Взрослые игры - Тереза Тотен

Дилетанты.

– Нет, вовсе нет, – заверила ее я.

Работа в офисе была наименьшей из моих проблем. Миссис Чень продлила мою смену до одиннадцати часов в выходные, да еще каждый четверг приходилось работать дополнительные два часа. Но потом воскресными вечерами ни с того ни с сего она начала швырять мне алюминиевые коробки с едой. «Лишнее!» – рявкала она каждый раз. Еды в них было на четыре ужина. Я испытывала одновременно благодарность и смущение. Я была практически уверена, что по-прежнему ей не нравлюсь, но, черт возьми, мне нужны были протеины, а в «лишнем» всегда находился цыпленок, свинина или рыба. В школе на ланч я съедала какой-нибудь фрукт, что, конечно же, оставалось без комментариев как со стороны Оливии, так со стороны остальной, помешанной на диетах, части обедающих.

– Как бы там ни было, наша ахиллесова пята – это внеурочная деятельность. Ну да вы знаете, что университеты, особенно Йель, пристально наблюдают за внеурочной деятельностью. Даже с самыми высокими оценками не хотелось бы здесь напортачить. – Она нахмурилась, глядя в экран. – В школе Сент-Мэри вы были капитаном бейсбольной команды и команды по хоккею на траве и к тому же участвовали в дебатах.

– Со всем уважением, мэм, во всех своих прежних школах я жила в пансионе. Моя тетя… ну, добираться от нее до школы слишком долго.

– Конечно, конечно. – Доктор Крюгер нахмурилась. – Это тяжелая нагрузка, особенно если учесть, в какое время вам приходится начинать работать. – Она вновь обернулась к компьютеру и прокрутила колесико мыши. – Должно быть что-то, что звучало бы внушительно, но требовало бы минимального вмешательства с минимальными затратами времени.

– Вы найдете это, мэм, и я этим займусь.

– Я буду искать. Положитесь на меня.

Крюгер хотела, чтобы я добилась успеха, ей это было нужно. Не только потому, что это хорошо отразится на репутации школы, но и потому, что она сама сильно вложилась в меня, в мою историю. Я поработала над этим.

Мой взгляд обратился к книжной полке. Я всегда смотрела туда, и она всегда замечала это. Она была достаточно наблюдательна для мозгоправа.

– О, да, я наконец заполучила новое «Диагностическое и статистическое руководство по психическим расстройствам». Интересно?

– Пятое издание? – Многие годы я полагалась на четвертое издание, сверяла по нему симптомы и прочее, желая освоить язык мозгоправов. И это издание могло бы пригодиться. Я могла бы вычислить, что происходит с Оливией, потому что с ней явно что-то происходило. – Может быть. Я подумывала написать выпускную работу по психологии.

– Хм… – Ей понравилась эта идея. – Ну, если ты примешь такое решение, можешь взять эту книгу, когда она тебе понадобится. – Она выключила экран своего компьютера. – Думаю, для этого месяца мы сделали достаточно.

– Спасибо. Большое спасибо, доктор Крюгер.

– Это моя работа, Кейт. Одна из лучших ее частей. – Женщина махнула рукой, отпуская меня, потом добавила: – Пока ты не ушла. Кажется, ты ладишь с другими девочками. Но когда идешь в новую школу в старших классах, видимость может быть обманчива…

Я успела уже встать.

– Об этом не беспокойтесь. Тут все хорошо, я даже думаю, что нашла настоящую подругу. Оливия Самнер.

– Оливия. – Доктор Крюгер кивнула себе. – Оливия – чудесная девушка. Вам обеим повезло! – Она встала, чтобы проводить меня до двери, и как раз в эту минуту кто-то постучал.

Вошел мужчина – настоящий самец. Это, должно быть, он, новый директор по связям с общественностью. Не знаю, как его описать, но это был действительно мужчина. Ошибки быть не могло. Он вовсе не походил на кинозвезду, ничего подобного, но, боже, он излучал грубую мужественность. А потом улыбнулся. И тут я, наконец, поняла, с чего все так переполошились.

– О, прошу прощения, Джинни, я…

– Нет, Марк, мы уже закончили. – Ее руки вспорхнули к груди. Доктор Крюгер трепетала. – Кейт О’Брайан, кажется, ты еще не знакома с нашим новым директором Марком Редкиным. Кейт – наш стипендиат в этом году. – К этому моменту Крюгер почти сияла.

Я протянула руку:

– Приятно познакомиться, сэр.

– Что ж, это честь для меня. – Он пожал мне руку. – Вы занимаетесь перетряхиваем и архивированием личных дел, так что вы, наверное, слышали, что я здесь, чтобы точно так же натрясти нам денег и привести все в соответствие с текущим моментом и технологиями. По крайней мере, на это молится совет директоров. – Широкая ослепительная улыбка. Действительно хорошая улыбка. – Я пришел поговорить, Джинни. Я тут думал о том, чтобы заняться индивидуальным продвижением учащихся, это современно, и родители будут вовлечены и постоянно на связи.

– Великолепная идея, Марк!

– А сейчас, когда мы познакомились, – он повернулся ко мне, – я бы хотел, чтобы стипендиат Вэйверли заняла главенствующую позицию, и не только перед комитетом, но и во время благотворительных обедов, и на заседаниях совета директоров. Да чтобы раскошелиться, им достаточно будет взглянуть на вас всего лишь раз!

– Марк!

– Прошу прощения, меня занесло. Но, допустим, мы создадим небольшой комитет индивидуального продвижения учащихся. Вы могли бы возглавить его, мисс О’Брайан. Это не слишком обременительно: несколько идей, пара встреч, и в вашем резюме появится строчка «Председатель комитета индивидуального продвижения учащихся». Что скажете?

Вау. Он что, подслушивал под дверью?

– Кейт? – Крюгер все так же сияла. – Это идеальный вариант.

– Я… Почту за честь.

– Великолепно. Я свяжусь с вами по поводу деталей. Вот так оно иногда и происходит. Все просто случается.