Священное сечение - Дэвид Хьюсон

— Нет, — ответил Липман. — Вот вам мой честный ответ.

Перони захотелось вновь схватить засранца за горло. Казалось, ему плевать на всех и вся.

— Но почему? Речь идет о миллионах долларов. Можно найти счета, записи в бухгалтерских книгах и все такое.

Американец рассмеялся. Джанни Перони сделал над собой усилие, чтобы не вскочить с места.

— На какой планете вы живете? — спросил Липман. — Мы не хотим делать ничего подобного. Секретные операции очень хорошо продумываются, так что в случае сбоев все дерьмо остается в земле и не проникает на поверхность. Только при таких условиях они могут функционировать. Каспар знает об этом не хуже других. Он сам придумал добрую половину правил. Ревизия бухгалтерских книг показывает, насколько парень безумен. С таким же успехом он может попросить нас повеситься на центральной площади.

— Ты должен… — заговорил Перони.

— Нет! — настаивал Липман. — Послушайте. Каспар играл по своим правилам. И сейчас не может отменить их. Все отрицается. Никаких бумаг или банковских сделок. Ничего. Просто куча денег, пропавшая со счетов в Вашингтоне.

Наконец-то подал голос комиссар Моретти:

— Слышал, что они говорят, Виале? Пока что я слежу за расследованием, однако мне не нужны дальнейшие неприятности на улицах Рима. Мы так не договаривались.

— Идет жесткая игра, — спокойно отвечал Виале. — Мы справимся.

— Черт побери! — взвизгнул Моретти. — Справимся мы. Мы полицейские. И не просто так занимаемся своим делом.

— Вы занимаетесь им, потому что вам выгодно! — закричал Виале. — Никогда не видел такого среди копов. Боже, Лео не поддался бы на такой трюк. Инспектор бы все проверил. Так он и поступил в итоге. А ты… — Он даже не пытался скрывать презрения к человеку в форме, сидящему за два места от него. — Да ты просто шут гороховый и набитый дурак в кителе с блестящими пуговицами! Ты мне полезен, Бруно, только не преувеличивай свою значимость. И перестань огрызаться!

Комиссар умолк и уставился на стол, качая головой. «Шокирован, — подумал Перони. — Возможно, даже испытывает вполне заслуженный стыд».

— Каспар хочет каким-то образом связаться с нами, — настаивал Фальконе. — Ему что-то нужно от нас.

Виале протянул руку, взял ручку и блокнот Моретти и нацарапал что-то неразборчивое.

— Мы дадим ему такую возможность. Не хочу, чтобы в Риме вновь погибли невинные люди. Надо собрать кое-какие документы. Займем его делом, пока не найдем.

Перони едва сдерживал ярость.

— Разве вы не понимаете? Парень далеко не дурак. Вам не удастся подсунуть ему какие-то липовые письма в надежде, что он проглотит наживку. Знает он эти трюки.

Липман кивнул:

— Он прав. Если подсунешь ему фальшивку, он вообще ошалеет. И что тогда?

Виале ухмыльнулся:

— Кто сказал, что документы будут фальшивые?

— Что?! — рявкнул американец.

— Ты меня слышал.

Человек из службы безопасности встал из-за стола и прошел в дальний конец кабинета, где стоял массивный старомодный служебный шкаф, запертый на замок. Набрал какие-то цифры, выдвинул ящик и быстро вынул голубую папку.

Липман забористо выругался вполголоса.

— О, я тебя умоляю. — Виале явно нравилось происходящее. — Ты же сам навел меня. Мы всего лишь домоуправы, — он махнул папкой в сторону американца, — а они ведут записи. Я перечитал их прошлой ночью, Джоэл, дабы освежить память. У нас здесь так заведено. Разговоры мы записываем потом. Стараемся запомнить как можно больше. У тебя имелись причины скрывать информацию, а мы должны были знать, что происходило на самом деле. На случай если позднее кто-то станет показывать на нас пальцами. Мы твои союзники, а не лакеи. И не козлы отпущения. Ты ведь не думаешь на самом деле, что мы готовы идти на дно вместе с тонущим кораблем, если до этого дойдет дело?

— Да очнись ты! — отбивался Липман. — Больше всего тебе вредят твои же союзники.

Виале вернулся, вынул из папки фотографию и бросил на стол. Группа мужчин и женщин в полувоенной форме ремонтируют джип. Снимок, по-видимому, сделан украдкой. Люди не знали, что их фотографировали. Местность сельская и дикая. Может быть, где-то в Италии.

Липман сердито посмотрел на фотографию:

— Какого черта ты это делаешь?

Виале бросил на стол еще несколько подобных снимков.

— Надо быть благоразумным, — продолжал он, показывая на карточку. — Посмотрите на дату.

Внизу было отпечатано: 12 октября, 1990.

— Каспар тогда еще ничего не знал о проекте. А вот Дэн Дикон…

— Значит, он был в деле и, возможно, руководил группой! — воскликнул Перони.

— Детали, детали, — отмахнулся от предположения Виале. Раскрыл папку. — Каспар нуждается в интересующей его информации. А вот и она. Документы. Фотографии. Все, что также указывает на Дикона. — Он повернулся к Липману: — Джоэл, разве ты не понимаешь, что я предлагаю тебе? — Он развел руки в стороны, как бы демонстрируя свою щедрость. — У тебя ведь есть хорошие парни, не так ли?

— Само собой, — согласился Липман.

— Ну так в чем дело?

Перони покачал головой. Фальконе наблюдал за Виале, рассеянно поглаживая свою козлиную бородку. Его лицо абсолютно ничего не выражало.

— Что я слышу? — спросил Перони. — Мы должны молча стоять в сторонке, в то время как американцы у нас под носом пустят по городу команду наемных убийц?

Лицо Виале выражало недоумение.

— А какая может быть альтернатива? Его нельзя судить в Италии. Над нами тоже стоят начальники, которые требуют результатов и устраняются от нежелательных последствий. Положение незавидное. Так было всегда. Тебе не удастся переубедить одного министра, не говоря уже обо всем правительстве.

Фальконе посмотрел на Липмана:

— Вы можете преследовать его законным порядком. Мы могли бы устроить экстрадицию.

— Неплохо бы, — ответил американец.

— Он был герой! — крикнул Перони. — И попал в беду по вашей вине.

— Верно, — кивнул Липман. — Однако ключевое слово здесь «был». Прежде чем Каспар свихнулся, я думал поместить его в какую-нибудь хижину в дремучем лесу. Чтобы читал книги и фотографировал медведей. Но последнее убийство… Женщина не имела никакого отношения ни к нему, ни к нам. Правила игры изменились. Он зверь. В лучшем случае — источник неприятностей и обуза.

Фальконе встал и заявил:

— Нет. Все зашло слишком далеко.

— Сядь, Лео, — вздохнул Виале. — Не будем слишком спешить.

— Но это не…

— Сядь и выслушай меня! — проревел человек из службы безопасности. — Или я, клянусь, прямо сейчас уничтожу последние остатки твоей карьеры. И его тоже.