Происшествие - Линвуд Баркли

— Сегодня тебе не нужно идти в школу, — сказал я. — Пойдешь туда когда захочешь.

— Может, когда мне исполнится двенадцать лет? — пошутила она.

— И не мечтай, подружка.

Она улыбнулась.

В тот день я взял Келли с собой на работу. Мы вместе ездили на объекты, а потом она играла на компьютере у меня в офисе. За это время у меня накопилось много невыполненных дел. Десятки голосовых сообщений, оставшихся без ответа. Неоплаченные счета.

Кен Ванг сказал, что делал все возможное, пытаясь держать ситуацию под контролем, но без Салли и Дуга у него это плохо получалось.

— Что с Дугом? — спросил он. — Нам он сейчас так нужен!

— Не знаю, — ответил я. — Дуг все еще под арестом.

— Хочешь знать мое мнение? Даже если он и убил Тео, его поступок вполне можно оправдать. Пару раз я и сам был готов сделать это. А где, черт возьми, Салли?

— Она здесь больше не работает.

— Не говори так.

— Салли сама мне об этом сказала.

— Позволь дать тебе дружеский совет. Если ты упадешь перед ней на колени и будешь умолять ее, она вернется. Возможно, ты считаешь, будто управляешь фирмой самостоятельно. Я не стану разрушать эту иллюзию, но поверь, наша контора держалась только на ней.

Я вздохнул.

— Салли не вернется.

— Ты меня извини, что я это говорю, ты, конечно, босс и все такое, но у тебя, мать твою, большие… ой, Келли, прости!

— Все в порядке, — сказала она, поворачиваясь на стуле. — В последнее время я слышала слова и похуже.

Келли общалась с Эмили по телефону и по Интернету. Тетя Дженис продолжала заботиться о девочке, пока Даррен Слокум находился в больнице. Он должен был провести там около недели, но даже по возвращении домой ему могла потребоваться помощь.

— Эмили говорит, что ее папа больше не будет работать в полиции, — сообщила Келли.

— Вот как?

— Она сказала, что ее папа найдет себе другую работу. И возможно, они переедут. Я не хочу, чтобы она уезжала.

Я погладил ее по голове.

— Знаю. Эмили — хорошая подруга.

— Эмили хочет, чтобы я пришла к ней завтра вечером. Возможно, они купят пиццу. Но я не останусь на ночь. Никогда больше не стану ходить в гости с ночевкой до конца своей жизни.

— Хороший план, — заметил я. — Думаю, ты можешь поехать к ней. Давай завтра это обсудим.

— А на какой объект мы завтра поедем?

Рона Ведмор заехала ко мне в офис. Рука у нее была на перевязи.

— Я думал, вас ранили в плечо, — удивился я.

— Мне сказали, рана заживет быстрее, если я буду двигать рукой как можно меньше. Видела в «Новостях», как вы кричали на журналистку, когда выходили из дома. Очень мило.

Я улыбнулся.

— Полицейское управление собирается наградить вас, — сообщила она. — Я пыталась их отговорить, заявила, что вы сумасшедший, но они остались непреклонны.

— Мне действительно ничего не нужно, — возразил я. — Хочу забыть обо всем. И жить дальше.

— А как же ваша жена? Мысли о ней позволят вам жить дальше?

Я прислонился к шкафу для документов.

— Наверное, у меня нет выбора. Я лишь выяснил, что Шейла сильно запуталась и той ночью решила обрубить все концы. Она совершила странный для себя поступок, поскольку никогда еще не попадала в такой переплет. Ей следовало обо всем рассказать мне. Мы бы нашли выход.

Ведмор с сочувствием кивнула.

— Вы верите, что в жизни ничто не происходит случайно? — спросила она.

— Шейла так и считала. Я не разделял ее мнения.

— Тут я похожа на вас. По крайней мере раньше была такой. Теперь же я не уверена. Мне кажется, в том, что меня ранили, был особый смысл.

Я убрал руки в карманы.

— Не знаю, что может быть хорошего в огнестрельном ранении. Ну, может быть, оно освободит вас от работы на следующие полгода с сохранением жалованья.

— Да, конечно. — Она смерила меня долгим взглядом. Затем поведала: — Когда меня забрали в больницу, ребята поехали к моему мужу и привезли его. Знаете, что он сказал, когда увидел меня?

Я покачал головой.

— Он спросил: «С тобой все хорошо?»

Не знаю, что такого особенного было в ее истории, но, кажется, для Роны Ведмор это событие стало самым важным на свете.

— Думаю, я возьму торт, — решила Келли. — Если Эмили купит пиццу, я принесу десерт.

— Хорошо.

На следующий день я поговорил с Дженис по телефону, чтобы узнать, не возражает ли она против прихода к ним Келли. Дженис сказала, что Эмили целый день только и говорила о предстоящем вечере.

Я предложил заехать в обычную булочную, но Келли настояла на том, чтобы мы наведались в супермаркет и купили замороженный шоколадный торт от Сары Ли.

— Эмили любит его больше всего. Папа, а почему ты трешь голову?

— В последние дни у меня болит голова. Наверное, это от стресса, ты понимаешь?

— Да.

Эмили ждала нашего появления и выбежала к нам, едва моя машина остановилась на подъездной дорожке. Дженис появилась следом за ней. Девочки обнялись и ушли в дом.

Дженис задержалась со мной.

— Хочу поблагодарить вас. Тот человек мог убить Даррена.

— Я спасал и свою жизнь тоже.

— И все-таки… — Она дотронулась до моей руки.

— Что с ним будет?

— Даррен уволился со службы, и у него хороший адвокат. Он обещал полиции рассказать все, что ему известно про Соммера, про то, как он втягивал людей в работу. Надеюсь, если его и осудят, то всего на несколько месяцев. А потом он сможет заняться Эмили. Даррен ее очень любит.

— Конечно. Что ж, надеюсь, все так и будет. Ради блага Эмили. Я вернусь за Келли через пару часов, хорошо?

— Да, замечательно.

Я сел в машину, но не поехал к себе. Мне хотелось заглянуть еще в одно место.

Пять минут спустя я остановился перед домом, поднялся на крыльцо и позвонил.

Через секунду Салли открыла мне дверь. На ней были резиновые перчатки, в руках она держала шприц для заделки щелей.

— Нам нужно поговорить, — произнес я.