Мать Ученья - Домагой Курмаич

— Спасибо, — сказал Зориан. — Хотя, если честно, было бы лицемерием осуждать меня за изучение запретных искусств, мистер начинающий некромант.

Каэл отшатнулся, уставившись на него круглыми глазами.

— К-как?! Не может быть, чтобы…

Зориан жестом велел ему успокоиться. Каэл немедленно замолчал и высунулся в коридор, проверяя, не слышал ли кто. Зориан и так знал, что никто не подслушивал — он чувствовал, что остальные обитатели дома собрались на кухне. Тщательно все осмотрев, Каэл торопливо вернулся в комнату, закрыл дверь и тяжело привалился к ней.

— Откуда?.. — спросил он.

Пока что он выглядел скорее перепуганным, чем угрожающим, но Зориан знал — если он ошибется с ответом, все может измениться в любой момент.

— Ты знаешь заклятье "Волшебный замок"? — спросил он.

— Я… да, — ответил все еще ошеломленный Каэл.

— Запри дверь, а я поставлю защиту от шальных прорицаний, — велел Зориан и тут же начал сплетать оберег вокруг комнаты. Ничего особенного, но это убережет от простейших подслушивающих чар и, по идее, предупредит, если будет использовано что-то серьезное. Не то чтобы это было действительно необходимо, но лишняя практика не помешает — и нельзя быть слишком осторожным.

Пять минут спустя комната была экранирована, насколько это вообще возможно без серьезной подготовки, а Каэл явно терял терпение. Зориан решил, что сойдет. И начал:

— Позволь рассказать тебе историю о потерянном времени и о месяце, что все никак не кончался…

Неоплачиваемый труд подростков — освященная веками традиция магов. Пусть древняя система ученичества в большинстве стран и сменилась на специализированные академии, вызвав взрывное повышение качества молодых магов — но некоторые вещи просто не преподать в классном формате. Для подобных вещей молодому магу нужен наставник — тот, кто покажет секреты мастерства, поделится собственными, бережно хранимыми разработками, да даже просто сведет с нужными людьми. И у этих наставников всегда найдется много не самой почетной работы, в идеале — подходящей молодым магам и готовящей их к будущей профессии.

В идеале.

Зориан брел к классу за полчаса до остальных, размышляя, что вот его жизнь идеальной не очень-то назовешь. По сути, на учеников спихивали задания, которые наставники считали ниже своего достоинства — или всевозможную рутину. Та же должность старосты класса — одна сплошная трата времени. В прежних циклах это не особо его беспокоило — там нет ничего сложного, если не подходить к задаче с ответственностью Акоджи — но в этот раз столько неотложных дел требовало его внимания, что дополнительная обязанность просто бесила. Наверное, не стоило в этот раз напрашиваться в ученики к Ильзе — но что сделано, то сделано.

Он зевнул. Скорее всего, он просто не в духе из-за недосыпа. Разговор с Каэлом продлился несколько часов — морлока интересовало абсолютно все, и он, не переставая, сыпал вопросами. И хотя Зориан прекрасно его понимал и признавал, что время потрачено не зря — вообще-то тем вечером он собирался проверить отчеты об исследовании, собранные в классе по поручению Ильзы. Причем передать их ей, проверенные и с рекомендациями по оценкам, нужно было уже сегодня. Он думал, что с памятью прошлых циклов справится с задачей одной левой — но, видимо, из-за вызванных ими значительных изменений в цикле Ильза выдала совсем другие темы для исследования, и ему пришлось действительно читать всю эту писанину. В итоге он потратил на эту чушь большую часть ночи, да еще и встал на полчаса раньше обычного — он ведь, видите ли, староста.

Заглянув в класс, он обнаружил, что Акоджа уже была здесь. Закатив глаза от столь избыточной пунктуальности, он отметил ее в списке посещения. Доска в классе была вся покрыта корявыми рисунками, любовными признаниями и прочей ерундой, но пока он не собирался это исправлять — чистая доска непреодолимо притягивает идиотов, и к приходу учителя ее снова всю изрисуют. Кто знает, может, если он достаточно подождет, Акоджа очистит ее по собственной инициативе, как она иногда делает.

На удивление — они никогда не были ранними пташками — следующими пришли Анека и Арми — (печально) знаменитые близнецы Аширай. В семье Аширай постоянно рождались близнецы, связанные душами друг с другом, и сестры из его класса не были исключением. Когда Зориан выяснял, нет ли между ним и Заком духовной связи, он подумывал обратиться к ним за помощью — или хотя бы расспросить о механике духовной связи — но решил, что это неудачная мысль. Во-первых, семьи магов ревностно оберегали свои секреты, а семья Аширай явно метила в Дома, делая ставку на духовные связи. Пристальный интерес к их родовому искусству мог привести к очень некрасивым последствиям, и Зориан предпочел не рисковать, даже с учетом временной петли. Во-вторых, близняшки были ненадежны. Ненадежны уровня Бенисека. Смешливые болтушки, ничего не принимающие всерьез и не способные сохранить тайну даже за деньги.

Нет, правильно он сделал, что не стал с ними связываться.

Потом пришел Каэл — видимо, после его откровений морлок не сумел толком уснуть и пришел пораньше. Они не говорили в классе, но Зориан уже понял — в ближайшем будущем его ожидают новые расспросы. Прелестно. Он уже и забыл, насколько въедливым бывает Каэл, и как его интересует временная петля.

Следующими он отметил Брайама, Наима и Эдвина. Брайам помахал ему, придерживая своего дрейка второй рукой, Наим и Эдвин же просто прошли мимо, увлеченные беседой. Зориан не возражал — не то чтобы он хорошо знал кого-то из них. Наим был магом в первом поколении, подобно ему и Акодже — сын военного, дослужившегося в хаосе Войн Раскола до генерала. Родители Эдвина делали големов и явно передали свою страсть сыну — он постоянно возился с различными механизмами или рисовал чертежи, даже на лекциях, когда стоило бы сосредоточиться на другом.

Потом пришла Рэйни — рыжеволосая девушка-загадка, что перевелась в их класс в прошлом году. Сдержанная, вежливая и невероятно привлекательная, с хорошей успеваемостью и ничего не рассказывающая о себе и своей семье. Единственной, кто что-то о ней знал, была Киана, тоже из их класса, но и та непреклонно хранила молчание.

Так они и шли, один за другим, пока список наконец не заполнился, и сам Зориан смог пройти в класс и попытаться хоть немного передохнуть перед началом занятий. Он рассеянно очистил доску одним коротким заклятьем школы изменения, заставив мел осыпаться с ее поверхности на пол, и сел, ожидая звонка.

— Нет, Бен, отчет нельзя сдать через неделю, — прорычал Зориан. — Крайний