Контракт со зверем - Наташа Шторм

Ужин закончился быстро. Не было ещё и семи, а мой новоиспечённый муж потянул меня в номер. Я даже не удивилась, что в распоряжении сумасшедшего миллионера находились трёхкомнатные апартаменты на верхнем этаже. Кабинет, гостиная, спальня. Все двери были широко открыты. Не разуваясь, я направилась туда, где стояла нереально огромная кровать, и остановилась, открыв рот. Воистину номер для новобрачных! Вазы с охапками нежно-кремовых роз стояли везде: на прикроватных тумбочках, на декоративных полках, на полу. Я любила именно такие цветы, полураспустившиеся маленькие бутоны, по несколько на ветке. Кровать притягивала взгляд, как магнит. На золотистых простынях кровавым пятном выделялся пеньюар. Дикость какая-то. Неужели Мажаров решил, что я это надену? В серебристом ведёрке со льдом охлаждалось шампанское. Два высоких тонких бокала в центре зеркального столика, а ещё свечи… Вау! Мой муж оказался романтиком. Почему-то это вызвало во мне лёгкую грусть.

— Так торопишься в спальню?

Я почувствовала на своей шее тёплое дыхание. Он обнял меня за плечи и прижался к моей спине.

— Зачем этот фарс, Александр Сергеевич? Мы оба знаем, что я тут не по своей воле. Глупая трата денег.

Мажаров отстранился.

— Запомни, я не привык к глупым тратам. Идём в гостиную. Нам нужно поговорить.

Я послушно вышла из спальни и опустилась на белоснежный кожаный диван.

— Выпьешь?

«Охотно! С удовольствием!» — кричало подсознание. Нервное напряжение оказалось таким сильным, что я была на грани истерики. Мой новоиспечённый муж налил в широкий хрустальный стакан французский коньяк и протянул мне.

— Пей. Возможно, это облегчит понимание.

Я выпила обжигающую жидкость залпом, чувствуя, как внутри вспыхнул пожар. Дыхание на миг остановилось, а из глаз брызнули слёзы.

— Ты что, ни разу коньяк не пила? — Ко мне переместилась вазочка с отборной клубникой.

Я схватила ягоду и проглотила, даже не почувствовав вкуса.

Я не пью ничего крепче кефира. От остального… Словом, утром у меня начинаются страшные головные боли, которые не купируются ни одним препаратом.

Но сегодня головная боль как расплата беспокоила меня меньше всего. Огонь превратился в приятное тепло, комната закружилась, а почти что Пушкин показался даже симпатичным.

— Ещё. — Я протянула пустой стакан.

— Обойдёшься.

— Жалко?

Мажаров усмехнулся.

— А ты хитрая девочка. Думала, напьёшься и избежишь брачной ночи? Не выйдет.

— Что ж, фокус не удался, но попробовать стоило.

Я тяжело вздохнула, скинула туфли, которые стали нестерпимо жать, и, подогнув ноги, удобнее устроилась на диване. Мажаров развалился в кресле напротив.

— Итак, Анна, сейчас ты мне откровенно ответишь на несколько вопросов. А я, в свою очередь, отвечу на твои. И никаких тайн. Запомни, на эти четыре месяца мы станем с тобой самыми близкими людьми. Готова?

Мне стало весело.

— Валяй.

— Что в сексе для тебя неприемлемо?

— Всё! Я, вообще, далеко не такая продвинутая, как ваши длинноногие подружки.

— О каких подружках ты говоришь?

Я хихикнула.

— О тех самых, из Интернета.

— Ладно. Разберёмся на месте. Вопрос второй. Сейчас у тебя есть мужчина?

Я прижала руки к груди.

— Глупый вопрос. Если бы он у меня был, думаю, я отдала бы вам деньги ещё вчера и не оказалась сегодня в этом логове.

— Когда ты занималась сексом в последний раз?

Я попыталась вспомнить дату, но мысли путались.

— Точный день и час не скажу, но… где-то лет одиннадцать назад.

Я была пьяна, но заметила, что зрачки Мажарова расширились.

— Ты хочешь сказать, что кроме мужа у тебя никого не было?

— А это плохо? Вы разочарованы, мой господин?

— Нет, совсем нет.

Я встала, добрела до окна и опёрлась на некий аналог подоконника.

— Скажу вам больше. В последний год отношений с мужем тоже не было. Как только его пригласили в сборную Италии, он сразу же завёл себе любовницу, горячую итальянку. Знаете, что он сказал мне? Что я фригидная ледышка без фантазий, способная изредка раздвигать ноги. Так что, Александр Сергеевич, вы сильно прогадали, женившись на мне.

Мажаров снова оказался рядом. Я почувствовала себя в кольце стальных объятий. Мягкий язык прошёлся вверх по моей шее.

— Твой муж был непроходимым глупцом.

— Эй, полегче! О покойниках либо…

— Он просто не смог разбудить в тебе женщину. Это целиком его вина.

— Во мне поздно кого-то будить. Если что-то и есть, то спит вечным сном.

Руки Мажарова переместились вниз, расстегнув пуговицы на моём пиджаке.

— Ты хоть раз оргазм испытывала?

— Оргазм? А что это такое?

— Понятно.

Следующей была расстегнута пуговичка на брюках, а молния поползла вниз. Гибкие пальцы отодвинули кружево моих трусиков.

— Сухо, как в Сахаре.

— Что?

Мажаров потянул меня к дивану.

— Разговор не закончен.

Я успела застегнуть на ходу все пуговицы.

— От чего ты возбуждаешься, от порно, от прикосновений?

— Вы меня не слушаете? Меня не возбуждает ничего. С пятнадцати лет я пашу, как негр на плантации. Сплю по пять часов в сутки. А вы говорите о каком-то возбуждении.

— Но… это ненормально. Я бы сказал, вредно для здоровья. Ты же врач.

Я хихикнула.

— Бросьте. Как видите, я выжила и без секса.

Мажаров налил себе коньяк и выпил залпом. Я резво пододвинула вазочку с клубничкой.

— Закусывайте, Александр Сергеевич. Правда, нитратов тут больше, чем самой клубники, но, дай бог, не отравитесь.

Мой муж поморщился, но ягодку взял.

— А можно я теперь спрошу?

— Валяй.

— Почему я?

Мажаров пожал плечами.

— Ты мне понравилась. Как только увидел фото той, чей сын обновил мою машину, решил, что получу тебя любым способом.

— Но только на четыре месяца.

— Как пожелаешь.

— Но вы же могли выбрать молодую и красивую.

— Размалёванную пустышку? — Он усмехнулся. — Мой японский партнёр помешан на культе семьи. Ты очень подходишь на роль идеальной супруги. Умная, привлекательная, врач, в конце концов. Ты добрая, терпеливая и интеллигентная. Думаю, господин Кимура будет доволен.