Брошенные тела - Джеффри Дивер

— Грэм? Милый!.. Пожалуйста! — В ее голосе звучало отчаяние. Если Грэм выстрелит, это сочтут убийством. — Очень тебя прошу.

Здоровяк глубоко вдохнул. Потом опустил пистолет и спросил:

— Где они? Где эти твои пластиковые наручники?

— Грэм, пожалуйста, отдай мне пистолет.

— Так где они? — рявкнул он зло и пистолета не отдал. Бринн заметила, что Харт ей улыбнулся.

Она никак не отреагировала на это и ответила на вопрос мужа:

— В бардачке.

Он подошел к машине.

— Здесь ничего нет.

— Тогда открой багажник. Они могут быть в пакете или коробке. Но сначала включи рацию. Она на приборной панели. Просто нажми на кнопку, представься, назови им код десять-тринадцать и объясни, где мы находимся. Заводить двигатель для этого не обязательно.

Не сводя глаз с Харта, Грэм взялся за микрофон и нажал кнопку вызова. Отозвались сразу с полдюжины людей шерифа и полицейских с беспорядочными вопросами, но он, слава богу, ограничился только кратким описанием ситуации и своими координатами. Затем, бросив микрофон на сиденье, открыл багажник.

Харт смотрел теперь на Мишель, которая ответила полным откровенной ненависти взглядом. Он улыбнулся.

— А ведь ты совсем чуть-чуть промахнулась, Мишель. Самую малость.

Та промолчала. Тогда он повернулся к Бринн и, понизив голос, чтобы могла слышать только она, спросил:

— Там, у трейлера, когда ты разбила микроавтобус, — мотнул он головой в сторону леса, откуда они только что выбрались, — и я был без сознания, ты ведь видела меня?

— Да, видела.

— И что мой пистолет отлетел в сторону тоже видела?

— Да.

— Почему же ты им не воспользовалась?

— Маленькая девочка могла свалиться в пропасть. Мне пришлось поспешить ей на помощь.

— Еще один трудный выбор, — констатировал он. — Почему они встают перед нами в самый неподходящий момент?

— Иначе это не было бы трудным выбором, верно?

В ответ он невольно издал чуть слышный смешок.

— Хорошо. Предположим, там не было бы никакой девочки. Ты взяла бы тогда пистолет и убила меня? Застрелила, пока я был в отключке? — Он приподнял голову и сказал чуть слышно: — Я хочу знать правду… Между нами не должно быть лжи, Бринн. Никакой лжи. Ты бы меня убила?

Она медлила с ответом.

— Ты думала об этом, так? — снова улыбнулся он.

— Да, я об этом думала.

— Ты и должна была. Ты должна была убить меня. Я на твоем месте сделал бы это. А ведь ты и я… мы очень похожи.

Бринн посмотрела в сторону Грэма, который не мог слышать их разговора.

— Однако же между нами есть существенные различия, Харт.

— Возможно, но только не в этом… Ты говоришь, что хотела всего лишь арестовать меня?

— Опять тебя подводит память. Я уже это сделала.

Еще одна улыбка — в уголках рта и в глазах.

Мимо прогрохотал грузовик. Проехала очередная легковушка.

Потом донесся голос Грэма:

— Я их нашел.

Как оказалось, Харт только и ждал подобного момента. Стоило Бринн отвести глаза в сторону, как он вскочил на ноги. Он был недостаточно близко, чтобы напасть на нее — об этом Бринн заранее позаботилась. Но он и не собирался этого делать. Харт перепрыгнул через распластанное тело своего напарника и стремительно побежал к центру автомагистрали. Когда он уже удалился ярдов на семь, Бринн выстрелила, но ее пуля прошла в полудюйме от его спины. Выстрелить снова она не решилась — навстречу шли машины. Абсолютно вслепую Харт выскочил на шоссе — акт чистейшего фатализма. В любой момент его могли сбить насмерть.

Он выбежал на середину, замер и отскочил в сторону, когда оторопевшему от неожиданности водителю внедорожника «тойота» пришлось резко вывернуть руль. Машина опрокинулась на левую сторону, посыпались осколки стекла, и автомобиль заскользил на боку со страшным скрежетом. Его вынесло на обочину, причем женщин и ребенка он миновал буквально в двадцати дюймах. Все трое инстинктивно бросились на землю.

Разбрасывая вокруг себя обломки пластика, стекла и металла, джип в конце концов замер на месте, пыль от сработавших подушек безопасности поднималась из разбитых окон.

С десяток других легковых машин и грузовиков, визжа тормозами, тоже вынуждены были остановиться. И прежде чем Бринн смогла снова прицелиться в Харта, тот перебежал в крайний левый ряд, перепрыгнул через капот притормозившего седана, вышвырнул из-за руля водителя — солидного мужчину в деловом костюме — и забрался внутрь. Сразу же набрав приличную скорость, он проехал по разделительной полосе между замершими на месте машинами и вновь вернулся на дорогу. Бринн вела за ним ствол револьвера Мюнса, но в момент, когда она уже готовилась нажать на спуск, из своих автомобилей вылезли двое зевак, и она не рискнула стрелять, боясь попасть в одного из них.

Она убрала оружие и бросилась к «тойоте», чтобы помочь находившимся в ней людям.

Наблюдая за всем этим хаосом, Джеймс Джейсонс притаился среди ароматных ягодных кустов ярдах в ста от опрокинутого внедорожника.

В отдалении послышались звуки сирен.

Он видел Грэма Бойда, оказывавшего помощь пострадавшим. Зато отсутствие помощника шерифа Мюнса подсказало Джейсонсу, что за выстрел он слышал в чаще леса.

Оборудованные сиренами машины приближались, пока он разбирал винтовку и прятал ее части в холщовую сумку. Движение по ближним к нему полосам хайвея было полностью парализовано. В противоположном направлении транспорт двигался, хотя и медленно, потому что водители снижали скорость, разглядывая дорожное происшествие.

Как будто в этой странной цепи событий можно было хоть что-то понять.

Один из преступников был мертв — его тело прикрыли куском брезента. Другой сумел сбежать. Кажется, никто больше не был даже серьезно ранен.

Миссия Джейсонса, пусть и не до конца, оказалось успешной. Ему больше нечего было здесь делать.

Надвинув на глаза козырек кепки, он пробрался через строй остановившихся машин и вышел на разделительную полосу. Здесь ему пришлось чуть задержаться, но в конце концов зеваки-водители позволили ему пересечь все три ряда. Оказавшись на противоположной стороне, он убедился, что никто из полицейских за ним не наблюдает, и, поспешно углубившись в лес, опрометью бросился к своему «лексусу».

Джейсонс завел двигатель, осторожно выехал на обочину и влился в поток машин. Из сумки, лежавшей теперь на сиденье рядом с ним, он достал спутниковый телефон и стал перебирать имена в списке быстрого вызова. Пропустив имя своего любовника, потом матери, он остановился на третьем.

И хотя утро еще только наступало, Стэнли Манкевиц снял трубку уже после второго гудка.