Хроники лечебницы - Дэниел Киз

– О боже!

– Продолжай.

– Я что-то слышала о террористических ячейках, внедренных в Америке господином Тедеску для второго поколения 17N и МЕК.

– Не пытайся это анализировать. Пусть это войдет в твое сознание.

– Когда Алексию снились кошмары, он разговаривал во сне.

– Он говорил во сне о спящих агентах?

– Нет, о спящих он не говорил. Он говорил об актерах. И еще о чем-то.

– Ты знаешь, что он имел в виду?

– Что они очень важны для операции «Зубы дракона».

– Он никогда не говорил, что должны делать спящие или актеры?

Она приложила ладонь ко рту и покачала головой.

– Рэйвен, время не терпит. Тысячи невинных людей могут умереть в жутких мучениях.

– Алексий не допустил бы такого.

– А что ты скажешь, если я тебе скажу, что МЕК доставила контрабандой в Штаты смертоносные штаммы сибирской язвы, чтобы их использовали в качестве оружия местные агенты 17N?

– Я вам не верю. Алексий не стал бы в этом участвовать.

– Тебе известно, что может повлечь за собой распространение сибирской язвы среди тысяч, миллионов невинных мужчин, женщин и детей?

– Я слышала о сибирской язве, но не знаю точно, что это такое.

Он почуял последнюю возможность провести быстрое образное погружение. Это либо вылечит ее, либо переклинит.

– Как врач, я читаю отчеты, публикуемые Всемирной организацией здравоохранения. Люди, вдыхающие споры сибирской язвы, не знают, что они заразились. Все, что они чувствуют, это заложенность в носу, боль в суставах, сухой кашель и утомление. Представь это, визуализируй. При первых симптомах врачи могут диагностировать у них грипп. Если сибирскую язву выявить сразу, ее можно лечить антибиотиками. Но никто не будет знать.

– Не хочу больше слушать.

– Через несколько дней язва переходит в скрытую стадию. Люди считают, что им стало лучше…

– Ну хватит!

– Слушай! Важно, чтобы ты знала, что произойдет, если ты не поможешь остановить террористов. После скрытой стадии бактерии проникают в лимфатические узлы. Всего за несколько часов они захватывают всю лимфатическую систему и выделяют токсин, разрушающий все органы – особенно легкие. Подача кислорода прекращается.

– Вы жестоки. Хотите, чтобы я сошла с ума?

– Я хочу помочь тебе вытравить ложь, которую Алексий внедрил в твой разум. Он заставил тебя поверить, что твои соотечественники – это зло.

– Так и есть.

– 17N и МЕК втянули тебя в свой террористический заговор с целью убить невинных детей, которые будут умирать в школах и на детских площадках, если ты не сможешь увидеть свет. Малыши будут умирать на руках своих матерей, прямо на улицах.

– Я так же виновна, как и другие. Я помогала ограбить банк, чтобы у них были деньги на это ужасное средство.

– Ты можешь искупить свою вину, если поможешь их остановить.

– Я все равно не думаю, что Алексий сделал бы что-то подобное.

– В течение суток кожа зараженных сибирской язвой начинает синеть. Дыхание становится ужасно болезненным. Визуализируй это. Приступы кашля, конвульсии, а потом внезапная…

– Прекратите!

– Смерть.

– Я сказала, прекратите!

– Только ты можешь прекратить это, Рэйвен.

Он увидел слезы у нее в глазах.

– Вы мной манипулируете, обращаете против человека, которого я люблю.

– Спящие агенты МЕК и 17N собираются обрушить эту чуму на три объекта. Но мы не знаем как. Время на исходе. Мне нужно, чтобы ты мне помогла понять, как это можно сделать.

Ее голос огрубел.

– Вы хотите передать все это судье?

– Судья Родригес приказала мне вылечить тебя и доложить ей о результатах.

Она выглядела предельно спокойно.

– Делайте, что должны. А я сделаю, что должна я.

– Мы можем об этом поговорить?

– Хватит разговоров! Выход вы сами найдете: в подвал и по туннелю.

Она вышла из комнаты, хлопнув дверью. Он долго стоял на месте, затем спустился в подвал, прошел по туннелю и через калитку вышел в пещеру. Дойдя до машины, он позвонил Дугану.

– Это Кайл. Отзовите СТЗИГ. Не нужно переправлять ее в Афины. У меня прорыв.

– Я слушаю.

– Безликая богиня – это статуя Цереры с гладким лицом на вершине чикагской торговой палаты.

– Вы уверены, что ее словам можно доверять?

– Это вы ФБР. Вы должны это установить.

– Тем больше смысла в экстренной экстрадиции.

– Зачем? Вы получили, что вам нужно.

– Не все. Алексий и Мирон еще на свободе. МЕК еще участвуют в игре, а время на исходе. Если она сумела вспомнить где и знает что, тогда она наверняка знает, как спящие агенты собираются использовать свое оружие.

– Она вам не нужна, чтобы найти их.

– Это должна установить группа по борьбе с терроризмом. Я отдаю приказ судебным приставам забрать ее.

– Дайте мне еще немного времени. Я попытаюсь выяснить, как должна распространяться язва.

– Мы больше не можем ждать.

– Всего лишь сутки. Я вернусь в дом и погружу ее в новые образы.

– Это невозможно.

– Иначе она может покончить с собой.

– Придется пойти на этот риск.

Кайл услышал голос Тии:

– Еще одни сутки не сделают большой разницы.

Дуган замялся.

– Окей, Кайл, двадцать четыре часа – и ваша работа сделана. После этого в дело вступит Система транспортировки заключенных и иностранных граждан и переправит ее в Грецию.

– Вы не пожалеете – я сделаю все…

Но Дуган не стал дослушивать. Кайл выключил свой телефон и поднял взгляд на лечебницу. В древней легенде афиняне отрезали крылья своей богине, чтобы Бескрылая Победа никогда не смогла улететь с афинского Акрополя.

У него возникло ощущение, что Рэйвен-Никки – как и Ника Аптерос – никогда не улетит из своего скалистого прибежища.