Хороший сын, или Происхождение видов - Чон Ючжон

По его словам, зло — это темная природа, которая записана в наших генах. И злодей — это не кто-то особенный, а, возможно, «любой», включая и меня — автора этого романа.

Читатели часто спрашивают меня, почему я так одержима человеческим злом. Чтобы ответить на этот вопрос, я должна вернуться к тому моменту, когда начала интересоваться злодеяниями одного убийцы. В тот год его преступление потрясло весь мир. Весной 23-летний молодой человек, внешне вполне нормальный, убил своих родителей. Он учился в США, но, пристрастившись к азартным играм, погряз в долгах и был вынужден вернуться в Корею. Его отец ужасно рассердился на него, назвав его никчемным, сын затаил обиду, решив убить родителей, и реализовал свой план. Он пятьдесят раз ударил ножом отца, а мать — сорок раз. Более того, он поджег дом, в котором спал племянник, и таким образом уничтожил улики.

Мне стала любопытна сущность этого молодого человека. Что это за человек, который может такое сотворить?

В то время термин «социопат» был еще не очень распространен. Интернет тоже не был так развит, как сейчас. Об этом юноше можно было узнать только из бесконечных новостей, каждый день выходивших в СМИ. Говорили, что он совершил преступление, чтобы завладеть имуществом родителей на сумму более десяти миллиардов вон; что после убийства он спокойно перетащил куда-то сейф и как ни в чем не бывало подметал двор; что на похоронах родителей смеялся вместе со своей подружкой, а после ареста вместо раскаяния бесконечно врал и все время обвинял родителей, что все это из-за них. Писали, что с детства у него были признаки психического отклонения…

В то время я была еще молода, поэтому мое понимание людей и их образа мыслей было незрелым. Я не могла понять особое злодеяние этого особого злодея. Более того, я даже представить себе не могла его внутренний мир и настоящий мотив убийства. У Фрейда, которым я тогда очень увлекалась, я нашла только одну маленькую зацепку: даже у высоко моральных и благородных людей в подсознании скрываются мечты о запрещенных поступках, жестокой страсти и первобытном насилии. Разница между злодеем и обычным человеком заключается лишь в том — реализует ли он это желание или нет.

Зацепку-то я нашла, но все равно не могла найти ответа. Наоборот, у меня возникали фундаментальные вопросы о сущности природы человека. Со временем мой интерес расширялся. Сперва психопатология Фрейда, затем наука о мозге, криминальная психология, эволюционная биология и эволюционная психология. Изучая все это, я часто представляла себе «того особого злодея», которого я никак не могла понять. Ючжин, герой этого романа, стал внутри меня оплодотворенным яйцом.

Несмотря на это, я по-прежнему была незрелой, и как человек, и как писатель. У меня не было способности его полностью понять и вырастить. Также у меня не было смелости отвечать за это злое существо. У меня было только одно «желание» написать о нем. По этой причине я описала Ючжина в разных лицах. В своем первом романе «Весенний лагерь моей жизни» он был отцом Чона, в романе «Стреляй в мое сердце» — Пятнышком, в «Семилетней ночи» — О Ёнчжэ, в «28» — Пак Тонхэ. Каждый раз я включала в романы разных злодеев, но каждый раз не была удовлетворена. Наоборот, жажда становилась все больше, и на душе было тяжело. Потому что все эти герои всегда были только самими собой. Ведь описывать его, глядя на него со стороны, налагало ограничения. Я должна была стать им. Чтобы показать изнанку «темного леса», который таится где-то в глубине нашей природы. Чтобы описать прячущееся «во мне» зло, показать, в какой форме оно во «мне» существует, когда проявляется и каким образом развивается. Чтобы описать все это, герой должен был стать не объектом, а субъектом.

После того как я побывала в Гималаях, у меня появилось желание это осуществить. Тогда я подумала, что я смогу встретиться со «злодеем», даже не сохраняя безопасное расстояние. Я предположила, что «я» в романе будет эволюционировать с авторским «я». И я поверила, что смогу описать процесс, как жертва может превратиться в хищника. Я приготовила новую тетрадь и записала в ней цитату одного человека, имя которого уже не помню: