Демон отверженный - Ким Харрисон

— Демонское отродье! — заорал Трент звериным, чужим голосом. — Я смотрел и не мог поверить… мой отец… да будь он проклят!

— Трентон! — донесся откуда-то издалека голос Кери. Сознание уже уходило от меня. — Прекрати! Прекрати немедленно!

Я почувствовала, как она пытается отодрать от моего горла пальцы Трента, закашлялась, когда хватка снова ослабла. Я ее разорвать не могла, и лишенные кислорода мышцы были слабее мокрой бумаги.

— Она должна умереть, — ответил Трент, и голос его хрипел прямо у меня в ухе. — Я слышал, что они говорили. Мой отец. Мой отец ее переделал! — выдохнул он с мукой и крепче стиснул пальцы. — Она может начать все снова! Нет, я не дам!

Мышцы сжимающей меня руки напряглись, все тело пронзило болью. Уже слышалось бульканье моего последнего вздоха.

— Отпусти! — молила его Кери; я видела ее платье. — Трент, перестань!

— Они признали ее родней! — кричал Трент. — Я видел, как она взяла себе имя демона! Ее вызвали под этим именем!

— Она не демон! — умоляла Кери. — Отпусти ее! — Коса Кери зацепила меня, когда женщина нагнулась над нами и вцепилась в его пальцы. — Трентон, отпусти! Она спасла Квена, она спасла нас всех. Отпусти ее, она не демон!

Хватка ослабла. Я ловила ртом воздух, судорожными, почти рвотными вздохами. А Трент оттолкнул меня прочь.

Я упала на тот могильный камень, об который он бил меня головой, и схватилась за него дрожащими пальцами, снова и снова набирая полные легкие воздуху, держа себя за шею и стараясь найти способ дышать так, чтобы не было больно.

— Пусть она не демон, — сказал у меня за спиной Трент, и я повернулась. — Но дети ее будут демонами.

Я припала к камню, чувствуя, как уходит из меня кровь. Мои дети…

Кери опустилась рядом с ним на землю, ощупывая его руками и в то же время готовая удержать его, если он бросится заканчивать работу. А я только и могла сидеть на солнце и таращить глаза.

— Что стряслось? — прохрипела я, и он горько рассмеялся.

— Ты единственная ведьма, которую лечил мой отец, — сказал он прокурорским тоном, сдирая с шеи красную ленту и бросая ее на землю. — Ли свои изменения не передаст — они в митохондриях. Только ты можешь снова это начать, но сперва я убью тебя!

— Трентон, нет! — крикнула Кери. Но он был слишком слаб, чтобы что-то сделать.

Я смотрела на него и чувствовала, как рушится моя реальность.

О Господи, хватит. Это уже слишком.

— Трент, — говорила Кери, встав между нами и пытаясь его отвлечь. — Она нас спасла. В твоих лабораториях благодаря ей теперь есть для нас лечение. Мы снова можем стать целостными, Трент! Убей ее — и ты запятнаешь начало возрождения. Ты все потеряешь. Перестань с ними драться, это нас убивает!

Взгляд Трента обжигал из-под путаницы грязных волос, под ним я себя чувствовала нечистой, запятнанной. Грязной.

— Твой отец ее спас, потому что был другом ее отца, — торопливо говорила Кери. — Он не знал, что из этого получится, и твоей вины здесь нет. Но сегодня она отдала тебе то, что сделает нас цельными. Прямо сейчас. — Кери запнулась, потом все-таки добавила: — Быть может, мы заслужили то, что с нами случилось.

Трент оторвал взгляд от меня, тяжело посмотрел на Кери.

— Ты в это сама не веришь.

Кери моргала, чтобы не заплакать, но слеза покатилась все же у нее по щеке, и эльфийка показалась еще красивее.

— Мы можем начать все сначала, — сказала она. — И они тоже. Война почти истребила и нас, и их — не начинай войны. Теперь, когда у нас наконец есть шанс выжить — Трент, послушай меня.

Я закрыла глаза. Почему это все не кончается?

С шумом ворвались Айви и Дженкс, замерли над нами от изумления, а Кери все так же держала Трента, не давая ему меня убить.

— Привет, — хрипло сказала я, все еще держась за шею, и Айви бросилась ко мне.

— Что случилось? — спросила она, и у меня грудь стеснило невыносимой тяжестью. Она не знала. И как я могу ей сказать? — Ты вернулась, — добавила она, ощупывая, все ли у меня цело. — Жива? Твоя мать сказала, что ты с Алом ушла в Иден-парк. Черт побери, Рэйчел, брось ты эту свою привычку драться одной!

В ее голосе слышалась забота, и я открыла глаза. Интересно, может, мне надо было остаться в безвременье? Там я хотя бы не стану подвергать друзей опасности. Родня. Колдуны в родстве с демонами. И вдруг все стало как-то куда понятнее. Проклятие демонов обрекло эльфов на медленное неуклонное вымирание. А не было ли это возмездием? Не эльфы ли нанесли первый удар?

— Рейч, жива?

Вроде да, но язык меня не слушался, рот не мог произнести слов. Я не демон, но мои дети ими будут. Черт, так нечестно!

— Это Трент? — спросила Айви, гневно оглядываясь на него, и я покачала головой. — Каламак, вон отсюда, пока я тебя в землю не вбила!

Хрупкая Кери помогла Тренту встать, и, поддерживая его, чтобы не упал, потащила, прихрамывая, к воротам на улицу. Один раз она обернулась — слезы текли из почерневших от гнева глаз.

— Рэйчел, прости меня. Я… я…

Я отвернулась — не могла этого вынести. У меня теперь детей не будет. Никогда. Ни от кого. Сволочные эти эльфы, что они со мной сделали!

— Рэйчел! — Айви заставила меня смотреть на нее. — Скажи, что случилось.

Она чуть меня встряхнула, и я уставилась на нее в оцепенении. Дженкс опустился ей на плечо, и вид у него был полный ужаса, будто он уже знал.

— Отец… — начала я, и у меня полились слезы. Сердито их утерев, я начала снова: — Отец Трента… он…

Дженкс взлетел в воздух, повис у меня перед лицом:

— Рэйчел, ты не демон!

Я кивнула, не видя перед собой ничего из-за слез.

— Не демон. — Мне было трудно говорить. — А мои дети ими будут. Помнишь, я в прошлом году говорила, что и колдуны, и демоны зародились в безвременье? Я думаю, что эльфы заколдовали демонов, ослабили развитие магических способностей у их детей и породили колдунов. А когда отец Трента меня вылечил, он убрал генетические сдержки и противовесы, которые не давали демонам иметь детей. Колдуны — это задержанные в развитии демоны, и теперь демоны снова смогут произойти от колдунов. От меня.

Айви сняла с меня руку, и на спокойном лице можно было прочесть ужас.

— Прости меня, — прошептала я. — Я не хотела портить тебе жизнь.

Айви отступила, ошеломленная, и солнце ослепило меня. Усталая неимоверно, я подняла глаза и увидела, как Кери выводит Трента из сада.

И ради какого черта все это было?