Мой знакомый призрак - Майк Кэри

Смущенный и слегка озадаченный, я попытался исправить положение и заговорил лишь из желания заполнить паузу.

— Знаете, а ведь этот факт распутывает один из узлов. Теперь я понимаю, почему вы придали такое значение тому, что призрак на вас смотрит. Вероятно, вам это неприятнее, чем остальным сотрудникам.

Главный управляющий кивнул.

— Очень вдумчиво, — без капли тепла или одобрения проговорил он. — Еще одна особенность моего состояния в том, что большинство метафор мне кажутся… мутными. То есть трудными для восприятия. Например, когда вы сравнили меня с узлом: слушаю, но до конца не понимаю. Поэтому, если бы вы на время нашего общения по возможности исключили метафоры, я был бы премного благодарен.

— Хорошо. — Лучше вернуть беседу в сугубо деловое русло. — Давайте удостоверимся, правильно ли я запомнил даты. Значит, призрак появился в сентябре?

— По крайней мере тогда мне впервые о нем рассказали, и была сделана первая запись в журнале происшествий. Сам я увидел ее лишь несколько недель спустя.

— А поточнее не знаете? В какой день заметили призрака?

— Конечно, знаю! — Мой вопрос едва ли не оскорбил Пила, который достал из ящика стола огромный гроссбух с обложкой из мраморного картона, положил поверх книги учета и начал листать. Сперва я решил: «журнал происшествий» — изящный архаизм, обозначающий текстовый файл, но нет, это был настоящий журнал, заполненный вручную. Возможно, работа в подобном месте вызывает повышенное уважение к традициям.

— Вторник, тринадцатое сентября. — Перевернув гроссбух, он протянул мне. — Вот, можете прочитать, если хотите.

Я взглянул на страницу: запись за тринадцатое сентября занимала ее почти полностью, а почерк у Пила оказался очень мелким и убористым.

— Нет, спасибо. Подробности вряд ли понадобятся. В любом случае нападение на мистера Клидеро — Рика? — произошло не так давно?

Главный управляющий повернул к себе гроссбух и проверил дату.

— В прошлую пятницу, двадцать пятого.

Я задумался. Призраки для меня делятся на активных и пассивных, причем последние составляют девяносто пять процентов от общего числа. Мертвецы держатся особняком и в основном пугают своим присутствием, а не конкретными попытками навредить. Еще реже случаи, когда призраки из тихих вдруг становятся буйными.

Что же, оставим пока это, сейчас куда важнее найти отправную точку.

— Вернемся к сентябрю, — предложил я. — Не делали ли вы каких-то приобретений в дни или недели, предшествующие появлению призрака? Какие еще события произошли в конце августа и начале сентября?

Пил нахмурился, роясь в отдаленных закоулках памяти.

— В голову ничего не приходит, — медленно произнес он, но потом вдруг поднял глаза — примерно на уровень моего подбородка, будто появилась какая-то идея. — Разве только материалы о русских белых… Мы ожидали их в июне, а они пришли в сентябре.

Я тут же навострил уши. Русские белые? Призрак являлся в ипостаси молодой женщины в монашеском одеянии и длинном белом плаще… Похоже на серьезную зацепку.

— Продолжайте, — попросил я. Пил пожал плечами:

— Это довольно обширная коллекция документов, ценность которых определить пока трудно. По большей части — письма русских эмигрантов, живших в Лондоне на рубеже девятнадцатого и двадцатого веков. Мы были очень рады получить коллекцию, потому что ею активно интересовался ЦАЛ, то есть Центральный архив Лондона в Ислингтоне.

— Где она хранится?

— В одном из складских помещений первого этажа. Пока не зарегистрируем и не внесем в соответствующие каталоги, к основной коллекции русские документы добавлены не будут.

— Можно мне потом спуститься и на них взглянуть?

— Потом? — Судя по всему, моя идея возмутила Джеффри до глубины души. — По какой причине вы не хотите приступить к работе прямо сейчас?

Ну вот, приехали! Естественно, он не в курсе, что дословно повторяет вопрос старшего архивариуса.

— Мистер Пил, причин сразу несколько. Позвольте объяснить, как проходит работа, то есть что я намерен делать, если сотрудничество состоится. Мне бы хотелось рассказать поподробнее, дабы вы четко представляли себе процесс, согласны?

Главный управляющий коротко кивнул, хотя аскетическое лицо красноречивее любых слов говорило: его интересует только результат, детали я могу оставить при себе. И все-таки, набравшись храбрости, я продолжал: сэкономлю время и нервы, если, конечно, переломный момент не наступит прямо сейчас.

— Если вы когда-нибудь задумывались о том, как изгоняют нечисть, то наверняка представляли себе церемонию наподобие свадьбы. Священник, или викарий, или кто вам больше нравится, говорит: объявляю вас мужем и женой. И готово. Одних слов достаточно, чтобы все свершилось.

— Мистер Кастор, я не настолько наивен, — с излишним, на мой взгляд, оптимизмом отозвался Пил. — Уверен, ваше занятие требует огромных усилий.

— Да, бывает и такое, но сейчас речь о другом. Иногда я действительно захожу в помещение, делаю свою работу и ухожу. Однако в большинстве случаев все не так просто или по крайней мере не так быстро. Сначала нужно прочувствовать призрака и настроиться на него. Потом, когда в сознании сформируется четкий образ, призрака можно вызвать и изгнать. Сколько времени это займет, сказать трудно. Изгнание нечисти — процесс отнюдь не универсальный. Если я возьмусь за эту работу, хочу с самого начала быть уверенным, что вы не станете барабанить по столу пальцами и требовать результатов через час или через день. Сколько уйдет времени, столько уйдет.

Я ждал, что Пил задумается, а он сменил тему — этакий отвлекающий маневр, чтобы все взвесить:

— А в плане гонорара?

— Тариф у меня фиксированный: день потрачу или месяц — вам придется заплатить тысячу фунтов, из них три сотни авансом.

«Фиксированный тариф» был чистой воды ерундой. К оплате труда я применяю тот же подход, что и к жизни вообще: сочиняю правила по ходу дела. На этот раз меня больше интересовал аванс: срочно требовалась наличность, сотни три, не меньше, чтобы рассчитаться с Пен, плюс небольшая надбавка за опасность, потому что темноволосая девушка в длинном платье, похоже, любит жесткую игру.

Пилу явно не понравилось то, что он услышал.

— Извините, мистер Кастор, — начал главный управляющий, скользнув взглядом по лацканам моего пиджака, — я не готов вносить аванс за сомнительного вида услугу. Если вы всерьез говорите, что можете потратить целый месяц… Целый месяц мириться и с вашим постоянным присутствием, и с появлениями призрака… Нет, это неприемлемо, совершенно неприемлемо! По-моему, расчет по факту исполнения куда разумнее. Пожалуй, это единственный устраивающий меня вариант.

Тяжело вздохнув, я покачал головой.

— Тогда возвращаемся к самому началу. — Поднявшись, я отодвинул стул от стола. — Попрошу профессора Малбридж при первой же возможности с вами связаться.