Девонширский Дьявол - Дмитрий Безуглый

Главный констебль Финч внимательно выслушал Норберта Эддингтона, который прибыл в полицейский участок сообщить о только что принятом решении рано утром конвоировать арестованного Селби Нэша в Уинчестер. Здесь же находились констебли Нил Браун и Кевин Ходжес, которым идея виконта была по душе. Они желали покинуть Уокерли как можно скорее.

— Это правильное решение, милорд, — кивнул Чарльз. — Особенно в нынешнем положении.

Финч кивнул на дверь.

— Там уже собирается толпа. Боюсь, нам надо поторапливаться.

— Хотите ехать прямо сейчас?

— Нужно подготовить экипаж, — подтвердил констебль. — И мы уедем как можно быстрее.

— Тогда не стану вам мешать, джентльмены, — произнес виконт. — Я иду в церковь. Пусть преподобный Олдридж проявит все свое искусство красноречия и постарается отвлечь прихожан, пока вы не покинете Уокерли.

— Разумно.

Когда Эддингтон удалился, Финч приказал констеблю

Уокерли срочно заняться подготовкой экипажа.

— Нил, Кевин! Глаз не спускайте с арестованного.

— Да, сэр.

Главный констебль вышел за порог участка и вдохнул свежий ночной воздух. Шум шагов и огни факелов стекались на площадь. Скоро их будет много. Очень много. Жесткое лицо Чарльза не выражало никаких эмоций. Он был готов к худшему…

Марисса очнулась, лежа на диване в другой комнате. Она приподняла голову и удивленно озиралась по сторонам, пытаясь вспомнить, как здесь очутилась.

— Слава Богу, ты в порядке, — затараторила Бетси Тернер, сидя на стуле подле подруги.

Джиневра Милтон стояла чуть поодаль и наблюдала за Мариссой. Ее лицо немного осунулось от долгих недосыпаний, а глаза были блеклыми. Казалось, в них было лишь безразличие к жизни. Однако именно в эти мгновения она, как ни странно, полностью прониклась пониманием душевного состояния подруги. Ведь она, по сути, точно так же теряла Алисдэйра и свою любовь к нему. Если уже не потеряла безвозвратно.

— Что вы здесь делаете? — слабым голосом поинтересовалась Эддингтон.

— Доктор Янг просил меня прийти присмотреть за тобой, — ответила Тернер. — Я и Джинни тут же согласились.

— А где доктор Янг? — опасливо спросила Марисса, вспомнив все произошедшее с ней, вплоть до обморока.

— Он… занят, — осторожно и как-то безразлично ответила Джиневра.

— Да-а, — неуверенно протянула Бетси, — он сказал, тебе необходим покой.

— Черта с два! — Марисса слишком резво вскочила на ноги и кинулась к двери.

— Постой! Куда ты?!

Но виконтесса уже открыла дверь и выбежала в коридор. Повинуясь интуиции, она свернула вправо, вспоминая, что именно там должна быть операционная, где находился Ройл. За ней кинулась Бетси Тернер, пытаясь вразумить подругу. Джиневра осталась в комнате. Марисса ворвалась в помещение, где над столом, на котором лежал Фармер, склонился Тейт Янг. Он тут же выпрямился и повернулся к ней лицом.

— Леди Эддингтон… — начал говорить он, и Марисса уловила в его голосе нотки глубокого сожаления.

— Он жив?! — испуганно спросила она.

Доктор Янг опустил глаза и ничего не ответил. Однако этого было достаточно, чтобы понять — Ройл Фармер умер. Ее Ройл умер!

— Не-е-ет!!! — девичий вопль резал ухо. Марисса кинулась на Тейта, колотя его руками в грудь: — Почему?! Почему вы ничего не сделали?! Вы же обещали!!!

Доктор схватил ее за плечи.

— Успокойтесь, прошу вас, — шептал он. — Я сделал все, что мог.

Марисса вырвалась из его рук и бросилась к столу.

— Ройл! Мой милый Ройл!

Ее слезы капали на мертвое восковое лицо Фармера и тут же стекали вниз.

— Почему? Почему? Почему?!

Сильная душевная боль раздирала Мариссу изнутри. Ее одновременно переполняли страдание и ярость. Она знала — он погиб из-за Селби. Из-за этого чокнутого Нэша, будь он проклят! Когда она подняла голову, доктор Янг ужаснулся. В глазах девушки пылала такая безудержная ненависть, что даже его пробрала мелкая дрожь. Ее лицо свело гневом, кулачки сжались добела.

— Он должен умереть, — словно в порыве безумства, зло прошептала Марисса.

— Миледи, — Тейт сделал шаг вперед.

— Не пытайтесь остановить меня!

Марисса Эддингтон решительно направилась к выходу. Бетси посторонилась, с изумлением глядя на враз изменившуюся подругу.

На площади собралось много людей. Они шумели, громко выкрикивали что-то, обсуждали арест Селби Нэша и гневно возмущались жестокими убийствами. Однако все это происходило хаотично, и не было человека, который мог бы организовать толпу. Именно сюда и направлялась Марисса, обуреваемая ненавистью и жаждой мести. Она выбрала место неподалеку от часовни, огражденной высоким парапетом, и взобралась на него. Выпрямилась, вдохнула воздух полной грудью, на лице — выражение жестокой решимости. Если бы в эту минуту ее увидели мать или отец, — то они вряд ли бы узнали в ней свою добрую и веселую дочь. Это была совершенно другая Марисса. Возможно, унаследовавшая что-то от собственного деда Хамиша Эддингтона.

— Слушайте меня! — ее громкий голос мгновенно разнесся по площади.

Люди с интересом поворачивали головы, перешептывались, а некоторые тыкали пальцами в сторону леди Эддингтон.

— Это же дочка виконта! — слышалось из толпы.

— Вам ведь известно, кто убийца? — крикнула Марисса, и ее злобный взгляд обвел толпу.

— Выродок Нэш! — выпалил кто-то.

— Верно! Он убил Элеонор Тоу и Агату Абрамсон!

— Его ведь поймали?!

Это прозвучало как вопрос и утверждение одновременно, на что Марисса горько усмехнулась:

— И что нам с этого? Поймали! Что же будет дальше? Суд и тюрьма?

— А и верно! Что дальше?! — крикнул другой голос из толпы.

Люди мгновенно зашумели, кто-то присвистнул.

— Но вы не знаете о еще одном убитом!

Гул в толпе сильно нарастал, страх и возмущение витали в воздухе.

— О чем ты говоришь?!

Марисса выдержала недолгую паузу, ожидая, когда до всех дойдет смысл ее слов. А потом произнесла:

— Только что умер Ройл Фармер, которого убийца Нэш ударил ножом!

Теперь это сборище загудело, словно рой пчел, разворошенный палкой.

— Ройл?!

— Мертв?!

— К черту суд!!!

— И мы позволим, чтобы Нэш жил?! — выкрикнула Марисса в унисон воплям из толпы.

— Нет!

— Смерть этой твари!

— Смерть! Смерть! Смерть!..

Это были самые сладкие слова в жизни Мариссы, которые доставили ей неописуемое наслаждение наряду с тем, что толпа качнулась в сторону и люди, возбужденные только что услышанной новостью, ринулись в сторону полицейского участка.