Ночной ворон - Сара Пэйнтер

– Конечно. Если ты думаешь, что это может помочь. Я говорила Чарли, что пора обратиться в полицию, но он считает, что от них не будет никакого толку. Я считаю, он излишне пессимистичен, у них теперь есть разные способы. Технологии, все в таком духе.

– Он попросил меня помочь, – сказала Лидия. – А насчет полиции он прав. Мадлен уже девятнадцать, это значит, что формально она считается взрослой. И если у вас нет оснований считать, что она находится в опасности или представляет опасность для окружающих, то ее отнесут к группе низкого или среднего риска, что означает низкий приоритет. Никто не будет заниматься ее делом.

– Не в нашем случае, – Дейзи выпрямилась. – Наша семья еще кое-что значит, им придется что-нибудь предпринять. Есть тот старый договор…

– Возможно, – сказала Лидия. – Если я ничего не найду за пару дней, я сама посоветую Чарли известить полицию.

Серьезный тон Лидии и перспектива ее поддержки в споре с Чарли явно подействовали на Дейзи успокаивающе. Лидия взяла блокнот и открыла чистую страницу.

– Приступим. Несколько вопросов, хорошо?

Тетушка махнула рукой, одновременно и с недоверием, и с надеждой.

– Какой она вам казалась? Когда вы видели ее в последний раз.

Дейзи конвульсивно пожала плечами.

– Да такой же, как всегда. Всем довольной.

– Вы с ней хорошо ладили?

– Естественно, – сказала Дейзи. – Она выросла прекрасной молодой женщиной. Конечно, когда она была моложе, у нас иногда случались сложности, как обычно бывает с подростками, но ничего такого не происходило уже очень давно.

Лидия сделала пометку в блокноте и спросила:

– Вы можете вспомнить, что было на ней надето в последний раз, когда вы ее видели?

Дейзи широко распахнула глаза. Лидия подумала, потому ли, что Чарли спрашивал ее о том же самом, или потому, что он этого не сделал.

– Я не уверена, – Дейзи зажмурилась. – Она оделась на работу. Светло-серый брючный костюм. Льняной.

– У нее была с собой сумка? Мобильный?

– Ну конечно, у нее с собой был телефон, – улыбнулась Дейзи. – Мэдди даже в туалет не ходит без телефона.

– Айфон? – спросила Лидия. – Вы, конечно, проверили приложение «Найди мой айфон»?

– Чарли проверил, – сказала Дейзи, но как-то не очень уверенно. – Он сказал, что оно не работает. То ли она отключила GPS, то ли телефон сломан, что-то в этом роде.

– Так значит, это было утром, и она собиралась на работу. Вы можете рассказать мне про ее работу?

– Это «Минти Пиар». – Дейзи отвела взгляд. – Честно говоря, это не то, чего бы ей хотелось. Насколько я понимаю, она там в основном готовила чай и скрепляла документы. Я объясняла ей, что начинать приходится с самых низов и что со временем ей будут поручать более ответственную работу, но я знаю, что она была разочарована.

– А как у нее обстояли дела с друзьями?

– Думаю, нормально.

– Хорошо. – Лидия много раз видела, как Карен задает следующий вопрос, и она всегда делала это открыто. Возможно, это проще сделать, если рядом с тобой сидит не твоя собственная тетя. Прежде чем произнести его, Лидия сглотнула. – Простите, что я об этом спрашиваю, но не было ли у Мадлен в последнее время новых друзей или не начала ли она ходить в какое-то новое место?

Дейзи нахмурилась.

– Я ничего такого не знаю.

– Не было ли у нее резкого перепада настроения? Или поведения? Она не казалась рассеянной, больной или усталой?

– Иногда она немного уставала после работы.

Слишком неопределенно. Ну, Лидия, давай.

– Она употребляла наркотики?

Всплеск магии, который Лидия увидела так же ясно, как большинство людей видело бы цвет платья Дейзи, блеснул в ее глазах, как электрический разряд в воде. Лидия инстинктивно отодвинула стул, готовясь бежать.

– Нет, – ответила Дейзи на удивление ровным голосом. – Она никогда бы не сделала такой глупости.

Лидия что-то пометила в блокноте, стараясь делать вид, что все эти неудобные вопросы совершенно нормальны и рутинны.

– Игра?

– Нет.

– Приятель, подружка?

– Чарльз уже спрашивал меня обо всем этом. – Голос Дейзи уже не был таким спокойным.

– И что вы ему ответили?

Дейзи выразительно посмотрела на нее. Ну что ж, это, в общем, было справедливо; когда они виделись в последний раз, Лидия была молчаливой девушкой примерно такого же возраста, как ее дочь теперь. А теперь она задает ей все эти неприятные вопросы про ее обожаемую доченьку. Лидия попыталась говорить примирительно:

– Мне надо получить как можно больше информации, чтобы найти Мадлен. Я не пытаюсь обидеть вас, и я понимаю, что это может казаться вам странным, говорить со мной обо всем этом, но уверяю вас, что я действительно профессионал.

– Все в порядке, – перебила Дейзи. – Просто мне действительно нечего сказать. У Мадлен не было никаких отношений, если честно, похоже, ее это не интересовало. Она говорила, что хочет сделать карьеру. Вообще-то, – Дейзи на секунду поджала губы, а потом бросила: – Она мне как-то сказала: «Я не хочу стать такой, как ты». В смысле такой, как я.

– Я уверена, она не имела это в виду, – сказала Лидия, склоняя голову и записывая в блокноте: «домашние сложности?»

– Нисколько не сомневаюсь, что имела. – Дейзи провела пальцем под глазами, хотя они были совершенно сухи. – Она никогда не упускала случая сказать мне, каким унылым, жалким и недалеким был мой жизненный выбор. И неважно, что для нее это означало, что ее всегда ждала дома любящая мать, готовая выполнить любое ее желание.

Лидия закрыла блокнот.

– Можно мне в туалет?

Дейзи моргнула.

– Конечно. Наверх и направо.

– И я бы еще зашла поздороваться с дядей Джоном.

– Его кабинет на третьем этаже, прямо по коридору. Но сначала постучи.

– Конечно.

Обеспечив себе оправдание, чтобы провести наверху побольше времени, Лидия поднялась на второй этаж. Первые две двери, куда она заглянула, вели в ванную и в чулан для белья, но третья скрывала клад. Это совершенно точно была спальня Мадлен, потому что тут присутствовали все приметы девичьей жизни. В комнате еще были заметны следы детства – в виде нескольких плюшевых игрушек (конечно, уже не на кровати, но запихнутые на полку, словно охрана для книг), а туалетный столик был полностью заставлен как яркими цилиндрами дезодорантов, так и тяжелыми стеклянными флаконами дизайнерских духов.

Одежда валялась на полу и громоздилась на стуле, стоящем в углу. Быстрый взгляд под кровать и между матрасом и рамой не обнаружил ничего, кроме того, что кто-то очень прилежно пропылесосил пространство под мебелью. В гардеробной обнаружилась еще одежда и коллекция туфель, любовно разложенная по надписанным коробкам с наклеенными фотографиями. Эта прекрасная, достойная Марты Стюарт выставка соседствовала с кучей кроссовок, шпилек и босоножек, валявшихся на полу рядом с полкой.