Не доверяй мне секреты - Джулия Корбин

Мысленно напоминаю себе, что за это надо поблагодарить Монику.

– Доктор думает, что это, возможно, язва. Хочет отправить его туда, знаешь, где просвечивают желудок.

– Так это хорошо, мама, – говорю я. – Кажется, ничего серьезного.

Уже открываю рот, чтобы сказать ей про Австралию, но спохватываюсь: не стоит искушать судьбу, а вдруг Пол не захочет, чтоб я ехала с ним, да и с Орлой сначала не мешало бы разобраться. Прощаюсь, даю отбой и иду к лодочному сараю. Юан внутри, укладывает такелаж.

– Смотрела сейчас на вас и вспоминала, как ты учил меня управляться с парусом, – говорю я ему.

– Это был предлог, чтобы лишний раз потрогать тебя.

– Да нам и было-то по тринадцать. Я тебе тогда еще не нравилась.

– Ты мне нравилась, уже когда мне было… – он берет у меня спасательные жилеты, – дай подумать… ну не знаю, лет девять, наверно. Помнишь, когда я тебя привязал к дереву?

– Тогда нам было по восемь, – говорю я и уношусь памятью в те дни, когда мы строили наш штаб, вспоминаю наши замыслы и детские планы на будущее, наши тайны, радость, которой окрашивалось все лето… до тех пор, пока мама не нашла меня привязанной к дереву и все не испортила. – А здорово нам тогда было, правда?

– Это точно.

Он смотрит на меня внимательно, в первый раз с того момента, как я зашла в сарай.

– От Пола что-нибудь слышно?

Качаю головой.

– А Орлу еще раз видела?

Киваю:

– Представляешь, возвращаюсь вчера домой, а она уже там.

Рассказываю всю историю с конца, с того момента, как Пол потребовал, чтоб Орла покинула дом, потом как на меня подействовал запах мыла, как она подлизывалась к девочкам, как я обнаружила, что у Мерфи рана на голове, как увидела, что стекло в машине разбито, и, наконец, про Шагса Макговерна.

– Не выпускал меня из дома, скотина. Лез целоваться.

– Что? – Он вздрагивает и хмурится. – Почему мне не позвонила?

– Не думаю, что он собирался… – Я качаю головой. – Да и не помогло бы, он бы все равно не отстал. И он очень сильный. Пришлось двинуть ему коленом по яйцам. Слегка. И он не стал меня догонять. Просто хотел попугать, вот и все.

– Все равно, – он касается моей щеки, – ты должна была позвонить мне.

– Думаю, он принес ей наркотики, – говорю я, идя за Юаном в самый конец сарая. – Забавно, если вспомнить, как она его ненавидела в детстве.

– Наркотики, тюрьма, тяга к насилию, – задумчиво говорит он, развешивая спасательные жилеты на плечики, болтающиеся на натянутой веревке. – У них много общего.

– Кстати, что касается ее дома… – Быстро рассказываю про ее спальню, про плакаты на стенах, про фотографии, деньги, наркотики и газетные вырезки. – У нее точно крыша поехала. Честное слово. Вот, смотри… – Достаю из кармана вырезки. – Кое-что я и сама поняла, но попробуй лучше ты. Кстати, я неправильно расслышала ее фамилию. Поэтому ты и не мог найти ничего про нее в Интернете.

Он берет, начинает читать и по ходу переводит:

– Медицинские эксперты приступили к посмертному вскрытию тела человека, убитого в выходные в центре Квебека. Его имя Патрик Ворнье, ему тридцать один год, он был найден мертвым в своей спальне. Около одиннадцати вечера соседи услышали какой-то шум и подняли тревогу. Полиция сообщила репортерам, что по подозрению в этом убийстве задержан мужчина по имени Сукре Гонсалес, а также жена мистера Ворнье, Орла Ворнье. Мистер Ворнье, уроженец города Перпиньяна во Франции, в последнее время жил в Канаде. Предполагается, что убийца нанес ему удар ножом в грудь. Существует также предположение, что в ночь убийства мистер и миссис Ворнье, состоящие в браке два года, употребляли героин.

– Черт побери! – сквозь зубы бормочет Юан и переходит к следующей вырезке.

В этой статье ничего принципиально нового нет, информация примерно та же, правда, на этот раз Орла уже объявляется сообщницей Гонсалеса, которую суд приговаривает к шести годам тюрьмы.

– Так, значит, Анжелин не преувеличивала, – говорит Юан, возвращая мне вырезки. – Думаю, это лишь подкрепляет мое убеждение, что Орла способна на все.

Киваю:

– Сначала я очень удивилась, когда она не рассказала Полу про гибель Розы, ведь у нее была прекрасная возможность, но теперь думаю, что она замыслила сделать нечто по-настоящему эффектное. У нее безумная идея фикс, будто мы с тобой должны понести наказание. Она ненавидит нас за то, что мы счастливы. Правда, про меня этого уже не скажешь.

Снова вспоминается утро, уход Пола, и меня охватывают стыд и тревога. Я пытаюсь успокоиться как могу.

– Утром Пол не хотел оставлять меня одну из-за Орлы, его напугала ее вчерашняя выходка, но теперь он думает, что я прогоняла ее из дома только потому, что ей известно про наши с тобой отношения. А мы с девочками тоже собирались ехать к ним на Скай, чуть попозже. Наверное, не стоит.

Пожимаю плечами, гляжу в пол:

– Юан, надо сделать все, чтобы она не рассказала Полу про то, как погибла Роза, понимаешь? Кровь из носу.

– Я позабочусь об этом.

На нем сейчас легкий гидрокостюм, спущенный до пояса. Он стаскивает с себя жилетку, которую поддевал.

– Она знает, что Пол едет на рыбалку, поэтому в воскресенье не придет, – говорю я.

– Хорошо. – Несколько секунд он размышляет. – Тогда я сам пойду к ней, завтра.

– Может, и мне с тобой?

– Нет.

– Почему? Ведь так будет лучше.

– Нет.

После того, что я узнала их газетных вырезок, мне очень за него страшно. Беру его за руку и крепко сжимаю:

– Юан, ты не должен подвергать себя опасности.

Он смеется:

– Ты что, думаешь, я ее боюсь?

– А если она нападет на тебя с ножом? – Касаюсь его голой груди, там, где сердце, чувствую, как оно бьется о мою ладонь. – А вдруг там будет и Шагс?

– Шагс не станет лезть в это дело. Иначе снова за решетку. Зачем ему это? Да он сейчас и не такой крутой, как когда-то.

– Да, пожалуй, он сильно сдал, – признаю я. – Ну а когда ты завтра пойдешь?

– Скорей всего, днем. Пришлю тебе сообщение. Будешь моим алиби.

Он бросает на меня быстрый взгляд и снова продолжает возиться с каким-то узлом.

– Хорошо, – говорю я, и это самое малое, что я могу для него сделать. – Ты уверен?

– Да.

Не могу не задать следующего вопроса:

– И что ты ей скажешь?

Он пожимает плечами:

– Сам пока еще не знаю. Постараюсь как-нибудь переубедить.

– Вряд ли у тебя получится. Она…