Кусака - Роберт МакКаммон

И сквозь этот ураган Дифин разглядела двоих сородичей: они реяли над ней, со смесью ужаса и нового осознания цели наблюдая за происходящим. Они медлили, готовые совершить святотатство. Когда песня Дифин набрала силу, они двинулись вперед и последовали ее примеру.

От города приплыло темное облако. Несомые мысленным оком Том и Джесси увидели его так же, как видела Дифин: тысячи откликнувшихся на почти забытую песню сородичей. При виде насилия многие остановились, не в состоянии отдаться агрессии, но множество других с бешенством набросилось на шланги. Смена времен: новые машины, новые шланги тянутся с поверхности, их стало больше, они вонзаются в сердце планеты, однако песня Дифин ведет рои ее сородичей - вихрь кровоточащей, пронзительной, как крик, ярости.

Наконец на поле брани воцарилась тишина. Течение колыхало порванные шланги.

Но затишье оказалось кратким: кошмар только начинался. Мысленное око моргнуло - и Тома с Джесси до костей проняла дрожь. С темной поверхности спустились четыре вращающихся металлических сферы. Они рыскали над городом, нанося по нему акустические удары, подобные усиленным в миллион раз земным раскатам грома. Под натиском ударных волн стены и башни дрожали и трескались, город сминался; среди обломков, крутясь, носились тела убитых и раненых. Детеныша Дифин оторвало от нее. Она потянулась за ним, упустила и увидела: детеныш, повинуясь инстинкту, в мерцании сжимающихся органов и плоти прячется в жизнеспору. Спора уплыла прочь, смешавшись с сотнями иных, теснившихся в свирепых волнах приливов. Из мрака навстречу Дифин вылетел кусок зубчатой стены. Раздался треск энергетического разряда, ее тело и внутренности судорожно сжались, кожа задымилась, органы собрались в небольшой шарик, брызжущий электрическими искрами, а в следующее мгновение не осталось ничего, кроме черной сферы, которая ударилась в обломок стены и рикошетом отлетела в сторону.

Бестелесных Дифин, Тома и Джесси, плывущих в бронированной оболочке, подхватило течение, окутала тьма. Последовал быстрый подъем, словно их увлек наверх земной смерч. Впереди что-то блестело: синяя паутина, сеть, полная попавших в нее обитателей верхних слоев - похожих на фосфоресцирующие морские звезды созданий, плоских, судорожно дышащих мембран и водяных с золотыми фонариками глаз. Сфера угодила в сеть и запуталась в ней. Они повисли среди других беспомощных жизней. Наверху глухо застучали какие-то механизмы. Сеть потянули наверх. Сфера пробила поверхность, точно это был лист черного стекла. Между океаном и низкими белыми облаками раскорячилась зловредная поросль паукообразных конструкций. С них за поднимающейся сетью следили невиданные жуткие твари. Одна из них когтем подцепила спору.

Мысленное око Дифин зажмурилось от страха. Память была не властна удержать ее - и она бежала.

Мимо Джесси и Тома понеслись звезды - покинув мир Дифин, они пустились в космическое путешествие. Каждый мимоходом ловил галлюцинаторные картины: передвигающиеся быстрым шагом массивные создания, чьи голоса звучали как трубы Судного дня; щетинящиеся оружием космические агрегаты; гаргантюанская пирамида с крапчатой желтой шкурой и два алых солнца, выжигающие агонизирующий ландшафт; плавучая клетка и янтарные иглы, проколовшие зрачки Дифин.

Она застонала и разжала руки.

Том и Джесси ощутили внезапное резкое торможение, будто в скоростном лифте, с визгом несущемся на дно шахты глубиной в милю. Казалось, внутри все сжимается, кости гнутся под железным грузом гравитации. А потом остановка: шелест вместо сокрушительного треска.

Том открыл глаза. Перед ним стояли три чудища с костистыми конечностями и нелепыми мясистыми головами. Одно раскрыло полость, набитую тупыми шишечками, и прорычало:

- Фы-прядке, мстыр Хэмынд?

Услышав это утробное ворчание, Джесси тоже открыла глаза. Ее тело поддерживали шаткие стебли; свет был резкий, слепящий, враждебный. Она чуть не упала, а когда вскрикнула, звук отозвался в голове кинжальной болью. Один из чужих, существо с ужасным угловатым лицом под шапкой скрученных кольцами бледных побегов (к расположенному сбоку головы непонятному клапану был подвешен диковинный тотем), двинулся вперед и трясущимися руками подхватил ее.

Ошеломленная Джесси моргнула. Но лицо существа уже менялось, делалось менее безобразным и нелепым. Черты - волосы, уши, руки - снова стали знакомыми, и наконец она узнала Коди Локетта. Джесси захлестнуло облегчение, и ноги у нее подкосились.

- Поймал, - сказал Коди. На этот раз она сумела понять слова.

Том, шатаясь, прижимал ладони к глазам.

- Вы в порядке, мистер Хэммонд? - снова спросил Танк.

Голова у Тома болела так, словно была сильно повреждена изнутри. Ему удалось кивнуть.

- Если хотите проблеваться, лучше высуньтесь в окно, - посоветовал парнишка.

Том опустил руки. Щурясь на свет, он посмотрел на тройку Отщепенцев: лица ребят опять стали человеческими - или, в случае Танка, почти человеческими.

- Не бойся, я не упаду! - сказала Джесси и, когда Коди отпустил ее, без сил опустилась на колени. Она не знала, полностью ли вернулось из пустоты ее "я" - может быть, какая-то его часть осталась там навсегда? Все в порядке. Только оставьте меня на минуточку в покое. - Она взглянула в лицо стоявшей рядом с ней дочурки.

По щекам Джесси потоком хлынули слезы: глаза переживали пытку.

- Теперь вы знаете, кто я и что я, - сказала Дифин.

Том поднес к глазам левое запястье. Расшифровать цифры удалось не сразу, словно он видел подобные символы впервые. Часы показывали два девятнадцать. "Путешествие" длилось меньше трех минут.

- Вид у вас обоих - краше в гроб кладут! - заметила Отрава. - Что случилось?

- Нас просветили. - Джесси попыталась подняться, но еще не была к этому готова. - А вещество? - спросила она Дифин. - Это репродуктивная жидкость, да?

- Да. - Дифин смотрела бесстрастно, по левой щеке ползла вниз последняя слеза. - То, что Дом Кулаков называет "ядом", - вещество, дающее жизнь моему племени.

Джесси вспомнила, как во время обряда спаривания брызгала темная жидкость. Жидкость, в мире Дифин жизненно необходимая для процесса воспроизведения себе подобных, была для Дома Кулаков оружием разрушения.

- Я должна добраться домой, - твердо сказала Дифин. - Я не знаю, сколько нас еще уцелело. Я не знаю, жив ли мой ребенок. Но я возглавила их. Без меня они не станут бороться. Они снова соскользнут в грезы о мире. - Дифин глубоко вздохнула и на несколько секунд позволила себе вновь ощутить ласку приливов. - Сон слишком затянулся, - сказала она, - но это был чудесный сон.

- Даже если бы ты сумела добраться домой, как бы ты боролась с ними? Все время приходили бы новые, разве не так?

- Да, но от их планеты до нашей далеко. Мы могли бы уничтожать все, что сумеем, и помешать им построить постоянную базу. Их казна не бездонна - они все тратят на оружие. Значит, должен существовать предел, который им не превысить.