Дьюма-Ки - Стивен Кинг

Проявляйте храбрость. He бойтесь рисовать тайное. Никто неговорил, что искусство — это ласкающий ветерок; иногда оно — ураган. Даже тогдавы не должны колебаться или менять курс. Потому что, если твердить себе самуюбольшую ложь плохого искусства (что всё у вас под контролем), вы упустите шансзапечатлеть правду. Правда не всегда красива. Случается, правда — большоймальчик.

Маленькие сёстры говорят: «Это лягушка Либбит. Лягушка сжубами».

А иногда это что-то ещё более страшное. Что-то вроде Чарли вего ярко-синих бриджах. Или ОНА.

Вот рисунок с маленькой Либбит, её пальчик прижат к губам.Она говорит: «Тс-с-с-с». Она говорит: «Если вы подадите голос, она вас услышит,поэтому — тс-с-с-с». Она говорит: «Плохое может случиться, и летящие вверхлапками говорящие птицы — первое, но не последнее из череды плохого, поэтому —тс-с-с-с. Если вы попытаетесь убежать, что-то ужасное выйдет из-за кипариса илимексиканской лаванды и схватит вас на дороге. И ещё более страшные твари живутв воде у Тенистого берега, страшнее большого мальчика, страшнее Чарли, которыйтакой быстрый. Они таятся в воде, ждут, чтобы утопить вас. Но и утонуть — этоещё не конец, совсем не конец. Поэтому — тс-с-с-с».

Но для настоящего художника правда превыше всего. ЛиббитИстлейк может закрыть рот, но остановить краски и карандаши она не в силах.Есть только один человек, с которым она решается говорить, и только одно место,где она может это делать — единственное место в «Гнезде цапли», где ЕЁ хваткавроде бы ослабевает. Она уговаривает няню Мельду пойти туда с ней. И пытаетсяобъяснить, как такое произошло, как талант потребовал правды, а правдавырвалась из-под её контроля. Она пытается объяснить, как рисунки началиуправлять её жизнью, и как она возненавидела маленькую фарфоровую куклу,которую папуля нашёл среди остальных сокровищ: маленькую фарфоровую женщину,законное вознаграждение Либбит, положенное за находку клада. Она пытаетсяобъяснить свой самый сокровенный страх: если они ничего не сделают, смертьнастигнет не только близняшек — просто они умерли первыми. И теперь за нимипоследуют другие.

Она собирает воедино всю свою храбрость (и для ребёнка,почти младенца, храбрости этой требовалось ой как много) и рассказывает правду,какой бы безумной она ни казалась. Сначала о том, как сделала ураган, но идеяпринадлежала не ей — это была ЕЁ идея.

Я думаю, няня Мельда верит. Потому что она видела большогомальчика? Потому что она видела Чарли? Я думаю, она видела обоих.

Правда должна выйти наружу, это основа искусства. Но это незначит, что весь мир должен её видеть.

Няня Мельда спрашивает: «Где теперь твоя новая кукла?Фарфоровая кукла?»

Либбит отвечает: «В моей особой сокровищнице. Вкоробке-сердце».

Няня Мельда спрашивает: «Как её зовут?»

Либбит отвечает: «Её зовут Персе».

Няня Мельда говорит: «Перси — мальчишеское имя».

И Либбит отвечает: «Ничего тут не поделаешь. Её зовут Персе.Это правда». И Либбит говорит: «У Персе есть корабль. Он выглядит красивым, ноон не красивый. Он плохой. Что нам делать, няня?»

Няня Мельда думает об этом, пока они стоят в единственномбезопасном месте. И я уверен, она знала, что нужно делать. Возможно, она небыла художественным критиком (не Мэри Айр), но, думаю, она знала. Храбрость — впоступке, а не в его изображении. Правду можно снова спрятать, если она слишкомужасна, чтобы явить её миру. И такое случается. Я уверен, такое случаетсясплошь и рядом.

Я думаю, у любого художника, который хоть что-то собойпредставляет, найдётся красная корзинка для пикника.