Тени приходят с моря - Эл Ригби

– В таком случае хотя бы выражайся правильно: не у ног, а над головой, ведь тебе приходится жить под землей. И, как я вижу, тебе нравится.

Доктор была права: из них всех Джер, конечно же, наилучшим образом переживал обитание в норах. Остальным привыкнуть оказалось труднее. Большую часть уже прошедших двух с половиной дней они старались проводить все же не в Вайлент о’Анатри, хотя там и было на что посмотреть: там имелись не только жилые помещения, но и торговые лавки, банки, театры и рынки под пещерными сводами. Сады и купальни, парки, рельсовые дорожки с пестрыми прогулочными вагончиками. Фермы и оранжереи. Да, даже если бы барсуки и вовсе не вылезали наверх, у них было все необходимое. И все же… тем, кто не привык к сырому запаху земли и сквознякам, было тяжело довольствоваться подобным вместо морского бриза.

Нехватка света и воздуха заставляла идти на риск: с полудня (эквивалентного середине барсучьей ночи) они выходили гулять наверх. Товур Лирисс, конечно же, все понимая, снабжал их закрытыми экипажами и небольшим охранным сопровождением. Вечером и ночью оно состояло из лавиби, днем – в основном, из полукровок или тех немногих барсуков, кто жил по привычному киримо режиму. Все они неприметно одевались и держались на почтительном расстоянии, так что гуляющая компания путешественников еще ни разу не привлекла лишнего внимания.

Да и едва ли в суетливом Верхнем (надземном) Такатане, похожем на огромную деревню, это внимание было бы легко привлечь. Здесь постоянно появлялись новые лица: главными местами считались порт и главный – Позвоночный вокзал. Здесь жизнь кипела, расползаясь вширь, но затихала по мере приближения к Теплой стороне города – к противоположному концу залива, на берегу которого Такатан нежился вот уже восемь сотен юнтанов.

Да, на Теплой стороне было тихо… там располагались жилые корпуса и алые башни Акра Монтара. Там учились ле и стояли дома их наставников, там жили все прибывшие из других мест, даже те, кто оставил суда в барсучьей бухте. Там все принадлежало Первому подразделению, и, хотя никаких опознавательных знаков, ворот и стен не было, это знали все. Тэсс слышала, что туда заходили разве что торговки букетами во время ветра Пробуждения и Расцветания, за остальным необходимым алопогонные или их снабженцы выходили сами.

Тэсс не видела эту часть города до сегодняшнего утра, когда ей довелось разглядеть с крыши башни на самой границе колонны движущихся людей и их живой, смертоносной техники. Девушка очень надеялась, что и в дальнейшем не будет никакой необходимости появляться близ красных домов и шпилей. В конце концов, даже цветы сикинараи словно опасались этого квартала. Вечером тут светились лишь окна.

– Снова меняется…

Доктору даже не обязательно было продолжать: перемену в составе шествия заметили все.

Самолеты в небе сменились кораблями, в большинстве своем огромными, хотя иногда и окруженными другими, почти крохотными. Корабли летели строем, лениво, величественно и совсем-совсем низко, отбрасывая огромные темные тени. Некоторые люди в толпе даже протягивали к ним руки, будто надеясь дотронуться. Красная парусина отражала свет, воинственно тянулись вперед детализованные, выточенные ростры. Не птицы, девы или рогатые дельфины. В основном, это были звероголовые, вооруженные, скалящиеся чудовища.

– Наш Странник кажется таким малышом… – пробормотала Таура, которая впервые не смогла скрыть робкого, почти беспомощного восторга перед тем, что открывалось ее взору. – И Дит тоже…

– Не говори им, – хмыкнул Джер.

– Дит все равно лучше, – заявила Ву.

Лавиби кивнул с нескрываемым одобрением. Тэсс оглядела его небритую задумчивую физиономию и опять посмотрела вперед. Ее мысли – неожиданно для нее – опять поменяли направление.

Она вдруг задумалась: в какой из частей этого шествия мог когда-то ходить Паолино. Был ли он внизу? Знаменосцем? Или ехал в автомобиле, а может, управлял самолетом, а может…

…Может, мы ошиблись?

Она вспомнила, что зеленая подвеска все еще оставалась на корабле. Нужно будет снова надеть ее, когда они с Ву…

Тэсс почувствовала беспокойство. Несмотря на то, что они обо всем договорились, ей было тревожно. Сомнения сбивали с толку, не давая нормально спать и периодически отзываясь тошнотой. И хотя решение вроде бы выглядело правильным, быстрым и наиболее безопасным для всех…

– Они заканчивают, – раздался голос Мади Довэ. – Значит, наверное, барсуки-охранные вернулись. Давайте прогуляемся к Позвоночному вокзалу. Пора забрать ваши билеты, завтра там будет не протолкнуться, а Белый Олень стои́т не так уж долго.

Глаза Ласкеза блеснули, но он ничего не сказал. Тэсс медленно перевела взгляд на красную колонну: последний корабль и последние шеренги исчезали из виду.

– Моя милая ле! – окликнула ее доктор.

– Да… – отозвалась она, принужденно улыбаясь. – Конечно. Идемте.

Доктор с особым вниманием заглянула ей в лицо и потрепала по плечу. Брат же… ничего не замечал. Он уже направлялся с Джером к спуску винтовой лестницы и о чем-то оживленно болтал.

Покидая крышу, Тэсс в последний раз обернулась и посмотрела на город через подзорную трубу. На открытом балконе ближнего дома она увидела человека – неопределенного возраста, лысого и одетого в расстегнутую фиолетовую рубашку. Его глаза закрывали круглые желтые очки, на столике, за которым горожанин расположился, стояла пишущая машинка с заправленным листом.

Человек, не снимая очков, разглядывал в бинокль окончательно опустевшую набережную. На его тонких бескровных губах играла странная кривая улыбка. Тэсс вглядывалась в его лицо, не совсем понимая, что именно ее заинтересовало. Человек отложил бинокль в сторону и воодушевленно застучал по клавишам машинки.

– Тэсси!

Она закинула трубу в сумку и пошла за остальными.

* * *

За время, проведенное в Такатане, они перебрали множество вариантов своих дальнейших действий. Нужный план не находился долго, но почти сразу стала ясной одна простая вещь: им не стоило вместе добираться до Галат-Дора на Страннике, как они хотели изначально.

Чтобы попасть в Первосветлейшую, расположенную не у океана, а в междуречье Ти и Талу, тем красным маршрутом, который был отмечен на карте управителя, следовало еще долго двигаться вдоль Перешейка и континента. Двигаться, заходя в здешние порты, а потом вверх по капризному и оживленному течению Ти, где портов было втрое больше. Там начинались особенно населенные места, алопогонные встречались гораздо чаще – они запросто могли нагрянуть с обыском на любое судно вместо серопогонных. А еще там очень быстро передавались нужные новости: радиосвязь имелась в самых захолустных поселках. Любая ошибка могла стать роковой.

Тэсс ожидала, что кто-нибудь предложит просто бросить корабль, но никто не предложил. Странник немало сделал для последних воспитанников Крова. К тому же было маловероятно, что он позволит им сбежать и не ринется вдогонку. Нет, корабль нужно было как-то взять с собой и позволить ему пройти именно той дорогой, которой он так упрямо – и явно не без цели – следовал. Но экипаж следовало разделить. А также разделить путь, учитывая не только нужды, но пожелания всех его членов.