Смертный приговор - Андреас Грубер

Сабина сделала, как просил Снейдер, но бассет проигнорировал еду. Вместо этого он потерся мордой о рубашку Снейдера, словно не видел его уже несколько недель и ужасно соскучился.

Снейдер положил руку на голову пса.

– По дороге из больницы я разговаривал по телефону с Хессом и пытался убедить его, что вы не принимали участия во вчерашнем инциденте.

– Бесполезно – нюрнбергская уголовная полиция исследовала мое оружие и внесла показания в протокол.

– Можно было бы уничтожить ваши свидетельские показания, – тогда официально вы никогда не участвовали в перестрелке. Я хотел взять все случившееся на себя, но Хесс уже знал, что вы были в Нюрнберге. Этот твердолобый ублюдок только и ждал удобного момента, чтобы проучить меня.

Сабина понимала: никто и не вспомнит, что они задержали двух убийц. В действительности речь шла только о том, что ее ночные расследования вышли из-под контроля, был ранен сотрудник БКА и студентка-стажер стреляла в подозреваемого, который лежал сейчас в реанимации.

– Хесс уже много лет ждал этого момента. Больше всего ему хотелось бы избавиться и от меня. Не переживайте, в первую очередь я позабочусь о вашем восстановлении в академии, чтобы вы смогли закончить обучение.

– Спасибо, что вы хотя бы попытались дать мне такую возможность. – Сабина не привыкла видеть Снейдера раскаивающимся. К тому же она сама была виновата в том, что вылетела из академии. Однако кое-что ее насторожило. – Что значит – в первую очередь?

– А, ничего. – Он почесал собаку за ухом, на что та ответила довольным урчанием.

– Нет уж выкладывайте! – не отступалась Сабина.

– Ах… – Он пожал плечами, но тут же скривился от боли. – Хесс попытается привлечь меня к дисциплинарной ответственности за то, что я допустил ваше вмешательство в полицейское расследование.

– Мне очень жаль.

– Ну и пусть! Это уже не первый раз, когда у Хесса в руках оказывается средство давления на меня.

– А если это станет последним ударом?

– Тогда я вернусь на родину, – вздохнул он. – В Европол в Гаагу.

– Вам не будет жаль покинуть БКА?

– БКА, как пепельница, – чем больше людей в нем собирается, тем грязнее оно становится.

– Что произошло между вами и Хессом?

– Не заботьтесь об этом, Белочка.

– Почему вы не боретесь за ваше место, как он?

Он моргнул, глядя на солнце.

– Конечно, я мог бы сопротивляться Хессу, но предпочитаю смотреть, как он обезумеет из-за меня.

– Похоже на мудрое высказывание Акико^[24].

– Возможно, это она и есть.

Сабина положила ключ от архива Снейдера и его удостоверение БКА на стол. Потом вытащила из кармана сим-карту от его прежнего телефона.

– В старой голосовой почте вы найдете сообщение от Эрика Дорфера, сделанное перед тем, как в него выстрелили.

Снейдер удивленно взглянул на нее.

– Что он говорит?

– К сожалению, ничего нового. – Она по памяти процитировала слова Эрика. – Там слышен выстрел. Нужно, чтобы техники-криминалисты проанализировали запись.

– И вы говорите мне об этом только сейчас?

– Вы же сами запретили мне самостоятельное расследование, – напомнила она.

– Да, но все равно – вы… стали бы хорошим следователем.

– Возможно, но решение Хесса оправданно. Между тем он уже в курсе, что я получила доступ в тюрьму строгого режима в Вайтерштадте и разговаривала с Белоком.

– Я знаю, бывший следователь по этому делу звонил мне. Законченный идиот! – Снейдер покачал головой. – Вы знаете мое мнение. Для раскрытия убийства все средства хороши. Мое благословение у вас было.

Сабина решила, что ослышалась.

– Вот так вдруг? Два дня назад вы еще предостерегали меня от самостоятельных действий.

Снейдер шумно выдохнул.

– Это был ваш совет, если вы забыли! Я должна была вернуться в реальность и не гоняться за призраками, – добавила она. – Так что не говорите теперь, что были довольным моим вмешательством.

Он понизил голос:

– Вы возненавидите меня за то, что я вам сейчас скажу.

Сабина посмотрела на него прищуренными глазами и уже знала, что не хочет слышать того, что последует.

– Я прошу у вас за это прощения, но я должен был раскрыть ваш потенциал.

– Что?

Снейдер выпрямился, держа собаку на коленях.

– Я предостерегал вас от собственных инициатив, потому что знал: только так я смогу мотивировать вас на креативные действия и наивысшие результаты.

Сабина была в шоке.

– Вы?.. – задохнулась она.

– Эрик Дорфер вышел на что-то крупное, но не посвятил меня в детали, а потом в него стреляли. Я знал, что существует только одна возможность выяснить взаимосвязи. Поэтому поставил на вас.

– Значит, вы все время знали, что эти дела связаны, и поэтому мы разбирали их на занятиях?

– Я подозревал это, – исправил он ее.

– Черт подери! – воскликнула Сабина так громко, что бассет испуганно поднял голову.

– Да, признаюсь, я бессердечная свинья.

– Вы бессердечная, бесстыжая свинья! Манипулятор! – выкрикнула она.

– Да ради бога. Человек без плохих привычек вряд ли является личностью.

– Тогда из вас личность просто бьет ключом. Все равно вы не имеете права играть со мной в такие игры!

– В конечном счете мне было важно найти убийцу и схватить того, кто стрелял в Эрика – не важно каким способом.

– И я стала одним из ваших средств.

– Вам около тридцати, вы рисковая, любопытная, упрямая и к тому же подруга Эрика – мне нужно было просто нажать на правильные кнопки.

Сабина не могла в это поверить. Она приехала сюда, чтобы извиниться перед Снейдером и попрощаться, а теперь ей хотелось задушить его.

– Черт возьми, зачем нужно было прибегать к такому средству? Вы просто могли бы организовать нам, студентам, доступ к онлайн-архиву.

– Это было невозможно. Уже много лет действует строгое распоряжение Хесса – все студенты находятся на низшем доверительном уровне, но я знал, что вы найдете способ.

– Но почему вы не играли в открытую?

– Я вас умоляю! – Снейдер изменил голос и залепетал: – «Фрау Немез, я хотел бы попросить вас помочь мне в сборе информации и расследовании, вот все имеющиеся материалы. Пожалуйста, выясните, как данные убийства связаны между собой». – Он помотал головой. – Я достаточно хорошо вас знаю, чтобы понимать: это не сработало бы. Вы упрямая и настойчивая. Я должен был спровоцировать вас, чтобы вы начали активно действовать. Тогда вы показываете результаты, о которых другие могут только мечтать.