Осатаневшие - Джефф Стрэнд

– Разве что снотворное.

– Оно необходимо тебе для выживания?

– Нет! Господи, Куинн, я понимаю, ты расстроена, но, пожалуйста, дай мне передышку. Я пытаюсь осмыслить происходящее. Ты, очевидно, была морально готова к ножу в горле своего мужа, тебе удалось избежать шока. Но не мне.

– А что насчет денег? – спросила Куинн. – У тебя есть заначка?

– Нет.

– Золото? Украшения? Что-нибудь, что можно легко продать?

– О да, моей коллекцией золотых цепочек восхищаются все знакомые.

– И они у тебя в квартире?

– Я пошутил.

– Не до шуток! – закричала Куинн. Я вздрогнул, как от очередного выстрела. – Не смешно! Ты хоть понимаешь, что я говорю? Нам надо бежать, Кори. Бежать, спасать свои шкуры. И мне нужно знать, имеет ли смысл заезжать к тебе домой за ценностями, или обойдемся.

– Нет, там… В общем, как долго нас не будет?

– Возможно, и правда долго.

– Мне нужна зарядка, но я вполне могу купить новую.

– Сколько времени ты пробыл один, прежде чем позвонил мне?

– Пару минут… Я погнался за Виком, пробежал пару кварталов, а потом обратно.

– Значит, его не было минут двадцать пять – тридцать?

– Вроде да.

– Хорошо. – Куинн на мгновение задумалась. – Езжай домой, собери вещи. Только очень быстро, десять минут тебе на все про все. Одежда, туалетные принадлежности, все, что может пригодиться. И адрес свой дай. Я за тобой приеду.

Я кивнул.

– Ладно. А ты что будешь делать?

– Возьму свою сумку. Мы с Виком знали, что нам, возможно, придется скрываться от ФБР, так что он позволил мне собрать вещи заранее.

– А кровавый след? Как думаешь, может, стоит попытаться выследить Вика? Может, ты бы поговорила с ним. Убедила, что я сам дурак.

– Поверь, он знает. Знает, что я не настолько глупа, чтобы присылать тебя. Мы наверняка сможем его отыскать, но сказать хоть слово Вик позволит, только если я первым делом брошу ему твою отрубленную голову. Очень заманчиво, к слову. Очень соблазнительно.

– Оу.

– Иди.

– Мне правда жаль.

– Мне все равно.

Я вышел, сел в машину и втопил газ. Включил радио, выставил громкость как можно выше – но не настолько, чтобы плавились динамики – и врубил хард-рок. Подпевал – точнее, кричал, – стремясь заглушить мысли музыкой. Я не хотел думать о людях с красными глазами и о том, что теперь не смогу скептически ухмыляться и говорить, что такое невозможно. «Мой мир не будет прежним, пути обратно нет», – пронеслось в голове. Но осмысливать эту фразу сейчас совсем не хотелось.

Добравшись до своего муравейника, я увидел на крыльце восьмидесятилетнюю миссис Элстер в легонькой ветровке. Бо́льшую часть дня она вот так сидела на улице и общалась с прохожими. В любое другое время я бы с удовольствием с ней поговорил, но сегодня стрелой пронесся мимо, отделавшись коротким: «Здрасьте, извините, некогда болтать».

Вытащив из-под кровати небольшой чемодан, я принялся паковать одежду. Скажи мне кто-нибудь, что я буду собираться, чтобы уехать с Куинн, я бы, скорее всего, подбирал гардероб куда дольше. В небольшой дорожной сумке уже лежали зубная щетка, бритва и другие предметы первой необходимости, так что я сразу положил в чемодан сумку, ноутбук и зарядку для телефона.

Что еще?

Я открыл нижний ящик комода и на всякий случай достал паспорт и свидетельство о рождении.

Меньше десяти минут. Неплохо.

Я не знал, надо ли выходить к подъезду, или Куинн напишет мне, когда приедет. Вспомнив, как она злилась, я решил выйти в полной готовности и ждать.

Пройдя мимо миссис Элстер, я снова извинился. Думал было остановиться и поболтать с ней, чтобы отвлечься, но не хотелось, чтобы на допросе в полиции она сказала: «О да, он вел себя очень странно».

Я пытался объяснить все произошедшее с точки зрения логики. Если бы я просто стоял и смотрел, можно было бы списать на спецэффекты, но я сам вонзил в Вика ножи. Вариант, что он специально надел светящиеся красные линзы и изменил голос техническими средствами, проходил по разряду бредовых – примерно как сами светящиеся глаза.

Так что да, вся эта херабора реально существует.

Я всеми силами старался сохранять здравый рассудок. Минут двадцать ходил туда-сюда и ждал, что вот-вот объявится дюжина полицейских машин или готовый к расправе Вик. Наконец рядом со мной притормозила незнакомая коричневая машинка с тонированными стеклами. Я приготовился на случай, если придется бежать сломя голову.

Окно опустилось.

– Садись, – бросила Куинн.

Я открыл заднюю дверцу, бросил чемодан рядом с ее спортивной сумкой и сел вперед.

– Прости, – сказала Куинн. – Покупка новой машины заняла больше времени, чем ожидалось.

– Но все равно довольно быстро.

– У меня уже был готов план. Не на случай конкретно твоих выкидонов, а просто, если вдруг все пойдет наперекосяк. – Она выехала с парковки.

– Куда мы едем?

– Пока не знаю.

– Значит, этого в плане не было?

Она повернулась ко мне.

– У меня несколько планов. Я пытаюсь решить, какому следовать. А пока хочу просто уехать отсюда как можно дальше.

– Ладно.

– Не могу поверить. Просто не могу поверить. Я даже описать не могу, в какой мы заднице. Черт, о чем ты вообще думал?

– Знаешь что? Хватит меня обсирать.

– Ох, прости, – делано спохватилась Куинн. – Тебе неприятно?

– Вик – Толедский Трупоед. Серийный убийца, один из самых страшных. И он заставлял тебя помогать ему. Я решил убить его, причем не только ради тебя, но и ради всех людей. Тебе в этом случае гарантированно удалось бы избежать тюрьмы. И мой план сработал. Я ударил Вика ножом в горло. При любом реалистичном, предсказуемом раскладе твоему мужу полагалось лежать на полу мертвым, а ты осталась бы на свободе. Меня уже тошнит от того, как ты себя со мной ведешь. Мол, я идиот, который не знает, что жертву нельзя убить, исполосовав горло!

Какое-то время Куинн рулила молча.

– Ладно. Я согласна.

– Спасибо.

– Но не делай вид, что план сработал бы безупречно. У нас в коридоре лежит его мертвая любовница.

– Не будь Вик какой-то сверхъестественной дрянью, я бы справился.

– Справился?

– Да!

– Почему ты не сказал мне ничего, прежде чем куролесить?

– Потому что не хотел, чтобы ты имела к этому хоть какое-то отношение. Не хотел подвергать тебя опасности. Задним числом понимаю: заранее знать, что Вик выживет после пули в голову, – бесценно. Но не думаю, что это была небрежность