Возвращение - Бентли Литтл

Звеня связкой ключей, Бонни добежала до конторки в другом конце коридора. Там она швырнула квитанции в выдвижной ящик, заперла его, и со всех ног бросилась прочь из музея, задержавшись на секунду, чтобы включить сигнализацию. Руки у нее тряслись, когда она рылась в сумочке в поисках ключей, а когда, рванув с места, выехала с парковки на улицу и включила радио своей «Джетты», в голове все еще звучал жуткий стук камня о камень.

Будь у нее в машине сотовый телефон, Бонни позвонила бы Стивену, своему начальнику, или даже в полицию, и рассказала бы им в подробностях, что произошло в музее. Но телефона не было, и к тому времени, как она свернула на подъездную дорожку к дому, верх взяло желание сохранить лицо и избежать неловкого положения. Она позвонила Стивену из вестибюля, но сказала лишь, что слышала подозрительный шум в зале анасази. И когда она пошла посмотреть, в чем же дело, свет там не горел, и поэтому она убрала в ящик стола неподсчитанные квитанции, заперла входную дверь и ушла.

– Следовало позвонить мне из музея, – сказал Стивен. – И набрать девять-один-один. Вам известно, что патрульная машина приехала бы через пять минут.

– Знаю, – согласилась Бонни. – Но я подумала, что мне грозит опасность. Все сотрудники уже ушли. Я была одна в здании и решила, что лучше уйти.

Стивен вздохнул.

– Ладно, ничего не поделаешь. Я позвоню в полицию и сам встречу их в музее. Если они кого-нибудь найдут, я вам позвоню. В противном случае увидимся утром. Я хочу обсудить с вами это происшествие.

Бонни и не сомневалась. Стивен не тот человек, чтобы оставить нарушение установленных правил без продолжительной лекции и дисциплинарного взыскания.

Ричард уже лежал в постели и ждал ее, ждал секса, и она решила ничего ему не рассказывать. Она разделась, юркнула под одеяло, и они занялись любовью – сначала в ее любимой позе, затем так, как нравилось ему. Потом Бонни быстро приняла душ, и они заснули, обнявшись.

Проснулась она после полуночи от шума внизу.

Глухой удар.

Воображение разыгралось, подумала Бонни; звук ей просто приснился. Но удар повторился, и она поспешно протянула руку и растолкала Ричарда.

– Там, внизу, какие-то звуки, – прошептала она.

Ричард мгновенно проснулся, вылез из-под одеяла и сдернул халат со спинки стула. Они оба не были сторонниками огнестрельного оружия, но на ночь Ричард клал бейсбольную биту со своей стороны кровати – на всякий случай. Он схватил биту, положил на плечо и медленно двинулся к двери, стараясь не наступать на скрипучие половицы.

– Будь осторожен! – прошептала Бонни.

Он прижал палец к губам.

Снова послышался удар.

Бам!

Ричард вышел из спальни в коридор, беззвучно закрыл за собой дверь, и Бонни вдруг захотелось его вернуть. Она сдержалась – ему нужен элемент неожиданности, и крик только предупредит незваного гостя, – но в тот момент ее переполняло отчаянное желание вернуть его в спальню, запереть дверь и позвонить в полицию. Пусть разбираются.

И она точно знала почему.

С лестницы послышался короткий резкий крик. И громкий треск.

Потом тишина.

И удар.

Бам!

Она пыталась убедить себя, что это обычный грабитель, насильник, убийца.

Человек.

Но Бонни знала, что это не так. Она знала, откуда исходит этот звук. С самого начала.

Ступка.

Глухие удары приблизились, и послышалось знакомое клацанье камня о камень.

Прямо у двери спальни.

Бонни закричала. Громкий пронзительный крик, нескончаемый вопль, не требующий вдоха и длящийся бесконечно, вылетел из раскрытого рта без каких-либо сознательных усилий с ее стороны.

Крик не смолк даже в тот момент, когда дверь со стуком распахнулась, и ступка перевалилась через порог в спальню; пестик лихорадочно стучал по камню.

Когда ступка добралась до кровати, Бонни все еще кричала.