Если бы мы были злодеями - М. Л. Рио

Я вернулся в Замок час спустя, дрожа от холода, который, казалось, впивался в мои конечности. Когда я вошел в библиотеку, меня все еще трясло, хотя, возможно, мое состояние не было связано с низкой температурой снаружи. Джеймс и Филиппа сидели на диване, уткнувшись носами в свои тексты. Услышав мои шаги, они встрепенулись. Лицо у меня, наверное, перекосилось после шока, потому что они тут же вскочили на ноги.

– Оливер! – воскликнула Филиппа.

– Что случилось? – спросил Джеймс в то же самое мгновение.

Я попытался ответить, но сперва не смог произнести ни слова, затерявшись в шуме воспоминаний, мгновенно переполнивших голову. Я вздрогнул, когда Джеймс схватил меня за руку.

– Оливер, посмотри на меня, – настойчиво сказал он. – Что с тобой?

– Рен, – ответил я. – Она просто… рухнула… в зале.

– Что?! – громко выкрикнул он, и я отшатнулся, поморщившись. – Что значит «рухнула»? Она в порядке? Где…

– Джеймс, прекрати! – Побледневшая Филиппа оттащила его в сторону. – Пусть он говорит! – Она повернулась ко мне и мягко произнесла: – Что случилось?

В монологе, полном неловких пауз и запинок, я рассказал им, как Рен упала в репетиционном зале, как после неудачной попытки привести ее в чувство я поднял ее с пола и на всех парах помчался в лазарет, а Гвендолин и Фредерик поспешили за мной, пытаясь не отставать.

– Сейчас ее состояние стабильно. Она очнулась, но медсестры сразу же выставили меня за дверь. Они не разрешили мне побыть с ней, – добавил я извиняющимся тоном.

Джеймс открыл было рот, но потом беззвучно закрыл его, как человек, говорящий под водой.

– Я должен идти, – пробормотал он наконец.

– Нет, стой… – Я потянулся к его руке, но мои пальцы лишь задели рукав его рубашки.

Он был вне пределов досягаемости и кинулся к двери. Помедлил, бросив на меня пронзительный взгляд, как будто пытался что-то мысленно мне сказать. У меня не было времени разбираться в этом, и я не понял его намека. Секунда – и Джеймс исчез. После его ухода адреналин схлынул, и колени у меня подогнулись. Филиппа подвела меня к ближайшему креслу.

– Все в порядке, – сказала она. – Посиди тут немного. Ты уже сделал достаточно.

Я схватил ее запястье и сжал слишком сильно в приступе отчаяния. Рен выбила у меня почву из-под ног. Наверное, она тоже хотела ускользнуть – как в свое время Ричард, а теперь и Джеймс. Значит, и она могла затеряться в ночи. Она бы утекла, как вода сквозь пальцы, и никто не успел бы ее поймать. Неужели все мы так быстротечны, непостоянны? Я нервничал: я бы не смог подняться в Башню и находиться там в одиночестве – я не хотел терять никого из тех, кто был рядом со мной все эти годы.

Поэтому я сидел не шевелясь и гадал, может ли кто-нибудь из нас снова уйти и уже не вернуться. Если Филиппа и была напугана, она не показывала этого. Она опустилась на пол возле кресла и ждала, когда мне станет легче.

Через десять минут я пришел в себя, но только час спустя, когда появился Александр, я почувствовал, что смогу встать на ноги. Я рассказал ему все более связно, но вынужден был повторить историю с самого начала, когда в библиотеку спустилась Мередит.

Мы провели еще час, сгрудившись у камина, изредка перекидываясь репликами и ожидая новостей.

– Думаете, они отменят маскарад? – Александр.

– Они не могут отменить его теперь. Люди запаникуют. – Мередит.

– Кто-нибудь знает, какая у нее роль? – Александр.

– Мы не должны говорить об этом. – Я.

– Кто-то другой должен выучить ее. И никто даже не узнает, что роль дали Рен. – Мередит.

– Если честно, я начинаю думать, что все эти тайны – не очень хорошая штука.