Черная метка - Патрисия Корнуэлл

Когда мы повернули на Виндзор-фармз, небо затянулось тучами, снова начинался дождь. Современный автомобиль, на котором мы ехали, выглядел инородным телом среди каменных домов поздней английской готики, удобно располагавшихся под старыми деревьями.

Я не слишком хорошо знала своих соседей, чтобы волноваться за их безопасность. Мне казалось, потомственное богатство старинных семей и элегантные дома на улицах с английскими названиями сами по себе являются надежной крепостью. Я не сомневалась, что скоро все изменится.

Диана Брей жила на окраине этого района, где за кирпичной стеной беспрестанно шумела Центральная автострада. Повернув на узкую улочку, я ужаснулась: ее наводнили репортеры. Машины и грузовики телевизионщиков блокировали движение. Полицейские автомобили, которых было меньше раза в три, скопились перед одноэтажным деревянным коттеджем под двухскатной крышей с массивной каминной трубой, который словно был привезен из Новой Англии.

– Ближе я не подъеду, – сказала я Марино.

– Посмотрим, – ответил он, дергая ручку дверцы.

Он вышел под дождь и решительно направился к радиофургону, наполовину въехавшему на газон дома Брей. Водитель опустил окно и имел глупость выставить микрофон.

– Пошел вон! – яростно заревел Марино.

– Капитан Марино, вы можете подтвердить?..

– Убери свой хренов фургон! Немедленно!

Закрутились колеса, выбрасывая траву и грязь, и фургон сдвинулся с места. Он остановился посреди улицы, а Марино пнул заднее колесо другой машины.

– Убирайся! – приказал он.

Водитель отъехал, включив "дворники" на полную скорость, и припарковался на чьем-то газоне двумя домами дальше. Когда я вышла из машины, захватив с заднего сиденья рабочий чемодан, в лицо хлестнул дождь, а порыв ветра толкнул в грудь с почти человеческой силой.

– Очень хочется верить, что твой последний акт милосердия не попадет на экраны телевизоров, – заметила я, подойдя к Марино.

– Какой козел здесь командует?

– Надеюсь, что ты, – ответила я, наклонив голову от ветра.

Марино взял меня за руку. На подъездной дорожке дома Брей стоял синий "форд-контур". За ним припарковалась патрульная машина. Один полицейский сидел на переднем сиденье, второй – на заднем вместе с Андерсон. Она выглядела рассерженной и истеричной, качала головой и быстро что-то говорила.

– Доктор Скарпетта? – Ко мне подходил телерепортер, позади которого снимал оператор.

– Узнаешь свой арендованный автомобиль? – тихо спросил Марино. По его лицу стекали капли дождя, он смотрел на темно-синий "форд" со знакомыми номерами: RGG-7112.

– Доктор Скарпетта?

– Никаких комментариев.

Когда мы проходили мимо машины, Андерсон на нас не взглянула.

– Можете сказать?.. – не отставали репортеры.

– Нет, – ответила я, поднимаясь по ступенькам.

– Капитан Марино, по слухам, в полицию поступило сообщение...

Шелестел дождь, урчали двигатели автомобилей. Мы поднырнули под желтую оградительную ленту, протянутую между перилами крыльца. Дверь неожиданно открылась, и нас впустил в дом полицейский по имени Баттерфилд.

– Рад вас видеть, – сказал он нам обоим. – Я думал, ты в отпуске, – добавил он, глядя на Марино.

– Да. Все правильно, меня ушли в отпуск.

Мы надели перчатки, и Баттерфилд затворил за нами дверь. Его лицо было напряжено, глаза внимательно осматривали все вокруг.

– Рассказывай, – предложил ему Марино, оглядывая прихожую и видимую часть гостиной.

– Из телефонной будки неподалеку поступил звонок в девять-один-один. Мы приезжаем и находим ее. Кто-то сделал из нее котлету, – сказал Баттерфилд.

– Что еще? – спросил Марино.

– Изнасилование и, похоже, ограбление. Бумажник на полу, денег в нем нет, сумочка выпотрошена... Смотрите, куда ступаете, – добавил полицейский, как будто мы сами не знали.

– Черт побери, у нее были деньги, большие деньги! – восхитился Марино, разглядывая необыкновенно дорогую мебель в роскошном доме Брей.