Я тебя вижу - Влад Райбер

Дверь в мою комнату была открыта. Рядом никого. Я вспомнил, как вчера завалился спать раньше всех. Улегся прямо в одежде и уснул. Не знал, когда утихло веселье.

Чувствовал себя довольно мутно. Не хотелось резко возвращаться в реальность, но внезапный кошмар не оставил мне выбора. В моей комнате вдруг кто-то появился.

В первую секунду я принял этого человека за одного из своих друзей, а потом вгляделся в его лицо и увидел рябь вроде белого шума по телеку.

Голова этого нечто рассыпалась на серые и черные точки. Его нос и рот дергались помехами, смещались то вправо, то влево, глаза оказывались один ниже другого, исчезали с лица и появлялись в правильном месте.

Этот человек широко раскрыл рот, похожий на черную дыру, быстрыми шагами приблизился к моей кровати и закричал…

Его голос был испорчен шипением, но я разобрал слово:

– ВСПОМНИ!

Я подпрыгнул, как испуганный кот и отлетел на другую сторону кровати. Опомнился, а в комнате никого. И как только я понял, что это был сон, мне стало смешно. Ну и приснилось: человек, у которого лицо дергается – рот, нос, глаза не на месте.

Я посмотрел на время и удивился, что еще не рассвело. Уже половина восьмого, а в окнах темнота. Это обещало пасмурный день.

Своих друзей я обнаружил в гостиной. Гирлянда под потолком брызгала смесью цветов, показывая, кто где устроился. Девочки – Яна и Соня спали на диване, укрывшись тонким пледом.

Марат похрапывал, сидя в большом кресле, а Слава развалился на ковре, подложив под голову моего старого плюшевого медведя.

Мне было и смешно, и совестно, что я, как хозяин квартиры, не позаботился о комфорте своих друзей. Чтобы хоть как-то исправиться, я принес три одеяла и потихоньку укрыл каждого, а сам пошел на кухню.

Мои друзья убрали со стола. Все вчерашние салаты лежали в холодильнике. Я с удовольствием выпил холодной колы и достал салат «Бычье сердце».

На праздник мы готовили классические закуски: оливье, селедку под шубой, тарталетки с красной икрой… Не помню, кто из друзей предложил отметить праздник, как это делали наши родители.

Мы хорошо отметили: смеялись, танцевали, пытались смотреть какие-то новогодние шоу, но то и дело ставили на паузу и отвлекались на веселые разговоры. Шутили, болтали на перебой.

В телефоне полным-полно вчерашних фото и видео. Наши поздравления и пожелания себе через год – мы записывали их за час до боя курантов. Одно видео мое, на другом Соня и Яна, – неразлучные подружки, желают самим себе отмечать следующий Новый год вместе.

Марат не стал заморачиваться и пожелал «счастья-здоровья» на десять секунд. Слава, наоборот, растекся мыслью по древу на шесть минут.

И было у меня в телефоне еще одно странное видео – я… или может, не я… целых две минуты снимал пустую стену.

В этот момент мои друзья вели себя странновато, на фоне звучали их голоса, но почему-то они говорили шепотом. Стало как-то жутко от этого бессмысленного видео. Видно, мне вчера сильно ударило шампанское в голову.

Я жевал салат и чувствовал, что меня потряхивает. Может, недоспал, а может, тому виной кошмарный сон…

Только я о нем вспомнил, и на пороге кухни возник тот дерганый человек. Теперь я точно знал, что не сплю, но видел его.

Нельзя сказать, что он был частью реальности. Все его тело мерцало рябью, рассыпалось и опять стабилизировалось. Я подавился салатом и закашлялся. Видение не исчезло. Человек вытянул одну руку вперед и побежал на меня.

– ВСПОМНИ! – этот голос звучал так высоко и пронзительно, что звенело в ушах.

Я опрокинул стул и отскочил к холодильнику. Его пальцы удлинялись и вновь становились короткими. Рука почти коснулась меня, но фигура вновь стала нечеткой, больше не смогла стабилизироваться и исчезла.

Свое состояние я мог описать только словами: «Ужас! Ужас! Ужас!». Я все еще кашлял из-за того, что подавился. Болело горло, по щекам текли слезы и руки тряслись.

Выплюнув кусок салата, я налил себе воды из-под крана. Выпил, стуча зубами о стакан и пошел будить друзей. Они должны были узнать о том, что я увидел. Пусть меня успокоят и объяснят, что все не так страшно.

Казалось, легче всего будет поднять Марата, потому что он спал сидя. Я его растолкал.

– М-м-м! – простонал парень и разлепил сонные глаза.

От волнения у меня плохо получалось объяснять:

– Марат! Там что-то нереальное! Я видел кого-то страшного! Он весь рябит!

– Да ты спятил! – пробубнил Марат и отодвинул меня в сторону. – Мозги у тебя рябят!

Он встал и, потоптавшись на месте, поспешил к ванной. Я решил ему не мешать. Подумал: пусть до конца проснется. Ему так будет проще воспринять мои слова.

Я ждал. Слава с медведем под головой улыбался во сне. Яна и Соня лежали, укутавшись в одеяло почти по макушки. Наш маленький переполох никого не побеспокоил.

За дверью плескалась вода в унитазе. Марат открыл воду в раковине и все вздыхал:

– Ох, блин…

Я ждал, когда он выйдет. Но тут по всей квартире пронесся ужасающий крик. Марат вопил, срываясь на визг, будто его убивали. Теперь проснулись все. Слава сел на ковре. Девушки подняли лохматые головы.

– Что это? – испугано спросила Соня.

– Марат! – закричал я и побежал к ванной.

Дверь была закрыта. Я стучал ладонью и просил открыть. У меня за спиной стояли друзья. Они ждали объяснений. Марат уже не кричал, а только хрипло дышал, как в агонии.

Слава посмотрел на замок и сказал:

– Дайте нож… или ножницы. Сейчас вскроем.

Яна шагнула в сторону кухни, но Марат открыл сам. Двепь распахнулась.

Мы расступились перед Маратом. Его лицо было в красных пятнах, глаза слезились. Футболка вся в дырках, а на плечах ожоги, каких я в жизни не видывал. Нашего друга будто облили кислотой: кожа побелела и облезла, на голых мышцах шипела и пузырилась влага.

Мы все закричали. А Марат посмотрел на нас и сказал:

– Не дайте ему себя трогать. Сильно жжется!

После этого он упал и затрясся. От его тела исходил пар.

– Я вызову скорую! – крикнула Яна.

Все были в панике. Марат бился в судорогах на полу. Неподвижные глаза смотрели вверх. На губах выступила пена. Мы не успели ничего сделать.

Наш друг резко замер, перестал дышать, а его лицо вытянулось и мгновенно побледнело. Он умер у нас на глазах. Повисла тишина. Я смотрел на тело Марата. Ожоги на его плечах были размером с