Сон бабочки - Гу Щу

– Где твой дедушка?

Маленькая обезьянка дважды пропищала в ответ.

– Я имею в виду… я как будто вижу, что вы не обезьяны… Э-э, о чем я говорю? Может, меня уже подводят глаза… – проговорил он, чувствуя, что сходит с ума.

Но в этот момент обезьянка подскочила к нему и положила лапку ему на руку.

Тогда он увидел, что лапка обезьянки постепенно превратилась в маленькую ручку, а ее мохнатая мордочка тоже понемногу менялась, приняв наконец черты лица девочки…

– Небо! – поразился мужчина. – Что происходит?

– Да! Мы люди! – Обезьянке не терпелось обо всем рассказать, как только превратилась в ребенка. – Укротитель владеет магией. Это он превратил меня и дедушку в обезьян!

– Как ты попала к нему? – недоверчиво спросил хозяин Фэн.

– Увы, мы с дедушкой остались вдвоем друг у друга, вместе оберегаем горный лес, – прослезилась девочка. – Но однажды этот укротитель проходил мимо нашего дома и обманул моего дедушку, сказав, что может отвезти меня в город и обучить ремеслу. Мой дедушка настолько добрый, что поверил его словам и угостил его вкусной едой и напитками. Но неожиданно ночью он заколдовал нас, когда мы меньше всего этого ждали, а затем вынудил заучить множество трюков, которые не под силу обычным обезьянам, и заставил нас покинуть свой дом и отправиться сюда. Добрый человек, пожалуйста, спасите нас!

– А где твой дедушка?

– Каждую ночь после того, как укротитель засыпает, мы возвращаемся к своему человеческому облику. Укротитель боится, что мы с дедушкой сбежим, поэтому он связывает нас цепями. Сегодня из-за того, что я упала от изнеможения, он ослабил бдительность.

Выслушав ребенка, хозяин Фэн позволил ей остаться в своей комнате. Затем он тихо вышел наружу и, дойдя до комнаты укротителя, проделал небольшую дырку в оконной бумаге. В комнате было темно, и хозяин Фэн долго всматривался, прежде чем смог увидеть, что на земле в самом деле неподвижно лежит старик.

Действовать опрометчиво он все же не стал – укротитель обезьян владел магией, и какой был бы ужас, если хозяин Фэн, узнав об этом, сам попал бы под заклинание и стал обезьяной.

Может, разбудить трактирщика и спасти этих людей? Но тогда укротитель успеет превратить старика обратно в обезьяну, прежде чем они войдут в дверь, а побег ребенка также будет раскрыт.

После долгих раздумий хозяин Фэн, так ничего не придумав, пробрался обратно в свою комнату.

– Дитя, сейчас я бессилен, – беспомощно сказал он ребенку.

Девочка молча утерла слезы.

Хозяин Фэн всю свою жизнь был одинок и никогда не возился с детьми. Теперь, увидев плачущего ребенка, он запаниковал.

Он поспешно достал из сумки кусочек сахара и сунул его в руку девочки.

Ребенок на мгновение остолбенел, перестав плакать.

– Съешь сахарок, – почесал затылок Фэн. – А потом я отведу тебя в безопасное место и вернусь за твоим дедушкой.

– Я никуда не пойду! – вскрикнула девочка.

– Если ты не пойдешь, то мы все превратимся в обезьян, – забеспокоился Фэн.

Девочке ничего не оставалось, кроме как последовать за ним с сахаром во рту. Хозяин Фэн собрал вещи и ночью отвел ребенка в местную аптеку, где за девочкой присмотрят. Между этой аптекой и его Янняньтаном, где он работает по будням, есть определенные связи. Затем он направился ко дворцу один.

Быть может, они выпили слишком много кипарисового напитка, а может, от запаха тлеющей коры Сяо Бай, Хуан Няо и Лю И почувствовали сонливость.

В миг полудрема они вдруг очутились перед дворцом.

Хоть стоял ясный день, роскошный дворец освещали яркие свечи. Было слышно, как люди внутри танцуют и веселятся, раздавался громкий смех.

Такой резкий контраст с несчастной историей двух людей, происходящей сейчас. Услышав об этом, Сяо Бай почувствовал грусть.

Увидев, что во дворце идет банкет, Лю И тут же подумал, что наверняка там подают жареное мясо, строганую рыбу, или хотя бы слоеный блин с начинкой, или цукаты. Он уже собрался ворваться внутрь, как его тут же схватила Хуан Няо.

– Ай, больно, больно! Почему ты схватила меня?

– Олух! Ты разве не знаешь, кто там? – спросила девочка, одновременно подхватывая его, и вскочила повыше, чтобы заглянуть в окно. Сяо Бай, вздохнув, тоже присоединился к ним.

Оказалось, что во дворце и правда был большой банкет, за столами сидели сплошь дворяне и вельможи.

Приметив горы закусок и фруктов на столах, Лю И разочарованно пускал слюну. Сяо Баю же показалось, что человек, сидевший на троне, смутно ему знаком. Это оказался правитель соседней страны, а рядом с ним сидел юноша с круглым, как полная луна, лицом с парой тусклых глаз – его сын.

– Я вспомнил. Я уже видел этого человека и его сына, – начал Сяо Бай. – Мой отец всегда привечал гостей из соседних стран. Когда я был маленьким, мы часто бывали у них в гостях.

– Что-то не так с этим принцем. – Хуан Няо с первого взгляда все поняла.

– Да, он по какой-то причине потерял рассудок во время путешествия. Хоть он и намного старше меня, но наивен, как трехлетний ребенок. Его отец старался, как мог, но ему не удалось его вылечить, – рассказал Сяо Бай. – Люди так и прозвали его Глупым принцем.

– Отлично, раз уж ты их знаешь, мы можем войти, верно? – обрадовался Лю И.

– Ты только о еде и думаешь! – рассердилась Хуан Няо. – Ты забыл, к чему тебя призывал господин?

– Но когда я сыт, я могу лучше защитить молодого господина Сяо Бая.

Глава 2

Фокус

И действительно, как только Сяо Бай с друзьями вошли во дворец, их пригласили сесть около Глупого принца. Лю И с удовольствием набивал щеки песочным печеньем и цукатами, а в рукава прятал множество фиников и сухофруктов.

– Что они празднуют? – спросил Сяо Бай у человека, сидящего рядом с ним.

– Разве вы не знаете? – ответил тот. – Наш монарх уже давно объявил, что тот, кто сможет излечить недуг принца, независимо от того, дворянин ли это или простолюдин, немедленно получит высокий титул и награду в десять тысяч лян. Все эти люди собрались здесь, чтобы излечить принца.

– Но у них нет ни серебряных иголок, ни лекарственных трав, – удивилась Хуан Няо.

Она так долго следовала за своим господином и никогда прежде не видела, чтобы кто-то так подходил к лечению больного.

– Только лучше принцу не становится, – вздохнул мужчина. – К больному принцу приглашались не