Ребенок Розмари - Айра Левин

Было видно, что по нему недавно прошлись пылесосом. Посреди комнаты одиноко стоял крошечный столик с журналами «Лук», «Лайф» и «Сайнтифик Америкэн».

Миссис Кастивет провела их по ковру и усадила на диван. Тут же пришел и мистер Кастивет: в руках он держал поднос со стаканами, доверху наполненными розовой жидкостью. Не спуская глаз со стаканов, он медленно двинулся по ковру, будто каждую секунду ему грозило страшное падение.

– По-моему, я налил слишком много, – заговорил он. – Нет-нет, не вставайте, пожалуйста. Обычно я рассчитываю точно, как настоящий бармен, верно, Минни?

– Осторожней с ковром, – сказала миссис Кастивет.

– Но сегодня, – продолжал он, подходя ближе, – я приготовил немного больше, и, чтобы не оставлять в миксере, я подумал, что… Ну, вот и все. Пожалуйста, сидите. Миссис Вудхаус?

Розмари взяла стакан, поблагодарила его и устроилась поудобнее. Миссис Кастивет быстро положила ей на колени салфетку.

– Миссис Вудхаус, это коктейль из водки. Вы такой пробовали?

– Я – нет. – Ги тоже взял коктейль и сел.

– Минни, – сказал мистер Кастивет.

– Смотрится прекрасно, – заметила Розмари, вытирая салфеткой дно стакана.

– Такие коктейли делают в Австралии. – Мистер Кастивет взял последний стакан и поднял его вверх. – За наших гостей. Добро пожаловать в наш дом. – Он отпил немного и, оценивая вкус, критически наклонил голову, прищурив один глаз. Поднос упал на ковер.

Миссис Кастивет поперхнулась.

– Ковер! – воскликнула она и закашлялась. Мистер Кастивет посмотрел вниз.

– Боже мой! – сказал он в растерянности и поднял поднос.

Миссис Кастивет поставила стакан, встала на колени и приложила салфетку к ковру.

– Совершенно новый ковер. Ты у меня такой неуклюжий!

Коктейли оказались кисловатыми и приятными на вкус.

– А вы сами из Австралии? – спросила Розмари после того, как пятно было уничтожено, поднос унесен на кухню, и Кастиветы уселись на стульях.

– Нет, – ответил мистер Кастивет, – я родился здесь, в Нью-Йорке. Но я там бывал. Я был везде. В буквальном смысле.

Он медленно пил свой коктейль, сидя со скрещенными ногами и положив одну руку на колено. На нем были черные мокасины с кисточками, серые брюки, белая рубашка, на шее – синий платок в золотую полоску.

– На всех континентах, во всех странах, – продолжал он. – Вы называете любое место, и я уверен, что был там. Давайте попробуем. Называйте.

– Фэрбенкс на Аляске, – выпалил Ги.

– Был, – сказал мистер Кастивет. – Я был во многих местах на Аляске: Фэрбенкс, Джуно, Анкоридж, Ном, Сьюард. Я провел там четыре месяца в 1938 году и мне пришлось делать множество однодневных остановок в Фэрбенксе и Анкоридгке по дороге на Дальний Восток. Я бывал и в маленьких городках Аляски – в Диллингеме и Акулураке.

– А вы откуда? – спросила миссис Кастивет, поправляя складки на груди.

– Я из Омахи, – ответила Розмари, – а Ги из Балтимора.

– Омаха – хороший город, – заметил мистер Кастивет. – Балтимор – тоже.

– Вам приходилось путешествовать по заданию фирм? – поинтересовалась Розмари, – И по заданию фирм, и по собственному желанию. Мне уже семьдесят девять лет, а я начал путешествовать, когда мне исполнилось десять. Называйте любые города – я был везде.

– А где вы работали? – спросил Ги.

– Где я только ни работал, – разговорился мистер Кастивет. – В шерстяной промышленности, в сахарной, нефтяной, по игрушкам, запчастям для станков, занимался морской страховкой…

В кухне зазвенел звонок.

– Отбивные готовы. – Миссис Кастивет встала со стаканом в руке. – Не торопитесь допивать, возьмите с собой коктейли за стол. Роман, не забудь принять таблетку.

– Третьего октября забастовка закончится, – настаивал мистер Кастивет. – За день до приезда Папы Римского. Ни один Папа не приедет в город, где бастуют газетчики.

– А я слышала по телевизору, что он отложит свою поездку до тех пор, пока забастовка не кончится, – сообщила миссис Кастивет.

Ги улыбнулся.

– Ну, так и полагается для настоящей показухи. Мистер и миссис Кастивет засмеялись, и Ги присоединился к ним. Розмари улыбнулась и разрезала отбивную, сухую и пережаренную, с горошком и картофельным пюре под мучным соусом Миссис Кастивет никак не могла успокоиться.

– Да, действительно, прямо в точку: настоящая показуха!

– Я дарю вам эту шутку, – сказал Ги.

– Все эти наряды и ритуалы… – подхватил мистер Кастивет. – Да и во всех религиях, не только у католиков. Сплошной маскарад для невежд!

– Может быть, мы обижаем Розмари своими замечаниями? – заметила миссис Кастивет.

– Нет, вовсе нет.

– Ты ведь не религиозна, дорогая моя? – учтиво спросил мистер Кастивет.

– Меня так воспитывали, – сказала Розмари. – Но теперь я чистый агностик. Так что вы меня ни чуть не обидели – А вы? – поинтересовался мистер Кастивет у Ги. – Вы тоже агностик?

– Наверное, да Не знаю, как можно думать иначе. То есть, я хочу сказать, что убедительных доказательств нет ни у одной из сторон, верно?

– В самом деле нет, – согласился мистер Кастивет. Миссис Кастивет внимательно поглядела на Розмари.

– Ты так неуютно себя почувствовала, когда мы смеялись над шуткой Ги насчет Папы.

– Ну, он ведь все-таки Папа, – смутилась Розмари. – Я всегда его уважала и сейчас уважаю, хотя и не считаю уже, что он святой.

– Если ты не считаешь его святым, – сказал мистер Кастивет, – то не следует его и уважать, потому что он обманывает людей, говоря, что он святой.

– Вот именно, – поддержал Ги.

– Как только подумаю, сколько денег уходит на его наряды и драгоценности… – проговорила миссис Кастивет.

– Вот вам и лицемерие, замаскированное религией, – продолжал мистер Кастивет. – Это было неплохо изображено в «Лютере». Вы там играли главную роль, Ги?

– Я? Нет! – ответил Ги.

– Разве не вы были дублером Альберта Финни?

– Нет. У меня там была менее заметная роль.

– Странно, – удивился мистер Кастивет. – А я думал, что это вы. Я помню вашу жестикуляцию и специально посмотрел в программке, кого вы играли. И там написано, что вы были дублером Финни.

– Какую жестикуляцию? – не понял Ги.

– Ну, я не помню точно, вот такие движения…

– Когда у Лютера начинался приступ, я делал руками такой жест, как бы протягивая их к небу.

– Точно! – радостно подтвердил мистер Кастивет. – Именно это… А вот у мистера Финни все было очень неестественно, смею заметить – Да что вы, – возразил Ги.