Звезды светят вниз - Сидни Шелдон

– Я скучал без тебя, дорогая.

– И сильно скучал?

Филипп почти вплотную свел большой и указательный пальцы.

– Вот так.

– Какая скотина! А где багаж?

– Сейчас подвезут.

Час спустя они были дома. Дверь распахнула Мэриан Белл.

– Рада видеть вас, мистер Адлер!

– Спасибо, Мэриан. – Филипп осмотрелся. – Такое ощущение, что отсутствовал целый год.

– Два года, – поправила его Лара и хотела уже добавить «не оставляй меня больше одну», но вовремя спохватилась.

– Я вам понадоблюсь, миссис Адлер? – спросила Мэриан.

– Нет, благодарю. Сами управимся. Есть несколько писем, но они полежат до завтра. Сейчас мне не до работы.

– Тогда желаю всего доброго, мэм! – Мэриан направилась к лифту.

– Отличная девушка, – негромко проговорил Филипп.

– Понравилась? – Лара прильнула к его груди. – А теперь покажи, как ты соскучился.

* * *

В офисе Лара не показывалась три дня. Ей хотелось неотлучно быть рядом с Филиппом, говорить с ним, касаться его рукой, ей требовалось уверить себя в том, что он – во плоти! – здесь.

По утрам Лара диктовала письма, а Филипп садился за рояль.

На третий день, за обедом, она начала рассказывать об открытии казино в Рино.

– Жаль, что не было тебя. Там творилось такое!

– Мне и самому жаль, дорогая.

Все стучит по клавишам.

– Ничего, предоставляю тебе еще один шанс. Через месяц мэр будет вручать мне ключи от города.

Филипп горько вздохнул:

– Лара, боюсь, у меня опять не выйдет.

Она непроизвольно звякнула ложкой.

– Что это может означать?

– Эллерби организовал новую поездку. Через три недели я лечу в Германию.

– Нет!

– Контракт уже подписан, я не в силах отменить его.

– Отменишь! Сколько времени у тебя остается на дом?

– Эти гастроли чрезвычайно важны, Лара!

– А наш брак? Он для тебя важен?

– Лара...

– Ты не обязан ехать! – В ее голосе звучала злость. – Мне нужен муж, а не сезонный...

В столовую с пачкой писем в руке вошла Мэриан Белл.

– Ради Бога, извините, не хотела помешать. Здесь не хватает вашей подписи...

– Ступай, Мэриан. Я тебя позову.

– Хорошо, миссис Адлер.

Супруги молча посмотрели ей вслед.

– Я знаю, – сказала Лара, – что ты должен давать концерты. Но не так же часто. Ты становишься похож на коммивояжера.

– Неужели? – холодно спросил Филипп.

– Поехать в турне можно было бы и чуть позже.

– Лара, я понимаю, насколько это для тебя важно, но пойми и ты, без выступлений мне нельзя! Я горжусь тобой и тем, что ты делаешь. А ты? Ты не хочешь мной гордиться?

– Хочу. Прости, Фил, я просто... – Она еле сдержала слезы.

– Хорошо, дорогая. У нас с тобой все получится. – Филипп обнял Лару. – Вернусь, и мы отправимся в долгие каникулы.

Каникулы невозможны, подумала Лара. Слишком много работы.

– Куда на этот раз держишь путь?

– Германия, Норвегия, Дания, Великобритания. Оттуда – домой.

Она сделала глубокий вдох.

– Ясно.

– Если бы мы могли поехать вместе! Без тебя мне будет очень одиноко.

Лара вспомнила женский смех в трубке.

– Так уж и одиноко? – Она заставила себя улыбнуться. – Вот что, возьми мой самолет, это избавит тебя от излишних хлопот.

– Ты уверена, что он тебе не понадобится?

– Абсолютно. До твоего возвращения, во всяком случае.

– Другой такой женщины в мире нет, – дрогнувшим голосом проговорил Филипп.

Лара ласково потрепала его по щеке.

– Помни свои слова, милый.

* * *

Гастроли проходили с привычным успехом. Берлинская публика долго не отпускала Филиппа со сцены. В артистической уборной нетерпеливо изнывали поклонники, вернее, поклонницы.

– Чтобы попасть на ваш концерт, я проехала триста миль...

– У меня здесь неподалеку очаровательный замок, не могли бы вы...

– Я приготовила ужин, на двоих, и...

Многие из них были богаты и красивы, и все как одна без колебаний провели бы с ним ночь. Однако мысли и сердце Филиппа занимала другая. Из Копенгагена он позвонил Ларе:

– Я соскучился.

– Я тоже, Филипп. Как концерт?

– Пока я играл, в зале по крайней мере никто не шептался.

Лара рассмеялась:

– Хороший знак! У меня сейчас совещание, милый, извини. Перезвоню через час, когда ты будешь в отеле.

– Я не еду в отель, дорогая. Устроитель концерта дает ужин...

– Вот как? У него, наверное, молоденькая дочка? – Она тут же упрекнула себя за дурацкую фразу.

– Что?

– Ничего. Мне пора, Фил. Поговорим позже.

Положив трубку, Лара повернулась к сидевшим вокруг стола мужчинам. В глазах Говарда Келлера светилась тревога.

– Все в порядке, мисс Камерон?

– В полном.

Совещание продолжилось, но как-то вяло. Из головы Лары не шел Филипп: вот ужин заканчивается, соблазнительные немецкие толстушки украдкой суют блистательному маэстро ключи от своих номеров. Душу захлестнула ревность. Лара ненавидела себя за это, но ничего не могла поделать.

* * *

Фуршет по окончании торжественной церемонии. Лару и мэра города плотным кольцом обступила пресса.

– А где же ваш муж? Мне хотелось бы сделать семейный снимок...

И вновь она была вынуждена извиниться:

– Филипп очень хотел быть здесь, но...

Сбоку приблизился Пол Мартин.

– Он опять тебя бросил?

– Фил ужасно сожалел перед отъездом.

– Чушь! В такой день ему полагалось быть с тобой! Что это за муж, черт побери? Нет, с ним необходимо поговорить.

* * *

Она лежала в постели. Сон не шел. До Филиппа не меньше десятка тысяч миль. В мозгу всплыли слова Пола Мартина: Что это за муж, черт побери? Нет, с ним необходимо поговорить.

* * *

Ступив на американскую землю, Филипп испытал блаженное ощущение счастья. Багаж его был набит подарками: веджвудский фарфор, куклы в национальных костюмах, разноцветные блузки из тончайшего шелка, шитая золотом небольшая сумочка, внутри – сапфировый браслет.