Охота без милосердия - Михаил Март

– Дай сюда!

– Синьора хочет привести себя в порядок?! Это похвально. В десяти шагах вон от того дерева в реку впадает чистый ручей, там вы можете промыть свою рожу, постороннему глазу она не очень понравится.

Джак подал женщину сумку. Линда резким движением вырвала ее.

– Как грубо!

– Заткнись, кретин!

Джак от неожиданности вздрогнул. Эти зеленые глаза готовы были прожечь его насквозь. Столько ненависти и обиды он еще не видел ни в одном человеке. Он ничего не ответил. Чез замер с рулоном брезента в руках.

Они наблюдали, как женщина с трудом передвигая ноги, ковыляет к ручью. Эта калека не имела ничего общего с той красоткой, которую они встретили вчера.

– Что будем с ней делать, Джак?

– Я еще не знаю. Нужно осмотреться и понять обстановку, а там станет ясно, нужна она нам или нет.

– Она становится обузой. У нас есть оружие и тридцать тысяч долларов. Огромные деньги. Наша задача выбраться к старому шоссе и достать машину. Миль сто мы уже сделали, еще двести и мы в Детройте.

– Не так быстро и не так легко, мой милый брат. Ты видишь, что путь наш не усеян розами. Мы в капкане! Неважно, кто расставлял на нас силки, но на нас идет охота!

– Но эта бабенка нам в тягость!

– Пусти ее дальше пистолетного выстрела, и она швырнет в тебя канем. Ты видел ее глаза? Эта птичка не из тех, кто прощает! Мы затянули ее в западню, а она сама не чище нас. Об этом ты не подумал? Если бы она была чиста, то продала бы нас в кафе. Подвела бы того типа к окну и указала на нас пальцем. Чего проще?!

– Ты предполагаешь?

– Мы предполагаем, а Бог располагает! Для начала обследуй берег по всей округе на полмили, потом будем решать, а я пощупаю нашу подружку.

Тяжело дыша, Линда добралась до ручья и опустилась на землю. Открыв сумочку, она вытряхнула содержимое на землю. Пистолет остался на месте, она убрала его под кожаную куртку, в которой уехала из «Конгресс-отеля». Бумажник, коробка со шприцем и морфием, зажигалка, косметичка, ключи, права… Значит, этот макаронник не заглядывал внутрь. Она проверила бумажник. Квитанция лежала на месте, но денег осталось слишком мало. Ей даже на самолет от Детройта до Нью-Йорка не хватит. Но трагедия разыгралась позже, когда она открыла коробку с ампулами. Целой осталась одна, остальные превратились в осколки. У Линды навернулись слезы на глаза. Она готова была на любые истязания, только бы не это.

Она достала шприц, вставила иглу, надломила ампулу, набрала прозрачную жидкость в шприц и спустила воздух. Закинув юбку к поясу, Линда ввела иглу под кожу у самого бедра.

– Какая жалость! – услышала она мужской голос над ухом и повернула голову.

Рядом на корточках сидел один из ее попутчиков и разглядывал выложенные из сумочки вещи.

– Ампулы требуют особого хранения и транспортировки, миссис Марта.

– Оставь меня в покое! Убирайся! Итальянец не шелохнулся. Он раскрыл бумажник и пересчитал деньги.

– Да. Такой дорогой и хрупкий товар уничтожен, а денег на него не хватит.

– Пошел вон, подонок!

– Не стоит кричать, детка. Беду накличешь!

– Мне плевать! Пусть приходят копы и сцапают вас!…

– И тебя за компанию. Полиция не отпустит тебя, как и нас. Мы это оба понимаем. А тут наркотики еще приплюсуют. Нам лучше договориться.

У Линды прошел приступ гнева. Лекарство начало действовать. Только теперь она заметила, что у нее задрана юбка, но это ее не смутило. Она почувствовала ко всему равнодушие, взгляд стал отрешенным и безучастным. Она смотрела в тихую гладь реки и хотела покоя.

Джакобо стал собирать разбросанные побрякушки и укладывать их в сумочку.

– Я понимаю вашу тоску, миссис Марта… извините, – он прочел имя на водительском удостоверении. – Миссис Линда Гарт. Звучит не хуже, хотя мне все равно, как вас зовут. Вам плевать на нас, а нам на вас. Но эта взаимная неприязнь не должна помешать нашему сотрудничеству.

Женщина не слышала его слов. Она отсутствовала. Он собрал вещи, застегнул сумочку и поставил ее рядом с хозяйкой.

– Вы правы. Мы из тех, кто не жаждет встречи с представителями закона. Мы стремимся попасть в Детройт. Это наша цель.

– Ваша цель – Канада, – равнодушно ответила Линда.

– Обойдемся без уточнений. Важно, что вы торопитесь в Нью-Йорк и то, что у вас на данный момент есть возможность попасть вместо него на дно реки. Но вернемся к делу. Чем быстрее мы попадем в Детройт, тем быстрее вы улетите в Нью-Йорк. Деньги на билет мы вам дадим и на морфий тоже. Ваша задача прикрыть нас во время пути.

Глаза Линды сверкнули неестественным блеском.

– Мне очень скоро понадобится марафет, а до Детройта еще далеко.

– Не очень. Две сотни миль, одна ночь пути.

– Что вы от меня хотите?

– Для начала приведите себя в порядок и промойте рану.

За его спиной послышался шелест кустов и появился Чезаре.

– Как обстановка? – спросил Джакобо, не поворачивая головы.

– Неприглядная! – Чез остановился у сосны и попытался с виду определить, как проходят переговоры. – Этот лес тянется неизвестно куда. Судя по его неухоженности, он дикий. Неподалеку от дороги, по которой мы приехали, проходит параллельно тропа. В том месте у берега привязана лодка. Мне кажется, что ею пользуется почтальон. По ту сторону реки небольшая пристань и еще три лодки под общим навесом. Противоположный берег чистый, без леса. Засеянное поле и какое-то жилье наподобие небольшой фермы. Три – четыре амбара, жилой дом и больше ничего другого не проглядывается. Если навестить фермеров с наступлением темноты, то можно позаимствовать у них еду и машину. Как правило, эти люди, кроме дробовиков ничего не держат.

– С чего ты взял, что почту возят на лодке с этого берега?

– На дне этого корыта валяются старые газеты и конверты.

– Тем лучше. Значит, с той стороны им помощи ждать неоткуда. Нет почты, нет и полиции. Реку будем переходить с наступлением темноты.

– Но, Джак! У нас пустые желудки. Они не выдержат испытания.

– Перебираться будем сейчас, – твердо заявила Линда.

Она опустила руки в ручей и принялась промывать рану.

Солнце уже садилось за горизонт, когда они добрались до освещенного домика, окруженного хозяйственными постройками. Дорогу, ведущую от реки до дома, пришлось обойти стороной, а где-то проползти, приминая всходы пшеницы в фут высотой. Джакобо очень не хотел ошибиться и налететь на засаду.

Они залегли за небольшим пригорком, на котором рос могучий вяз. С этого места ферма просматривалась, как на ладони. Главным объектом наблюдений оставался жилой дом. Одному человеку такое хозяйство содержать не под силу. От изгороди до веранды шла дорожка, посыпанная мелким гравием. У входа стоял старый «форд». Вокруг дома высажены плодовые деревья.