Синдром Коперника - Анри Лёвенбрюк

От: Жерар Рейнальд

Дата: 7 августа, 15:50

Кому: адресат неизвестен

Тема: Протокол 88

Транскраниальные побеги, 88, это час второго Ангела. Сегодня ученики чародея в башне, завтра — наши отцы-убийцы во чреве, под 6,3. Я делаю это ради всех нас. Надеюсь, что дойду до конца. [Второй Ангел вострубил, и как бы большая гора, пылающая огнем, низверглась в море; и третья часть моря сделаюсь кровью. ] (Апокалипсис, 8:8.)

— Что за бред? — изумился Лувель.

Люси пожала плечами.

— Та… первая фраза, — промямлил я. — Та самая, что я услышал в башне перед взрывом. Мысли Рейнальда… Должно быть, он не переставая твердил эту фразу.

Лувель нахмурился:

— Поэтому вы выбежали из башни?

— Да…

Он кивнул, словно начиная понимать.

— Как по-вашему, что это может значить? — спросил он, обращаясь к нам обоим.

— Ясно, что он говорит о теракте 8 августа, — предположила Люси.

— Должно быть, хотел нас предупредить, — подхватил я.

— Кого это «нас»?

— Не знаю… Тех, кого это касается… «Я делаю это ради всех нас». Вам удалось определить остальных адресатов?

— Пока нет. Вот что удивительно: в списке получателей каждому адресу соответствует псевдоним. Вы названы там «Il Lupo». Вам это о чем-нибудь говорит?

Я подумал.

— Нет, не представляю…

— По-итальянски это значит «волк»… Все остальные прозвища в том же духе. Названия животных…

Я вздрогнул. Волк. Вытаращив глаза, медленно провел рукой по плечу.

— Что с вами? — спросил Лувель, заметив мою растерянность.

— У меня… У меня на плече татуировка. Не знаю, откуда она взялась. Я не помню…

— Какая татуировка?

— Волк.

На мгновение повисло молчание. Каждый обдумывал услышанное. Понемногу кусочки пока еще разрозненной головоломки складывались в единое целое.

— Ладно, — объявил наконец Лувель, — подведем итоги. Пока нам ясно, что Рейнальд пытался предупредить о теракте группу из двадцати человек, очевидно, как-то связанных с Протоколом 88. У этих двадцати человек, к которым он, по-видимому, обращается, называя их «транскраниальными побегами», были прозвища, причем ваше прозвище соответствует татуировке. Также можно предположить, что он не случайно выбрал 8 августа, которое перекликается с числом 88. И похоже, он видит здесь какую-то связь со стихом из Апокалипсиса 8:8…

— Да. Но это может быть и бред шизофреника… Стремление повсюду видеть связи… Или символы. Связь между этой цитатой и нашим делом немного притянута за уши. Хотя последствия его поступка в самом деле напоминают Апокалипсис…

— Затем, — продолжал Лувель, — он более или менее ясно заявляет, что взорвет башню, где якобы находятся те, кого он называет «учениками чародея»…

— Это, конечно, те, что работали в центре «Матер», — вставил я, — шайка доктора Гийома.

— Разумеется. И наконец, он, по-видимому, говорит о каком-то другом здании, следующей своей цели, «Чреве», где, как он считает, находятся «наши отцы-убийцы». Вероятно, арест помешал ему выполнить свою угрозу. Тем не менее можно предположить, что он имеет в виду непосредственных виновников всего этого дела, а значит, и «Дермод».

— Мы не можем быть в этом уверены, — возразила Люси.

— Нет, но это очень похоже на правду. Допустим, Рейнальд задумал совершить два теракта, первый был направлен против центра «Матер» в башне КЕВС, а второй, вероятно, против «Дермода», в месте, которое он именует «чревом».

— Может, и так. А что тогда означает «под 6,3»? — спросил я.

Люси пожала плечами:

— Пока это остается тайной. Но «чрево» соответствует еще одному из документов, которые вы нам прислали. Архитектурные планы с пометками Рейнальда. Опознать первый было несложно: «Башня» — это, несомненно, башня КЕВС, и на плане есть все технические характеристики — все, что нужно знать, чтобы решить, куда закладывать бомбы. Мы пока не узнали, к чему относится второй план, с пометкой «Чрево», но в одном мы уверены: это какая-то подземная конструкция.

Я медленно кивнул. Подземная конструкция… Ну да, мне это о чем-то напоминало. Шепот теней…

— Мы должны на этом сосредоточиться. Нельзя терять из виду, что мы ищем Протокол 88. А чтобы выяснить, что это такое, нам, видимо, придется добраться до «Дермода». Если наши предположения верны, эти планы могли бы нам помочь отыскать это таинственное общество — нам пока неизвестно местоположение его юридического адреса, а офшорный адрес, который указан в финансовой отчетности, наверняка фальшивый. Очевидно, Жерар Рейнальд затаил на них злобу. Возможно, он бывший наемник, возможно, «Дермод» его предал, — откуда мне знать? Во всяком случае, из мести он решил взорвать строения, каким-то образом связанные с ним. Сперва башню КЕВС, затем эту вторую подземную конструкцию, где, возможно, и расположена фирма «Дермод».

— Это всего лишь предположения, но вполне правдоподобные, — произнес, глядя на меня, Лувель.

Я не ответил. То, что сказала Люси, вдруг заставило меня осознать одну возможность, от которой у меня кровь застыла в жилах. Если Рейнальд действительно бывший наемник, то, вероятно, это относится и ко мне. У нас с ним было столько общего! Не только шизофрения, но и другие жизненные обстоятельства… А теперь еще это прозвище и татуировка… И что? Выходит, я тоже… Нет. Я не мог в это поверить. Какой из меня наемник? Я не знал, смеяться мне или плакать. Хотя… Это могло бы многое объяснить: умение вскрывать замки, водить машину, знание боевых приемов…

Как видно, Лувель заметил мое смятение. Он сжал мою руку:

— Все в порядке, Виго?

— Э-э-э… Да, — пробормотал я. — Я… я, кажется, знаю, к чему относятся подземные планы…

— В самом деле?

Я кивнул:

— Да. У меня есть кое-какие предположения по этому поводу. Надо… Мне надо позвонить по телефону.

— Кому?

— Бывшему майору подземной полиции Парижа.