особенно четкие отпечатки в глинистой грязи. С помощью палки и резиновых колец для замеров ширины шага он аккуратно обработал глинистую полосу.

– Они начали уставать, – сказал он. – Шаги укорачиваются.

– По-прежнему пятеро? – спросил Мэйсон.

– Ответ утвердительный.

– Нет признаков, что кто-то следовал за ними?

В полном молчании Оскар заново принялся изучать грунт, измеряя следы, едва заметные для Мэйсона. Это было сокровенное искусство, подумал он, наблюдая за тонкими манипуляциями. Наконец Оскар поднялся на ноги и надел фуражку.

– Есть звездчатый узор. Есть следы женской обуви, восьмого и седьмого размеров. И два отпечатка мужских ботинок. Больше ничего.

Образы трупов в морозильнике возникли перед мысленным взором Мэйсона. Если кто-то неизвестный убил Берта Кундеру и Кэти Колбурн, то убийца не преследовал «пятерку выживших» и не охотился за ними.

Оставалась возможность, что один или несколько убийц были членами группы.

Или, по какой-то причине, убийца оставил их в покое.

Келли подняла бинокль и осмотрела тропу впереди.

– Отсюда путь идет вверх, – сказала она. – Посмотрим, сможем ли мы добраться до того хребта, пока не стемнеет. Этот наблюдательный пункт предоставит нам панорамный обзор, и судя по характеру рельефа, тропа от того хребта будет спускаться к воде. Мы разобьем лагерь в самом высоком месте.

Мэйсон открыл свою фляжку и глотнул. Холодная вода еще никогда не казалась ему такой вкусной.

– Значит, этим беднягам пришлось подниматься по склону, – сказал он.

– Да, – Келли убрала бинокль в полевую сумку. – Насколько я помню, у берега были остатки звериной тропы, которые обходили этот подъем стороной, но уровень воды в озере Таксис заметно вырос за последние годы. Обильные снегопады и теплая погода, приводившая к таянию ледников. И масса осадков за последние дни, – она прикрыла глаза козырьком ладони, глядя на горы. – Я опасаюсь, что ручьи и водопады, которые впадают в озеро, могут осложнить наше продвижение.

– Но то же самое относится и к «пятерке выживших». Если бурные ручьи преградят нам путь, то они же остановят беглецов.

Она кивнула и поджала губы.

– Правда, уровень реки и воды в ручьях меняется ежечасно. Также возможны ливневые паводки. И внезапные оползни, которые трудно обойти… но вы правы. Если эти препятствия задержат их, то, наверное, им хватит ума переждать или повернуть назад.