Морок пробуждается - Александр Варго

– Да стой ты, бандит! – Мужчина выдернул руку из крепкой хватки мальчугана.

– Я не бандит! – выкрикнул Алеша. – Бандиты там! Они! Моего! Папу! Бьют! – И Алеша заплакал.

Мужчина попытался успокоить его.

– Ну-ну, малыш…

– Дяденька, пойдемте быстрее…

– Куда это ты собрался?

Мужчина и Алеша повернулись на голос. У подъезда стояла толстая женщина. Белые крашеные волосы убраны в хвост.

– Это… Милая… Там у мальчонки что-то случилось… – попытался оправдаться мужчина.

– Он что, твой? – Этот вопрос удивил даже Алешу.

– Нет! – пискнул, переходя на фальцет, мужчина. – Что ты? Я его в первый раз вижу…

– Тогда взял ковер и пошел домой!

– Но там… моего папу… бьют…

Мужчина молча скрутил ковер, водрузил на плечо и направился к подъезду. Проходя мимо Алеши, не поворачивая головы, бросил:

– Не женись, малыш. Никогда!

Понимая, что уходит последняя надежда спасти папу, Алеша крикнул:

– Там убивают моего папу!

Женщина подождала, когда муж зайдет в подъезд, и ответила:

– Вот и иди к СВОЕМУ папе. Нечего к чужим приставать. – Развернулась и ушла.

Алеша посмотрел по сторонам. Слезы нахлынули новой волной. У футбольных ворот, где висел ковер, валялась палка, которой мужик выбивал ковер. Алеша схватил ее и понесся к переулку. И так уже много времени потерял.

Когда он подбежал к серому зданию, за которым остался папа, оттуда раздавались крики и звуки ударов. И вдруг все стихло. Алеша свернул за угол. Навстречу ему бежали два парня, те, что играли в карты. Лица у них были растерянными и испуганными. Алеша наотмашь ударил одного из них. Удар пришелся по ноге – палка в руке спружинила. Парень споткнулся, но не остановился, чтобы наказать наглеца. Потер ногу и побежал дальше. Что их могло так напугать?

Алеша повернулся и медленно пошел в темный переулок.

– Смотри, щенок идет. Бежим! Он точно кого-нибудь привел… – услышал он дрожащий голос здоровяка.

Мальчик различил в темноте два силуэта. Большой и маленький. Папы нигде не было.

– Где мой папа? – крепко сжимая палку вспотевшими ладонями, спросил он. Во рту пересохло. Слова больно резали глотку.

– Я не хотел… – плаксивым голосом произнес «воробей». – Он сам прыгнул…

Алеша разглядел в руке парня нож. И тут то, что мальчик принял за пакеты с мусором, зашевелилось.

– Где мой папа? – повторил Алеша, хотя уже знал, где он.

– Он сам, понимаешь? – хныкал взъерошенный.

– Что вы сделали с моим папой?!

И Алеша бросился на обидчиков. Он бил и отпрыгивал, отпрыгивал и бил. Что-то хрустнуло. Один раз, второй. Кто-то из парней выругался. Здоровяк побежал, а «воробей» замахнулся и ударил. Алеша почувствовал, будто его проткнули гигантской иглой. В голове мелькнула странная мысль: «Так вот что чувствуют бабочки, когда их протыкают булавкой».

«Воробей» обратился в бегство, и его шаги гулко отдавались у мальчика в груди, словно басы громкой музыки. Ноги подкосились, и Алеша упал.

Он лежал в темном переулке лицом к лицу с отцом. Мужчина долго смотрел на сына, потом медленно поднял руку и потянулся к Алеше. Перед тем, как мальчик потерял сознание, он услышал:

– Ты должен жить… для них…

Алексей опустил ноги на холодный линолеум. Поежился, быстро встал и пошел в ванную. Сегодня ему снова приснился отец. Вернее, то, что произошло с ними пятнадцать лет назад. Он не любил это вспоминать, но вот сны человеку никак не подвластны.

Отец умер в «Скорой», а Алеша четыре дня пролежал в реанимации. После операции он быстро пошел на поправку. Хирург сказал, что сердце не задето. «Черта с два сердце не задето!» – хотелось крикнуть Алеше. Эти подонки разорвали его сердце! Они забрали у него отца. Без папы его семья осиротела. Так думал Алеша. Поэтому он и решил стать сильным – для мамы. В смерти отца Леша винил себя. Он никому не говорил об этом, кроме папы.

Прямо из школы мальчик ехал на кладбище. Автобус поднимался на гору только по выходным и праздникам, поэтому он проходил около двух километров пешком в гору до покосившихся ворот кладбища. По дороге Алеша думал, что скажет папе, но, подойдя к мраморному надгробию с улыбающейся фотографией отца, он словно немел, и с губ слетал только сдавленный стон. Грудь в области шрама сильно жгло, слезы застилали глаза.

В детстве Алеше отец никогда не снился. А тут как-то после очередного похода на кладбище Леша пришел домой, лег и уснул.

Вдруг мальчик почувствовал тяжесть в ногах, будто кто-то сел рядом и натянул на себя одеяло. Он попытался открыть глаза и не смог, настолько отяжелевшими стали веки. Попробовал поднять руку, но все тело налилось свинцом и не слушалось его. Страшная паника охватила ребенка.

«Я что, умер?!»

Но то, что произошло позже, успокоило его.

– Сынок, не бойся…

– Папа?!

Алеша почувствовал, что тяжесть покинула его. Он увидел диван, на котором уснул, и отца, сидевшего на краю и смотревшего на него. Мальчика не напугало даже то, что он, как и папа, стал призраком, настолько обрадовала встреча с отцом.

– Алеша, послушай меня внимательно. Ты ни в чем не виноват.

– Но я же не помог тебе! – возразил Алеша.

– Сынок, несмотря на то, что ты ослушался меня, я горжусь тобой. Ты повел себя очень храбро. – Отец улыбнулся.

Мальчик подсел к нему поближе и обнял его. На мгновение он подумал, что сейчас его руки обнимут только воздух, но нет, перед ним был настоящий отец, крепкий, сильный, и от него пахло табаком и одеколоном, как в далеком Алешкином детстве. Мальчик не удержался, всхлипнул, а потом заплакал навзрыд.

– Ну ты что, Алеша? – строго спросил отец и уже мягче продолжил: – Ты же мужчина. И ты это доказал, когда бросился на тех парней. Мужчинам слезы не к лицу. В жизни, сынок, будет много ситуаций, когда тебе захочется расплакаться. Но ты всегда оставайся мужчиной. Теперь ты – глава семьи, и надо быть сильным. Ты должен заботиться о маме и братишке.

– О каком братишке? – удивился Алеша.

Отец встал и улыбнулся.

– Всему свое время, сынок.

Алеша понял, что папа сейчас уйдет.

– Папочка, не уходи! – крикнул он, и предательские слезы потекли по щекам.

– Всему свое время, сынок, – откуда-то издалека послышался голос отца, мальчик проснулся. Подушка была мокрая от слез.

Вечером Алеша подошел к маме и посмотрел ей в глаза.

– Мама, у меня скоро будет братик. Мне папа сказал.

Женщина обняла сына и заплакала. А Алеша нет, хотя очень хотелось.