Охота без милосердия - Михаил Март

– А ты не боишься, черномазый? Нас двое!

– А вы взгляните на дорогу. Ко мне подкрепление идет.

Вдалеке из-за поворота, с той стороны, где находился предполагаемый кордон, вынырнули три патрульные машины с синими маяками на крышах.

– Тебе их не дождаться, черномазый!

Чез выхватил пистолет и выстрелил в живот сержанту. Тот вскрикнул и, ухватив Чеза за горло, опустился на колени. Хватка была смертельной. Джак пришел на помощь вовремя, выстрелив негру в висок.

Чез схватился за горло и закашлялся.

– Переноси девчонку в «джип», живо! – приказал старший.

– Ну ее к чертовой матери!

– Живо! – крикнул Джакобо.

Чез открыл дверцу, выволок Линду и взвалил себе на плечо. Что-то упало на дорогу. Он наклонился, поднял ее сумочку и сунул себе под мышку. Женщина все еще не пришла в себя. Чез подошел к «джипу» с откидным верхом и положил ее на заднее сиденье.

Джакобо тем временем, обливаясь потом, вырулил «кадиллак» таким образом, что тот встал поперек дороги и объехать его было невозможно. Он выдернул ключи из замка зажигания и выбросил их в ночь.

Через несколько секунд он уже сидел за рулем «джипа». Фары полицейских машин уже добирались до беглецов, они выехали на финишную прямую. Их разделяло пятьсот ярдов и «кадиллак», превратившийся в шлагбаум.

Джакобо развернул машину и выжал педаль газа. Позади раздались автоматные очереди.

– Не включай подфарники, – сказал Чез. – Луна хорошо отсвечивает на шоссе. У нас пять минут на отрыв.

– Чуть больше. Где-то рядом проселочная дорога, мы ее проезжали. Теперь она будет справа. Риск есть, но другого выхода нет.

– Если мы попадем на ферму или ранчо, нас сцапают местные крестьяне. Они же идиоты, обожают устраивать охоту на преступников. Им только повод дай.

– Вот для этого я и взял девочку! Она будет нашей заложницей. Взамен мы сможем потребовать чего угодно.

Джак выжимал из военной машины все, на что она была способна, но скорость оставалась невысокой.

– На прямой они нас достанут за считанные минуты.

– Зато на проселочной дороге они в своих гробах засядут.

– Вот она! Справа!

Джак ударил по тормозам и свернул на проселочную дорогу. Машина запрыгала по ухабистой почве.

– То, что надо. «Джип» рожден для таких дорог.

Машину подбрасывало на кочках. Вскоре они въехали в лесную зону и шоссе скрылось из виду. Джакобо включил фары.

– Машины здесь не ходят, только трактора. Мне это не нравится.

– Послушай, Джак, мы можем пробраться пешком к старому шоссе. У нас полно денег, машину мы найдем. Здесь не больше десяти миль. Я уверен. Еще одну облаву мы не выдержим!

– Не скули! Там видно будет!

Машина выскочила на развилку. Три дороги расходились в разные стороны. Они поехали прямо.

Через десять минут пути дорога сузилась и резко пошла под гору вниз. Джак не снимал ногу с тормозов, машину заносило на глинистой почве, и он уже понимал, что развернуться здесь невозможно и вверх «джип» не взберется.

У беглецов не оставалось никакого выбора. Прошло еще пять минут, и Джак затормозил.

– Ну вот и приехали! Каждый сам выбирает себе дорогу.

Чез вышел из машины и сделал два шага вперед. Колеса «джипа» не доехали несколько дюймов до воды. Перед ними широкой гладью расстилалась река. Лунная тропинка исчезла во мраке. Над их головами вплотную к воде шумел черный лес.

– Обратной дороги для нас нет, Чез.

– Может быть здесь брод!

Чезаре заметался по кустам, выломал высохший прут и, подойдя к воде ткнул палку в воду. Она ушла на два фута и уткнулась в мягкий ил.

– Нет, Чез. Брода здесь нет. Все, что мы может сделать, это загнать машину в лес, чтобы на нее никто не наткнулся. – Джакобо говорил спокойно, не торопясь, ровным голосом. – Оставлять следы мы не можем. С этой минуты каждый шаг должен быть продуманным. Мы уйдем в глубь леса и идти будем вдоль берега. Заночуем у реки, а когда взойдет солнце, увидим, что это за река – погибель наша или спасение.