Приемный ребенок - Дженни Блэкхерст

– Но ведьмы же как раз этим и занимаются, правда? Они колдуют, произносят заклинания. Самое смешное в том, что я уже начала думать, будто ошибалась насчет нее. Я начала считать ее милой и прикольной девчонкой – до того случая в столовой.

– Ты уверена, что на тебя набросилась Элли?

Наоми кивает.

– Должна была быть она. В любом случае, кто бы это ни был, этот человек появился словно из ниоткуда. Никто его не видел, даже я. Это должна была быть Элли – на такое способна только ведьма.

– Хорошо. – Я не напоминаю, что в помещении было темно, и дети в истерике кричали, спрыгивали со своих мест после того, как внезапно выключился свет. На Наоми мог наброситься кто угодно. – А почему ты подумала, что Элли ведьма? – мягко спрашиваю я. – Из-за того, что она выжила во время пожара, во время которого погибла вся ее семья?

– Нет, – отвечает Наоми и смотрит на меня как на дуру. – И я не думала, что она ведьма, я знала это. Мне так сказали.

«Да будь проклята Ханна Гилберт», – думаю я. Она все это начала. Я краснею при мысли о том, как я сама, потеряв ребенка, легко поверила в то, что Элли опасна.

– Что бы там твоя учительница ни говорила тебе, Наоми, боюсь, что она ошиблась. Мисс Гилберт…

– Это была не мисс Гилберт. – Судя по виду, Наоми поставлена в тупик. – Учителям не разрешается говорить такие вещи про детей. Мне об этом сказала сестра Элли. Я узнала об этом от Мэри.

Глава 92

Элли

– Ты знаешь план? – шипит Мэри, обращаясь к Элли, когда они стоят у школьных ворот. Элли оглядывается, проверяя, нет ли рядом учителей, и кивает.

– Просто я не понимаю, как в таком случае у меня не возникнет проблем с…

– У тебя не возникало проблем ни из-за чего, что ты делала раньше, так? – Мэри взмахивает рукой. – Ты же убивала, черт побери, Элли! Если у тебя даже после этого не возникло проблем, то не возникнет не из-за чего. Ты неприкосновенная.

Глава 93

Имоджен

Когда я выхожу из дома Харперов, у меня кружится голова от полученной информации. «Я узнала об этом от Мэри». Мэри, единственная подруга Элли, единственный человек, которому она доверяла, запустила слух, что Элли ведьма, слух, из-за которого и начались все проблемы Элли в школе. Зачем она это сделала?

Как раз, когда я открываю дверцу машины, у меня в сумке начинает звонить телефон.

– Алло?

– Имоджен? Это вы? – Голос на другом конце провода полон отчаяния, кажется, что звонящая мне женщина задыхается. Я мгновенно узнаю ее.

– Сара, успокойтесь, – говорю я ей. – Что случилось?

– Элли. – Я слышу, как дрожит голос Сары Джефферсон. – Она в обед ушла из школы. Я не знаю, где она.

Я вздыхаю. «Повторяй, – приказываю я себе. – Не мой цирк, не мои обезьяны».

– Я больше не работаю по делу Элли, Сара. Меня от него отстранили. Ее прогулы больше меня не касаются. У меня другой круг обязанностей.

– Вы не понимаете, – теперь голос Сары звучит напряженно. – Меня беспокоит не Элли, а Лили.

Моя рука автоматически опускается на живот до того, как я вспоминаю, что ребенка там больше нет.

– Что с Лили, Сара?

Звук, который издает Сара, – это нечто среднее между рыданием и воем.

– Она пропала. Элли забрала малышку.

Глава 94

Имоджен

Я еду к дому Джефферсонов, молясь, чтобы местной полиции было чем заняться сегодня вечером, кроме как дежурить у обочины дороги и ловить превысивших скорость водителей, и все это время напряженно думаю. Зачем Мэри говорила детям в школе, что Элли ведьма? Мэри – единственный человек, который поддерживал Элли, выступал на ее стороне, настаивая, что Элли невиновна, а взрослые идиоты. Она все это время меня обманывала, играла со мной?

Я думаю обо всех местах, куда Элли могла отнести ребенка. Гонт внезапно кажется очень большим, а я одна. Сара Джефферсон уже позвонила в полицию. Я знаю, что они отправят весь личный состав на поиски пропавшего ребенка. Мне не нужно взваливать это себе на плечи. Так почему же я тогда считаю себя виноватой в случившемся?

Сара уже ждет меня и открывает дверь, пока я еще иду по тропинке. В одной руке она держит трубку мобильного телефона, во второй городского.

– Марк уехал их искать, – сообщает она мне. – А я должна оставаться дома, ждать полицию.

– Сара, а откуда вы узнали, что именно Элли забрала ребенка?

– Соседка видела, как она уходила, больше часа назад. Лили спала, поэтому я тоже легла на диван и на минутку прикрыла глаза. А затем вдруг поняла, что прошло уже полтора часа, а Лили нет. Когда я выбежала на улицу, Джун из соседнего дома сказала, что видела, как Элли вынесла ее на прогулку. Она подумала, что это я ей разрешила.

– Она не могла уйти далеко пешком, – говорю я, обнимая Сару и прижимая ее к себе. Я не могу представить, что она сейчас чувствует. Затем я отвожу ее на расстояние вытянутых рук. – Мы ее найдем. Давайте вы сейчас, до приезда полиции, найдете в Гугле карту окрестной? Мы отметим, как далеко она могла уйти за час. Таким образом они получат уже готовый круг для поисков.

Я знаю, что в полиции уже сами догадались это сделать и отправили сотрудников на поиски до того, как ехать сюда, но Сару нужно чем-то занять, нужно, чтобы она чувствовала, что делает что-то полезное.

– Можно мне заглянуть в комнату Элли? – спрашиваю я. Сара уже устроилась за своим компьютером и взялась за выполнение задания.

– Конечно. Делайте все, что, по вашему мнению, может помочь, – отвечает она.

Но поднявшись на верхнюю площадку, я иду не в комнату Элли, а в комнату Мэри. Сказанное Наоми все еще сильно давит на меня. Мэри врала ради Элли, но, может, она это делала, чтобы обеспечить себе алиби на ту ночь, когда Ханну Гилберт столкнули с лестницы?

Я открываю дверь в комнату Мэри. Это типичное убежище подростка, хотя Мэри не нравятся ярко-розовые стены и постеры с бойз-бэндами. Ей нравятся темно-пурпурные тона и звезды рэпа. Письменный стол завален различными канцелярскими принадлежностями, как и в первый раз, когда я здесь была.

Я роюсь в горах бумаг, не зная, что ищу, и внезапно нахожу их.