Озеро смерти - Мэг Гардинер

— Мне страшно.

— Держись за мою руку.

Машина Табиты, запаркованная на самом проезде, блокировала мой «эксплорер». Уходить пришлось бы пешком, чтобы, перебравшись к соседям, укрыться у них до приезда полиции. Розенберги жили за деревьями, в каких-то восьмидесяти ярдах. Требовалось всего лишь преодолеть это расстояние. Одна незадача: дом Джесси, построенный так, чтобы обеспечить вид на все триста шестьдесят градусов, состоял в основном из стекла. И я не закрыла жалюзи. Снаружи просматривались спальни, гостиная, кухня и даже тонкие декоративные панели у самой входной двери. Выйдя из темной гостевой комнаты, мы с Люком оказались бы на виду, как ходячие мишени в тире.

Удирать сломя голову мы не могли. Играть следовало только наверняка.

— Люк, слушай меня внимательно. Мне нужно, чтобы ты сделал в точности то, что я скажу. — Глядя на меня, Люк часто и глубоко дышал. — Мы вместе идем в комнату Джесси. Ничего не говори. Если мама что-нибудь спросит, я отвечу сама. Потом ты заходишь в ванную, забираешься на подоконник и открываешь окно. Свет не включаем, это очень важно, запомни. Через окно мы вылезем наружу и пойдем в сторону Розенбергов…

Люк прервал меня сдавленным голосом:

— Эти люди снаружи — они плохие, да?

Придав твердость своей интонации, я ответила:

— Да. Поэтому нам придется быть храбрыми.

— Ладно.

— Давай вперед!

Встав, я потащила Люка в коридор, а оттуда — прямо в спальню Джесси. Послышалось гудение микроволновки и хлопанье кукурузных зерен. Стараясь выглядеть спокойной, я повернула голову в направлении кухни.

Табита сидела, облокотившись на стойку, и наблюдала за печкой. Заметив мой взгляд, она произнесла:

— Я съела первую порцию. Надеюсь, вы не обидитесь — я поставила еще одну.

— Никаких проблем.

Люк посмотрел на мать, потом на меня. Лицо мальчика ясно выдавало его смятение.

— Все в порядке? — спросила Табита.

Не останавливаясь, я вместе с Люком подошла к двери Джесси.

— Мы просто смотрим по комнатам, откуда звуки.

Она снова повернулась к микроволновке. Могла ли Табита проявить такую небрежность, если действительно участвовала в нападении? Следовало ли предупредить ее? Пришло время решать, и я не имела права на ошибку.

Свет в комнате Джесси не горел, но пространство неплохо освещалось из гостиной. Закрывать дверь я не решалась, не желая вызывать лишних подозрений, и прошептала Люку:

— Открывай окно как можно тише.

Мальчик отпустил мою руку и вошел в ванную. Подобрав лежавший на ночном столике телефон, я набрала Службу спасения.

— Возле моего дома прячется грабитель. У него ружье.

Не отключаясь от линии, я бросила трубку на постель. Люк возился и пыхтел в ванной, стараясь вскарабкаться на подоконник. Затем, тихо скрипнув, открылось окно. Люк театрально прошептал:

— Тетя Эви, окно открылось.

— Иду, — торопливо сказала я уже по пути в ванную.

И услышала голос Табиты:

— Что происходит?

Резко обернувшись, я увидела силуэт в дверях. В поисках выключателя Табита шарила рукой по стене. Подскочив по кратчайшему пути, я отвела ее руку вниз, успев дотянуться через кровать. Табита едва не отшатнулась назад, но я припечатала ее к стене, схватив за рубашку.

— Да что с вами такое? — спросила она.

Ее голос, обычно звонкий, прозвучал в спальне особенно громко. Накрыв ладонью ее рот, я сделала это резко — так, что Табита стукнулась головой о стену.

— Один звук, и я врежу тебе по-настоящему. Честное слово, Табита. — Она схватилась за мою руку. — Кто снаружи? Пэкстон? — Глаза Табиты округлились, она задышала чаще. — Это ты его привела? Что, продала нас?

Табита беспорядочно шарила глазами по темному проему окна, потом она начала трястись, и вдруг послышался безошибочно определяемый звук жидкости, льющейся на голый деревянный пол. Посмотрев вниз, я увидела, как потемнели ее брюки, сначала в паху, а потом вниз по ноге.

Теперь я отняла руку от ее рта.

— Меня убьют, — прошептала Табита.

Времени для сочувствия у меня не оставалось.

— Уходим в окно ванной комнаты, затем укроемся у соседей. Пошли.

С глазами, полными ужаса, Табита влипла в стену. Я схватила ее за плечи:

— Мы должны спасать Люка. Все, что у него сейчас есть, — это мы.

Она лишь беспомощно моргала.

— Хочешь оправдаться за прошедшие девять месяцев? Вот тебе шанс. А теперь вперед!

Секунду она не двигалась с места. Затем нерешительно шагнула в сторону ванной. Высоко на стене зияло распахнутое в ночь окно. Люк, дрожа от волнения, скорчился на подоконнике. Он смотрел на Табиту.

— Мама на нашей стороне, — успокоила я мальчика. — Слезь на секундочку вниз.

Забравшись на его место, я медленно высунула голову наружу, не увидев ничего, кроме вальсирующих в темноте ночи сосен. Быстренько сняв с окна экран, я отдала его Табите.

— Я выйду первой. Следом Люк, потом ты.

Встав, я начала подтягивать тело через оконный проем: головой вперед, держась руками за край карниза, чтобы не рухнуть на землю лицом. Затем со стороны крыльца донесся приглушенный голос. Я замерла. Человек произнес:

— Готово. Теперь их машины никуда не поедут.

Я повисла над землей, холодея от ужаса. Кто-то, неизвестно кто, испортил наши с Табитой машины. Что еще хуже, он сказал об этом вслух. Значит, их по меньшей мере двое. Послышался второй голос, чуть ближе первого:

— В гараже стоит мотоцикл. Зачем безногому мотоцикл?

— Заткнись! — шикнул на него первый.

Я влезла обратно и пригнулась. Снаружи мимо окна, хрустя на сосновых шишках, прошел человек. Я медленно подняла голову над рамой. Кто бы там ни был, он уже свернул за угол. И мы услышали скрип деревянных ступеней, которые шли на веранду, всего в пятнадцати футах от нас.

Табиту колотило все сильнее, и я засомневалась, устоит ли она на ногах.

— Нам этого не сделать, — дрожа, выговорила она.

Делая над собой усилие, я старалась думать логически. Можно ли забаррикадироваться внутри? Нет.

— Остаться здесь никак нельзя. Они начнут стрелять в окно, в дверь, и мы окажемся в ловушке.

Зажав рукой рот, Табита заглушила рыдания. Глядя на нее, захныкал Люк, и его подбородок непроизвольно затрясся.

Сжав руку ребенка, я сказала:

— Мы сможем, если поторопимся. Когда окажемся снаружи, бегите быстро, как только можете. Не останавливайтесь! Несмотря ни на что.