Режим черной магии - Ким Харрисон

Плавным движением Трент наклонился вперед и достал из-под стула документ. Я отступила от него подальше — включился инстинкт, требующий сохранять между нами дистанцию. Сложив контракт, Трент убрал его в карман.

— Сообщи мне в офис, когда передумаешь, — сказал он и направился к двери. Резко остановился, когда Айви не уступила ему дорогу.

— Сообщи нам, когда у тебя на заднице вырастут вишневые тянучки, — ответил ему Дженкс, а я прислонилась к ящику, скрестив руки на груди.

Гленн многозначительно кашлянул, и Айви отступила в сторону.

— Ваша команда профессиональна, Морган, как всегда, — небрежно бросил Трент. Кивнув Гленну, он повернулся и вышел. Его сопровождало гудение разговоров из открытых дверей соседних кабинетов.

Я выдохнула, дрожа.

— Ненавижу, — произнесла я, возвращаясь к себе на стул и хлопаясь на него так, что Дженкс подлетел. — Вот ненавижу, и все.

Сияние серебряных искорок опустилось ко мне на руку за миг до Дженкса.

— Он опять перед тобой размахивал купюрами? — спросил он, давая таким образом понять, что подслушал. — Я тебе говорил, что у меня есть, Рэйч. Мне даже не надо, чтобы ты мне их отдавала.

Я вздрогнула. Если бы все было так просто.

Айви, провожавшая Трента взглядом, повернулась к нам.

— Сколько это было? — спросила она, оставаясь там, где стояла, чтобы скопившиеся в комнате эмоции не обрушились на нее всей тяжестью. Глаза у нее расширились сильнее, чем требовало электрическое освещение, но вид был нормальный — особенно если учесть, что я нарушила ее планы на эти выходные, и она была голодна. Гленн, как я заметила, совершенно не переживал из-за ее состояния, и был почти небрежен, садясь за стол. Да, они определенно проводят время вместе. И одеколон у него тоже немножко пахнет цитрусом.

— Он пытался ее купить, — сказал Гленн обо мне. — Предлагая взамен избавить ее от преследования ковена морально-этических норм.

— А откуда он знал, что это ковен? — заинтересовалась Айви, а я уставилась на Гленна.

— Откуда ты знал, чего он хочет?

У меня дергалась нога.

Мрачно улыбнувшись, Гленн нажал кнопку на телефоне, и одна лампочка погасла.

— А как бы я еще выигрывал в местный тотализатор? — сказал он, откидываясь в кресле. — Рэйчел, ты крупно влипла.

— Влипла? — встрял Дженкс. — Можешь называть так, если хочешь. Она так глубоко в заднице, что вылезти оттуда может только в потоке дерьма. — Я вздохнула в знак согласия, и Дженкс устроился на моей теплой руке. — Чего хочет ковен? — спросил он. — Тебе же уже объявили бойкот.

— Кто-то — наверное, Трент, — сообщил им, кто я такая, — тихо и мрачно сказала я. Гленн это и так знал — он был, когда я об этом догадалась. — Меня хотят посадить в клетку и анатомировать.

Айви застыла, а на личике Дженкса выступили скулы.

— Ты — колдунья, — заявил он с нажимом, и мне стало тепло от такой его верности.

— Спасибо, Дженкс, — ответила я, хотя и не знала, верю ли я сама в это. — Трент им забросил удочку насчет того, как его отец меня сделал, и как он теперь может меня контролировать. И даже меня уничтожить. Если он возьмет на себя юридическую ответственность за меня, они меня отпустят бродить свободно.

— Это ложь, — сказала от дверей Айви. — Он тобой управлять не может. И не он тебя сделал. Его отец только нашел способ сохранить тебе жизнь.

Я дернула плечом.

— Мне кажется, что он отлично сейчас мною управляет.

Бизнесмен, сволочь. Я все еще ему не верила. Никто не знал, на что я способна, кроме моих друзей — и Тритона, когда она в своем уме. Вздохнув, я стала вспоминать, кто присутствовал, когда Трент сказал Миниасу, кто я. Маршал, Кери, Кизли — но эти не сказали бы ничего. Не сказал бы и Квен, но если знает Квен, то знает и Джонатан, тот хмырь, что организует жизнь Трента. Ли — наиболее подходящий кандидат на игру «давайте договоримся с ковеном». Сообщить информацию обо мне, чтобы в обмен стерли сведения о его сомнительных достижениях в черной магии. Но он бы тогда рисковал раскрытием той тайны, что он со мной одной породы. Нет, это Трент.

Айви задумалась. Вынеся когда-то на себе груз внимания мастера-вампира, она знала, как легко управлять кем бы то ни было с помощью эмоций. Она все еще жила в личном аду, хотя замок в нем сломан и дверь широко открыта.

Гленн за столом выглядел неуверенно:

— Этого они не могут. Даже ковен морально-этических норм должен действовать в рамках закона. Ты не можешь подать апелляцию или что-то в этом роде?

При этих словах я улыбнулась, а Айви прислонилась к дверному косяку.

— Да, но если я исчезну, кто что скажет? Ты никогда не думал, почему колдуны обычно не создают хлопот? У нас поддерживается свой порядок, как у оборотней или вампиров. Очень долгая история скрытной жизни, Гленн. ОВ берет только тех, у кого хватает глупости попасться.

Попасться на доброкачественных преступлениях вроде воровства, мошенничества, убийства — то, с чем люди приспособлены иметь дело. Забавно, что ловлей таких глупцов я когда-то зарабатывала себе на жизнь.

Я уже была в полном отчаянии, и Дженкс взлетел, затрещав стрекозиными крылышками и требуя внимания.

— Рэйч, нам случалось предотвращать покушения. Сейчас достаточно теплая погода, чтобы натянуть струны пикси в саду, и у нас есть Бис. Они тебя хотят живой?

— Для начала да, — сказала я, не чувствуя себя ни на цент лучше.

С самого ухода из ОВ, кажется, только и делаю, что бегу и прячусь. Устала я от этого. Но Дженкс прав. Найдем выход. Всегда находили.

Подняв голову, я увидела глаза Гленна, потом глаза Айви. Медленно вздохнув, я встала.

— Доберусь до дома — позвоню Дэвиду, — сказала я, стряхивая с себя очередной кусок клубники в мусорную корзину. — Он отлично разбирается в бюрократии. Если не можешь победить врага, удуши его бумагами. — Я выдавила из себя улыбку. — Спасибо, ребята. Что бы я без вас делала.

— Да сдохла бы наверняка, — сообщил со смехом Дженкс, и мы пошли прочь.

А ведь правду сказал, вот в чем штука.