Смертный приговор - Андреас Грубер

– Но почему именно я? Потому, что я подруга Эрика?

– Это оказалось просто на руку, так сказать, вспомогательный эффект.

«Вспомогательный эффект?»

– Тогда что было причиной? – напустилась она на Снейдера. – Но, пожалуйста, в трех кратких четких предложениях! – Она подняла три пальца.

– Мне хватит и двух: когда в прошлом году мы гонялись за убийцей, я заметил, что вы, как никто другой, умеете поставить себя на место преступника. У вас дар, талант.

– Которым вы злоупотребили! И поэтому через четыре дня после покушения на Эрика решили устроить меня в академию без вступительных экзаменов! – возмутилась она.

– Нет. В ту же ночь.

Если бы на коленях у Снейдера не спал верный бассет, а сам Снейдер не был бы ранен, она бы ему врезала.

– Великолепно! – Сабина вскинула руки. – Значит, вот настоящая причина, почему вы меня сюда вызвали. Не потому, что я талантливая или мечтала попасть в команду БКА. Нет! Потому, что вы хотели использовать меня.

– Нет, потому, что я нуждался в вас.

– Теперь мне ясно, почему вы так хотите, чтобы я осталась в академии. Вас мучают угрызения совести!

Теперь голос повысил Снейдер.

– Вы знаете, что я никогда бы не признал этого, но вы правы. Да, я нуждался в вас – и да, мне жаль! Потому что вы одна из лучших, кого я знаю. Ради бога, что мне было делать? В сотрудника федеральной полиции стреляли. Он был моим коллегой и вашим другом. Вы осуждаете меня только потому, что я хотел раскрыть это дело?

Сабина показала на него пальцем.

– Нет, но я осуждаю вас, потому что вы не посвятили меня.

– Иначе ничего не вышло бы, и вы знаете это не хуже меня. Когда я говорю своим студентам: «Вход строго запрещен», вы первая и единственная, кто немедленно направляется туда.

«Умник вонючий!» Но при всей злости, которая в этот момент закипала в Сабине, она должна была согласиться с ним.

Они немного помолчали. Наконец Снейдер вытащил из кармана рубашки косяк.

– Не против, если я закурю?

– Мне все равно, даже если вы загоритесь!

Он сунул в рот сигарету.

– Больше никогда мне не лгите!

– Обещаю.

Она опустилась в плетеное кресло.

– Вы, по крайней мере, продолжите заниматься этим делом и попытаетесь найти того, кто покушался на Эрика?

– Я? – спросил Снейдер. – А с вами что? Выходите из игры?

– А что со мной? Я должна покинуть академию, – удивленно ответила она.

– Но лишь в понедельник утром, сказали вы. А сегодня суббота. У нас еще два дня.

Он сказал «у нас».

– Что вы предлагаете? – спросила она.

– Что вы предлагаете? – спросил он в ответ. – Вы были в Вайтерштадте. Это того стоило? Что вам удалось выяснить в тюрьме?

Сабине понадобилась минута, чтобы собраться с мыслями, затем она рассказала о Белоке.

– Он утверждал, что не состоял ни с кем в переписке. Но существуют два письма, которые тогдашний главный подозреваемый, берлинский гинеколог доктор Ян, написал Белоку.

– Я читал их, – сказал Снейдер.

– Тогда вы тоже знаете, что писем должно быть больше чем два. Кроме того, это ответы на письма, которые получил доктор Ян. Если не от Белока, тогда от кого?

– Но Ян не был убийцей, – напомнил Снейдер. – Его оправдали за недостатком улик.

– Однако кто-то хотел, чтобы мы поверили, что преступление совершил Ян. Где могут быть другие письма?

Снейдер подумал.

– Судья Ауэрсберг председательствовала тогда на слушаниях по делу Яна. Она живет в Висбадене. Если кто и знает, то она. – Он спихнул бассета с коленей и поднялся.

Пес поднял преданный взгляд и наблюдал, как Снейдер сунул сим-карту в карман брюк, а затем спрятал удостоверение и ключ в ящик комода в прихожей.

– Как нам с ней связаться? – спросила Сабина.

Снейдер запер входную дверь.

– Мы навестим ее на вилле.

– Вот так просто?

– У меня в Висбадене не много друзей, но Ауэрсберг входит в их число.

– Это вы от меня скрыли.

– Не хотел заниматься саморекламой. – Снейдер взял телефон и набрал номер. – Я предупрежу ее о нашем визите.

– Прямо сейчас? – прошептала Сабина.

– Если не сейчас, то когда? Составьте мне компанию! Полагаю, в академии вас все равно уже не хватятся.

– Вы прямо само обаяние!

Ожидая ответа от Ауэрсберг, Снейдер спрятал ключ от дома в днище одной из керосиновых ламп, висящих у входа. Заметив удивленный взгляд Сабины, он похлопал по кобуре пистолета.

– Если разболтаете этот секрет, – прошептал он, – мне придется вас убить.

42

Хаузер дожидался Мелани перед комнатой для допросов. Очевидно, он слушал их разговор с доктором Лазло по громкой связи, потому что стоял, недовольно поджав губы.

– Было не очень умно сообщать Лазло, в чем мы собираемся его обвинить, и одновременно признать, что у нас против него ничего нет.

– Я считаю иначе, – парировала Мелани. – Мы надавили на него, и, если моя тактика сработает, он сейчас будет нервничать и начнет постоянно задавать себе одни и те же вопросы. «Я обо всем подумал? Все учел? Или забыл уничтожить какую-нибудь улику?» Одновременно пустит в ход все средства, чтобы вернуться домой.

– Это в любом случае.

– Но мы должны удерживать его здесь как минимум двадцать четыре часа. До завтрашнего утра он не должен покинуть здание. Это наш единственный шанс.

– Как вы себе это представляете?

– Придумайте что-нибудь. До завтрашнего утра я хочу получить ордер на обыск его дома и не позволить ему переформатировать жесткий диск компьютеров, облить их бензином и поджечь или уничтожить прочие улики. Один-единственный ДНК-след Клары у него в доме или машине может уничтожить его.

– А если у него есть сообщник, который уничтожит улики вместо него?

– Тогда не позволяйте ему звонить по телефону и постарайтесь, чтобы СМИ ничего не узнали о наших подозрениях. – Мелани открыла папку и пролистала дело Лазло, пока не наткнулась на его фотографию – в пальто и с портфелем на улице. – Я одолжу ее на один день.

– Ради бога.

Мелани вынула фотографию из прозрачного файла и долго рассматривала ее, прежде чем спрятать в кармане блейзера. Пока было непонятно, кто подсунул доктору Михаэлю Лазло сообщения и фотографии Клары, чтобы, возможно, мотивировать его на похищение девочки.

– Ах да, пока вы были у Лазло, мне позвонили из отдела криминалистической техники, – сказал Хаузер. – Наши люди проверили жесткий диск компьютера Ингрид на вирусы.