Крылья - Кристина Старк

* * *

Мы остановились на подземной парковке, сверкающей хромом и светоотражающей краской. Крис открыл мою дверцу, поднял меня на руки и направился к дверям лифта. Я чувствовала тепло его ладоней, обхвативших мою спину и бедра, и ощущала, как во мне затягивается тугая-претугая пружина…

Крис остановился у дверей лифта и осторожно опустил меня на землю.

– Вот куда мне следовало увезти тебя сразу с аэродрома…

– Да, тогда тебе не пришлось бы сейчас тащить меня на руках, – улыбнулась я, морщась от боли в бедре.

– Если бы я хотя бы отдаленно представлял, что в ресторане тебе может что-то угрожать, то мы бы поели и поговорили у меня дома. Единственная сложность заключалась бы в том, как не смутить тебя до смерти этим предложением.

– Ну… Да… Вообще-то я не езжу к парням домой на первом свидании.

Крис посмотрел на меня с веселой улыбкой. Двери лифта бесшумно открылись, и моя судьба взяла меня за руку и повела за собой.

Я представить не могла, что дом Криса будет так невообразимо хорош. Я оказалась в большом двухуровневом пентхаусе с окнами от пола до потолка. Закатное солнце залило все теплым медовым светом. Одна из стен была полукруглой, а посреди квартиры тянулась вверх винтовая лестница из дерева и черного металла. Но об интерьере я тут же забыла. Как забыла обо всем остальном. Везде, где только можно, стояли вазы с белыми цветами, под потолком парили на золотых нитях розовые и красные воздушные шары, а на противоположной стене висел большой бумажный плакат с одной-единственной фразой. Я прочитала ее, и мои глаза заволокло слезами.

«Если ты здесь, значит, мне больше не о чем мечтать».

Я остановилась на пороге, едва дыша, и сквозь туман смотрела на это трогательное проявление его чувств. Меня целовали и до него, мне и прежде оказывали знаки внимания, но еще никто так не радовался одному моему присутствию. Крис привлек меня к себе, потрясенный странной переменой в моем настроении, и я заплакала в голос.

– Только не говори, что тебе здесь не нравится, а то верну тебя в больницу, – зашептал он мне в ухо, и я рассмеялась сквозь слезы.

– Очень нравится, очень. Мне до сих пор не верится, что я наконец здесь, с тобой.

– Мне тоже, – он стер мокрую дорожку с моей щеки.

– Когда ты все это успел?

– Не представляешь, как много можно сделать, имея телефон под рукой.

– Так вот кому ты звонил, когда мы уезжали из клиники…

– Ага. Надувальщикам шаров и рисовальщикам плакатов.

Я прижалась к нему, переполненная под завязку пьянящим ощущением, что жизнь наконец привела меня к той двери, за которой окажется мой самый большой подарок.

* * *

День медленно угасал. Вечернее солнце залило вершины Альп оранжевой глазурью. Крис заказал ужин, который привезли в белых картонных коробках, зажег огонь в камине и принес мне плед. Я сидела у него на руках и едва соображала после бокала вина и дюжины сводящих с ума поцелуев, которые он выдавал мне порционно, как лекарство, вопреки моим мечтам получить все и сразу. Я запустила ладонь под его футболку и провела по груди, с какой-то отчаянной радостью замечая, как напрягаются его мышцы под моими пальцами. Я и представить не могла, что просто гладить кого-то может быть так мучительно приятно. Крис смотрел на меня, а я на него. Моя рука спустилась к его животу, но он тут же поймал мою ладонь и придержал на месте.

– Крис, – взмолилась я.

– Нет, не сегодня, – вздохнул он.

– Почему?

Я недоумевала, к чему оттягивать то, что неизбежно случится не сегодня, так завтра, а не завтра, так послезавтра. Заняться с ним любовью было таким же естественным и здоровым желанием, как хотеть есть, спать или дышать. Я знала, что это случится в ближайшее время, и не сомневалась, что он тоже знает это. Я не относилась к тем девушкам, которые повинуются сиюминутным порывам, как не относилась и к тем, кто планирует близость только после клятв у алтаря. Я ясно чувствовала, что сделаю это, как только встречу человека, предназначенного мне судьбой. Теперь я обрела его, и моя внутренняя дверь, хранившая за собой всю мою нерастраченную страсть и нежность, едва держалась на петлях…

Но Крис крепко держал мою руку и не разрешал ей снова забраться под его футболку.

– Я хочу, чтобы ты окончательно выздоровела.

– Я здорова.

– Что я буду делать, если у тебя снова откроется кровотечение?

– Наложишь еще одну повязку! – пробормотала я, невинно хлопая ресницами.

Крис глухо рассмеялся и с тяжким вздохом добавил:

– Ты не представляешь, как я хочу тебя. И не представляешь, каких усилий мне стоит держать себя в руках. Но я не смогу навредить тебе или сделать больно, даже если мне приставят пистолет к виску.

– Тебе придется сделать мне больно, по крайней мере один раз, – сказала я, не глядя на него и пряча на его груди пылающее лицо. – И я хочу этой боли. Прошу тебя.

– Лика, – приподнял мой подбородок он. – Не знаю как, но я планирую продержаться хотя бы три дня, и… ты должна помочь мне.

– Вот еще, – буркнула я и запустила обе руки под его одежду.

– Окей, два, – тут же сдался он, задерживая дыхание.

– Один. Один день, и отсчет начинается прямо сейчас.

– Повторюсь, но кто учил тебя искусству убеждения? Может, мне можно взять у него парочку уроков?

– Я могу дать тебе пару уроков, но плата окажется непомерно высока. По традиции Дьявол-искуситель берет всю душу.

– Она уже твоя, – сказал мне Крис, прижимая меня к себе как-то особенно нежно. – Вся твоя.

* * *

Мы обнимались у распахнутого настежь окна и дышали ночью. Над Альпами взошла луна – такая яркая, такая полная. Сколько поцелуев довелось ей увидеть, глядя с неба на землю все эти тысячи лет? Наверняка бесконечное множество, но я была не прочь показать ей еще парочку. Я просто не могла оторваться от своего парня. Да, пожалуй, мне нужно привыкать к этим двум словам в своей речи. «Мой парень». М-м-м… Только мой.

– Ну все, а теперь спать, – сказал Крис, снимая меня с подоконника и забирая у меня бокал. – Хочешь чего-нибудь перед сном?

– Искупаться. Я так хочу принять душ, просто умираю.

– И давно ты его хочешь? Почему не сказала мне раньше?

– А раньше не хотела, – невинно пробормотала я. – Но как же моя нога? Ее можно мочить?

– Нет.

– Ну вот, – вздохнула я.

– Что-нибудь придумаем, – Крис ушел и вернулся через минуту с полотенцем. – Я приготовлю тебе ванну, а ты сможешь сама раздеться?

– Даже не знаю, – лукаво улыбнулась я.

– Только не говори, что не сможешь, иначе тебе придется купаться в одежде, – пригрозил он. – Держи.