Нет причин умирать - Хилари Боннер

Родственники погибших солдат, под блистательным водительством возрожденной Маргарет Слейд, с неустанной энергией продолжали вести кампанию за полное публичное расследование смертей своих горячо любимых детей. Карен знала, что они добились активной поддержки более чем ста членов парламента и что их различные демонстрации – у парламента, у министерства обороны и, с неустанной регулярностью, у ворот Хэнгриджа – привели к тому, что их движение не сходило с первых страниц национальных газет все последние шесть месяцев.

И теперь казалось, что британские правящие круги наконец-то отступили. Победа простого народа, подумала Карен. Семьи будут очень рады. Она только надеялась, что расследование будет абсолютно независимым.

– Есть еще кое-что, босс, – продолжал Томпкинс. – Они решили изменить существующие законы, чтобы то, что произошло в Хэнгридже, больше не повторилось. Это все в докладе Минобороны, только что присланном по электронной почте в офис начальника полиции.

Он кинул стопку бумаг, которой размахивал перед Карен, ей на стол. Она с жадностью схватила их. В будущем гражданское расследование всех смертей в армии в мирное время станет стандартной практикой. Должен быть опубликован новый протокол, обеспечивающий полноценное расследование полицейскими силами Соединенного Королевства всех смертей на армейских базах, в отличие от прежде существовавшей практики, касавшейся только случаев очевидного убийства. Кроме того, и королевской военной полиции, и командующим баз запрещалось принимать активное участие в расследовании подозрительных смертей. Для них предусматривалась роль свидетелей.

После того как Томпкинс, бурно радовавшийся, ушел, Карен перечитала положение еще раз, более внимательно. А затем продолжила убираться на своем рабочим столе. Она все равно уйдет пораньше, но ей уже не хотелось свернуться калачиком в обнимку с Софи. Нет. Ее настроение полностью изменилось. В порыве радости она решила, что поедет домой к Келли, чтобы поделиться с ним хорошими новостями. Она понимала, что заявление Минобороны еще неизвестно широкой публике, и была уверена, что Келли будет так же, как и она, рад узнать эту новость. В конце концов, он, должно быть, так же расстроен отсутствием прогресса в полицейском расследовании, как и она, равно как и своим неудачным в нем участием.

За последние шесть месяцев она его почти не видела, за исключением короткой встречи в суде, где он казался совсем другим человеком. И она совершенно не имела от него вестей, что тоже было очень необычно. Несколько раз ей приходило в голову, что, быть может, он все еще смущен тем поцелуем у нее дома. Ее же собственное смущение почти исчезло по истечении времени, сметенное другими переживаниями, большинство из которых было связанно с ее работой. В любом случае инстинкт подсказывал ей, что дело вовсе не в этом.

Было чуть больше шести, когда она подъехала к дому Келли. Он сразу же открыл входную дверь, и, пока он вел ее в гостиную, она сразу разболтала все новости.

– Так что, может, полицейское расследование ничего и не дало, но это настоящий результат, Келли, – с энтузиазмом говорила она. – Семьи добились публичного расследования, и, что бы из этого ни вышло, скоро получит силу новое распоряжение для гражданской полиции, благодаря которому, будем надеяться, ничего подобного Хэнгриджу никогда не повторится.

– Это здорово, – сказал Келли.

Но Карен не заметила ни улыбки на его лице, ни энтузиазма в голосе.

– Да, здорово, – сказала она.

Он грустно улыбнулся. Карен посмотрела на него внимательно. Он очень сильно похудел, но это шло ему. Прежде всего, у него исчезло брюшко. Он не выглядел больным, просто изнуренным. Казалось, у него ничего не осталось от его обычной энергии.

– Келли, что-то не так? – спросила она. – Тебя это действительно не впечатляет? Это на тебя совершенно непохоже.

– Хм. Да. Наверно, я напуган. Я ведь и вправду думал, что меня убьют.

– Я знаю. – Карен решила высказать то, что думала, когда Келли пошел в суде на попятный. – Да, я предполагала, что дело в этом. Но на тебя это так не похоже, Келли, – бояться. На самом деле я никогда не видела, чтобы ты вообще чего-нибудь боялся. Обычно ты просто становишься еще упрямее и решительнее.

Келли легко улыбнулся после этих слов.

– Возможно, все дело в том, что я старею, – сказал он. – Когда становишься старым, тебя намного легче напугать.

– Возможно, – сказала она, все еще продолжая на него смотреть.

Глаза у него были уставшие, а волосы сильно поредели. Она еще раз подумала о его словах – «когда становишься старым, тебя намного легче напугать». Быть может, все действительно так просто.

В общем, она знала Келли в этом настроении. Оно означало, что Джон не собирается ничего рассказывать. Карен решила, что может просто сменить тему.

– Как Дженнифер? – спросила она. – И другие девочки? Должно быть, Паула уже скоро родит.

Келли даже и не подозревал, что Карен знает, что Паула снова беременна.

– У них все хорошо, ребенок должен родиться через пару недель, и это девочка. Паула с Беном собираются назвать ее Мойрой.

Впервые с того момента, как она приехала к Келли, Карен увидела какую-то жизнь в его глазах, и, когда он улыбнулся, его лицо осветилось. Она поняла, что очень рада это видеть. Ей действительно очень нравился Джон Келли. И несмотря на то что она дала себе обещание не думать об этом, она вспомнила об их долгом волнующем поцелуе. Конечно, более неподходящего времени нельзя было и придумать, но сам поцелуй, хоть и шокировал ее, был так приятен!

– Это чудесно, – сказала она с теплотой в голосе. – А как Ник? Как поживает твой красавчик сын?

Келли отвернулся:

– У него тоже все отлично. Я думаю.

– Ты думаешь? Ты что, не знаешь?

– Я не видел его какое-то время.

– Он за границей?

Карен знала, что Ник был крутым предпринимателем, разъезжающим по всему свету, но (как и Келли до того момента, когда узнал ужасную правду) она не имела ни малейшего представления о том, как он зарабатывает себе на жизнь.

– Да. На какое-то время за границей.

Было видно, что Келли не собирается развивать эту тему. Да и Карен было не особенно интересно. Она всегда думала, что сын Келли хоть и несомненно красивый и очень удачливый, но при этом абсолютно пустой молодой человек. Келли она, разумеется, никогда об этом не говорила.

Он снова повернулся к ней лицом, и она заметила, что жизнь исчезла из его глаз. Господи, каким он казался усталым. И если присмотреться, было видно, что он очень худой.

– Послушай, тебя, по-моему, не помешает накормить, – выпалила она, снова движимая каким-то порывом. – Как насчет того, чтобы составить мне компанию за ужином?

Она видела, что он раздумывает. Может, в отличие от нее, он все еще смущен их поцелуем. А может, он не готов рисковать и еще раз попасть в положение, которое может кончиться тем же. А может, он просто не хочет ужинать с ней. Карен ждала.